Однажды в Вегасе

ГЛАВА 1

BANKS — Before I Ever Met You

Ещё в шесть вечера моя жизнь выглядела собранной по инструкции для взрослой и успешной женщины. У нашей свадьбы уже были таблица расходов, отдельная папка в почте и чат с организатором. Моя мать звонила через день, чтобы проверить, не передумали ли мы насчёт салфеток, цветов или двоюродной тёти, которую я последний раз видела в двенадцать лет.

На кухонном острове стояла бутылка белого вина. Между тарелками с пастой лежали три образца приглашений, и все три были белыми, хотя организатор уверяла, что один из них цвета шампанского.

Я сидела босиком на высоком стуле, подобрав под себя ногу, и пыталась найти разницу.

— Этот плотнее, — сказал Эндрю.

Он провёл пальцем по краю среднего образца и положил его рядом с ноутбуком. На экране светилась таблица с бюджетом. Эндрю умел смотреть на числа так внимательно, что они начинали вести себя прилично.

— Он не плотнее. Он дороже.

— Твоя мама выбрала его.

— Моя мама считает, что шампанский цвет выглядит благороднее.

Эндрю поднял на меня глаза.

— Она сказала «шампань».

— Поэтому он и стоит дороже.

Он улыбнулся и поставил небольшую отметку в таблице.

На Эндрю была светлая рубашка с расстёгнутой верхней пуговицей. Галстук он снял ещё в прихожей и аккуратно повесил на спинку стула, хотя я не раз говорила, что от этого на ткани остаётся залом. Часы лежали рядом с ноутбуком. Телефон — экраном вниз. Даже после рабочего дня он выглядел человеком, которому можно доверить документы, ключи и собственную мать на семейном ужине.

— Завтра нужно подтвердить площадку, — сказал он. — И выбрать фотографа. У второго портфолио лучше, но первый отвечает на письма в течение часа.

Я отложила образец.

Эндрю закрыл одну вкладку и открыл другую. На экране появилась схема рассадки. В правом нижнем углу красным были отмечены четыре места, которые моя мать требовала добавить после разговора с тётей Патрисией.

— Если мы посадим Патрисию рядом с твоим отцом, он уйдёт до десерта, — сказала я.

— Мой отец пережил три слияния компаний и свадьбу моей сестры. Он справится.

— Она приносит в ресторан свою курицу.

— Тогда тем более. Ему будет что обсудить с персоналом.

Я рассмеялась. Эндрю потянулся через стол и накрыл мою руку ладонью. Бриллиант на пальце поймал свет подвесной лампы.

Кольцо он выбрал сам. Оно было красивым, удобным и подходило мне с первого раза. Продавец в ювелирном магазине позже рассказал, что Эндрю приходил трижды, сравнивал огранку и просил показать камни при разном освещении.

Я могла представить каждый из этих визитов.

— Через четыре месяца всё это закончится, — сказал он.

— Очень обнадёживает.

— Я имел в виду подготовку.

— Поздно. Я уже решила, что ты говоришь о браке.

Эндрю сжал мои пальцы и отпустил.

— К браку у меня претензий пока нет.

Я потянулась к его ноутбуку и закрыла таблицу.

— Оставим хотя бы фотографа до завтра.

— У тебя завтра сдача макетов.

— Клиент снова увеличил логотип на всех макетах. До утра мне нужно вернуть его к прежнему размеру и отправить финальную версию.

Последние три месяца я руководила кампанией для Northline Hotels. Если руководство утвердит финальные макеты, агентство получит контракт на весь следующий год. Если нет, мне снова придётся сидеть напротив людей, которые называли каждую правку «последней», и изображать интерес к семейному голосованию по размеру логотипа.

Эндрю знал проект не хуже некоторых моих коллег. В пятницу он ждал меня возле офиса с едой из тайского ресторана, потому что я в очередной раз забыла пообедать. Сегодня приготовил пасту сам и не сказал ни слова о том, что я опоздала домой на сорок минут.

— После ужина ещё раз посмотрю макеты, — сказал Эндрю.

— Ты видел её вчера.

— Сегодня появились новые макеты.

Я улыбнулась. Эндрю потянулся к бутылке и долил мне вина. Его рукав задел край журнала, и тот сдвинулся к тарелке. Он сразу вернул его на место.

Мы жили вместе два года. За это время наши вещи распределились по квартире без специального разговора. Его книги заняли стеллаж в гостиной, мои туфли — нижние полки в прихожей. В ванной появилась вторая корзина для белья, потому что Эндрю разделял одежду по цветам, а я до знакомства с ним считала это городской легендой. По воскресеньям он готовил завтрак. Я выбирала фильм, который мы потом не досматривали, потому что он засыпал на диване.

Я потянулась за средним образцом приглашения. Эндрю перехватил моё запястье.

— Мы оставили фотографа до завтра, — напомнила я.

— Фотографа — да.