Однажды в Яблоцке или попаданка для инквизитора

Глава 9. Часть 2

Альберт дель Хорст

Какое-то время он просто сидел, опустив взгляд на распластанные на столешнице пятерни. Руки ощутимо дрожали. Указательный и безымянный пальцы на правой покраснели – Берт обжег их чаем и даже не заметил. В голове набатом стучало сердце, изгоняя мысли. Думать не было сил. Он истощен, вымотан. Он почти на грани.

Конечно же, это не могла быть Элиза. Элиза умерла.

Девчонка похожа, да. Те же нежные, округлые черты лица. Тяжелая медь волос и зелень глаз. Но это разные люди. Кира – не его Элиза. Нужно успокоиться и загнать воспоминания назад – глубоко под сердце. А ведь казалось, что он уже смирился. Отпустил. Тогда откуда эта тянущая боль?

Зачем эта девчонка явилась? Как?

Она должна исчезнуть и чем быстрее, тем лучше.

Почему тогда он не велел ей убираться? Что за малодушие! Чего ждать, для чего откладывать? Малолетней аферистке, запрыгнувшей в постель к Кьеру не место тут. Именно, Берт выставит ее прямо сейчас.

Он поднялся, едва не уронив тяжелый стул. В несколько шагов преодолел расстояние до двери, обхватил ручку и дернул на себя. Скрипнули петли. И скрипнули снова, когда Берт закрыл ее, так и не переступив порог.

Нужно успокоиться. Сейчас он немного не в себе: бессонная ночь туманит разум, а красная пилюля делает слишком возбужденным. Девушка не сделала ничего дурного. А то, что она похожа на другую, на ту, кого Берту больно вспоминать, не ее вина. К тому же Кьер сказал, что та в беде. А Берт как-никак служитель закона и должен разобраться с этим. Да, он разберется во всем.

Позже.

В конце концов, он в Яблоцке из-за, брехт ее дери, проверки и сроки поджимают. Нужно заниматься делом. Рука сама потянулась к чашке, но чай снова остыл, и Берт раздраженно вернул его на место.

И вот чего ему не спалось? На подвиги потянуло? В трезвом уме и вспоминать стыдно, как он отправился к имению местного барона, проверять, правда ли, что его жена ночами на метле летает. От скуки и не в такое поверить решишься…. Устав от инспекций местных ферм, лавок и мелких контор, решил найти себе приключение. Нашел только бессоницу и головную боль.

Местный барон в светской жизни давно не участвовал и из своих владений лет так пятнадцать не выезжал. С тех пор, как второй раз женился. Говорили, что его жена редкостная красавица. Это Альберта не удивляло – красавицы часто выходили за богатых вдовцов. Особенно если и сами давно были вдовицами. Ничего нового и необычного.

А потом вспоминалась приторная улыбка главного инквизитора, выдававшего распределения. Слова, что для проведения всесторонней проверки как раз пригодится Альбертово дипломатическое образование, пусть даже и не законченное. Для того чтобы делать умный вид, заседая над пухлыми пыльными томами, не иначе.

Не желая растягивать пытку, хоть на день дольше, сразу по прибытии он отправился в Архив, где почти безвылазно просидел три дня, перебирая заплесневевшие – стабилизирующий артефакт вышел из строя, а заменить его отчего-то не спешили – бухгалтерские книги и иже с ними. Так он просидел пять дней, прерываясь лишь на еду и сон. От такого любой взвоет.

Вчерашний день он посвятил инспекции винного заводика, где перепуганный владелец то и дело наливал ему сидра собственного производства. Поначалу Альберт отказывался, но жара и скука сделали свое дело.

От сладко-терпкого напитка сделалось легко и даже как-то неуместно потянуло на геройство. И в ночь он отправился следить за поместьем, в которое так и не успел еще нанести официального визита. Большей частью потому, что ждал приглашения, которое все не приходило. Так он решил провести осмотр местности и заодно выяснить, правдивы ли слухи, что баронесса летает на метле. Слухи, как водится, оказались слухами. А ночь оказалась ветреной, и Берт успел промерзнуть в своей засаде. Поэтому по утру пришел усталый и обессиленный. Разочарованный. Хотя чего он ожидал? Баронессы на метле?

Единственное обстоятельство, оправдывающее хоть как-то ночную вылазку, это то, что баронесса официально числилась дипломированной ведьмой. Но таковых в мире достаточно, а вот на метлу еще особое разрешение нужно, с подтверждением необходимости такого способа передвижения.

И вот, не успел он прийти в себя и на свежую голову составить план дальнейших действий, как заявляется эта… Кира. Соглядатай? Тогда и ее похожесть на Элизу может быть вовсе неслучайной – кто-то просто нашел очень похожую девушку, в надежде, что она вызовет у инквизитора дель Хорста особое расположение. Только вот в такое случае не стоило подкладывать ее в койку к Кьеру. Да и кто мог знать про Элизу!?

Нет. Альберт тряхнул головой. Он становится параноиком, как главный инквизитор, ему тоже начинают везде заговоры мерещиться. Он на банальной проверке в дальней части королевства, до которой дела никому не было и нет.

Но девчонку надо гнать, иначе спокойной жизни у него не будет. Осталось семь дней… уже шесть с половиной, а у него еще дел – заплесневелых бумаг, исписанных кривым мелким почерком – выше крыши. Поток мыслей прервал грохот входной двери.

- Человек! Там человек умер!

Альберт так и подскочил. На этот раз стул все-таки упал.

Из сбивчивых объяснений мэйсы Корпф выходило, что несчастье случилось буквально только что в таверне «Наливное яблочко», где посетитель подавился куском пирога. На убийство не очень похоже… Совсем не похоже, если честно. Труп же отвезли в лечебницу, где находилась единственная в городке мертвецкая. Альберт ощутил горькое разочарование и уже собирался было отправится спать, но тут взгляд его скользнул вверх по лестнице. Кьер и Кира стояли на ее середине, вцепившись в поручни, и во все глаза смотрели на них с домовладелицей. Нет, заснуть сейчас он не сможет. Не так близко к ней. Сначала нужно прочистить голову, отвлечься. Вспомнить, что он королевский инквизитор, а не мальчишка, которым был пятнадцать лет назад. Лучше уж проверит эту историю с пирогом. На труп, как минимум, посмотреть. Брехт знает зачем.