Однажды в сказке

Правда о наследнике трона.

Сумерки сгущались над пряничным домиком. Волк не сводил взгляда со старика, что все еще находился без сознания.       

«Ему нужны травы… Я должен уйти в лес и добыть их» — другого выбора у волка не было. Оставив Макарова на свой страх и риск одного, он вышел в ночь и двинулся в сторону поляны, на которой можно было найти необходимые для исцеления травы. Волк знал этот лес как свои пять пальцев, и потому, добыть травы было плевым делом. Однако на поляне волка ждал сюрприз, который тот явно не ожидал. Вначале ему даже показалось, что силуэт девчонки был вовсе не силуэтом, а стволом полусогнутой ивы, что изогнулась в столь уродливой позе. Но подойдя ближе, все сомнения волка отпали. На поляне его ждала она…       

Бледная и худенькая фигурка спутать которую с кем-то еще было бы невозможно, но больше всего ее выдавал запах. Столь знакомый, что волк мог поклясться что перед ним стоит призрак во плоти. Он не мог двинуться с места, что было уже само по себе странно. А вот призрак двигался, медленно плыл по поляне среди цветов.  Её шаги был бесшумными. В руке она сжимала все то же лукошко как и в день их последней встречи.       

— Ну здравствуй — остановившись ровно на середине поляны, девочка слабо улыбнулась волку.    

— Как ты здесь оказалась?      

 — Я сбежала, мне еле удалось вырваться из лап королевы…   Оборванная одежда, с несколькими царапинами на руках, сбитые в кровь колени на ногах и растрепанные волосы. Все это свидетельствовало о том, что красной шапочке действительно удалось сбежать из рук королевы. Но интуиция волка била тревогу, словно перед ним была не красная шапочка, а охотник с серебряной секирой.       

— Идем, по дороге все расскажешь — он позвал ее собой, в пряничный домик, даже не подозревая к чему это может привести.

***

      Тем временем Эльза проснулась от сильной головной боли. Комната ей была не знакома. Интересно, как она оказалась здесь, если ее последнее воспоминание о лесе и маньяке-дровосеке, что хотел убить и преподнести ее голову своей королеве.  Она попыталась встать, но тело так ныло и так сильно кружилась голова, что даже малейшее движение причиняло боль. И она чуть не упала обратно в кровать.       

— Тише дитя, ты еще слаба — дверь в комнату открылась, и в нее вошла высокая пожилая старушка с посохом, чем-то отдаленно напоминающая волшебницу.       

— Кто ты? Где я? Где волк, и этот маньяк-дровосек?       

— Ты в безопасности. Волк остался в лесу отвлекать маньяка, а я перенесла тебя к себе в башню. Здесь королева не доберется до тебя, будь спокойна.       

— Нет, мы должны помочь волку, он не справится с дровосеком! — очередная безуспешная попытка встать, не привела ни к чему хорошему кроме боли.       

— Успокойся Эльза, я не причиню тебе зла. Меня зовут Полюшка и я волшебница, я за добро.     

  — Тогда ты точно должна помочь волку!       

— Я должна защитить тебя ценой собственной жизни, ведь только ты можешь остановить королеву, свою мать… — эти слова-как-то непроизвольно вырвались из рта волшебницы. Она тут же умолкла и приложила ладонь к к своим губам. Реакция все же последовала, изо рта волшебницы посыпались лягушки, зрелище было отвратительное. Волшебница выскочила из с комнаты и бросилась прочь. Проклятие Макарова действовало, и вскоре по всей башне волшебницы стали прыгать зеленые лягушки и громко квакать.       

Эльза поморщилась от отвращения, но прежде всего она была удивлена услышанному.      

 — Свою мать?! — только и повторила она слова Полюшки. Она попыталась не принимать эти слова близко к сердцу и окончательно решила для себя отправится в лес на помощь волку.  Тем временем, волшебница бежала прочь от комнаты Эльзы в свою лабораторию, где должен был находится пузырек с корнем мандрагоры — сильным средством чтобы остановить проклятие придворного мага.       

По коридору, что вел в лабораторию, и по которому полюшка бежала, почти через каждый метр она отрыгивала по одной, а то и по две жабы причем этот процесс проходил с дикими коликами в животе и жутким рвотным рефлексом.   А над головой волшебница слышала дикий хохот королевы. Эйлин наблюдала за Полюшкой, и смеялась, так казалось волшебнице.       

— Ты получишь по заслугам — тихо произнесла волшебница и снова отрыгнула лягушку.  Теперь эти зеленые красавицы прыгали почти по всей башне создавая невиданный доселе хор.   Эльза вышла из своей комнаты и крадясь, стараясь быть более незаметной, стала искать выход из башни. Но ей это не удалось. Полюшка добравшись до лаборатории стала рыться в поисках заветного пузырька с зельем. А выпив его, она уселась в кресло и прикрыла глаза рукой.    Волшебница устала от проклятий и заклятий, и конечно же ей не хватало помощи, как совета, так и придворного мага. Только сейчас женщина осознала всю вину, и то, насколько плохо она поступила бросив Макарова и Жерара в лесу.       Тем временем дверь в лабораторию приоткрылась и на пороге появилась Эльза, требующая рассказать ей всю правду.

***

  Жерар брел по лесу, словно идя под гипнозом на зов чего-то особенного. Он все больше поддавался магии Эйлин. Для него словно больше не существовало времени суток и времени, их границы размылись перед осмыслением того ужасного поступка, что он совершил.    На окраине леса его уже ждали слуги королевы. В свиту посланную за Жераром входило несколько преданных королеве людей и медуза Гаргона, которую королева тоже смогла усмирить, удерживая у себя некий тайный предмет, что заставлял это чудовище служить Эйлин верой и правдой.       

— Идемте принц, королева ожидает вас мы сопроводим вас к ней.