Однажды Влюбиться

Однажды влюбиться 6

Глава 19 Ночной разговор

Шарлотта вернулась домой в полной растерянности. Всё происходящее путалось в голове, мысли спотыкались одна о другую. Быстро поужинав и сославшись на необходимость продумать концепцию дипломной работы, она поспешила в свою комнату, мечтая лишь об одном — остаться наедине со своими переживаниями.

Но тишина комнаты не принесла облегчения. Она сидела на кровати, сжимая в руках подушку, и без конца прокручивала в голове один и тот же вопрос: зачем Джулиан спрашивал о ней? Почему ему важно, какие отношения связывают её с Лукасом? Это было просто любопытство? Или… что-то большее? От этих мыслей сердце стучало всё быстрее, а сон не шёл.

Ночь медленно окутала город. Шарлотта, укрывшись тёплым пледом, вышла на террасу. Там, в шезлонге, под высоким небом, ей стало немного легче. Она запрокинула голову, глядя в бездонную тьму, где звёзды горели особенно ярко, как маленькие фонарики надежды. Их свет был таким живым, таким близким, что у неё перехватило дыхание. Казалось, они вот-вот сорвутся с неба и упадут ей прямо в ладони.

А если... если Джулиан сейчас тоже смотрит на эти звёзды? Думает ли он о ней?.. В груди что-то болезненно сжалось.

— Звёзды внутри нас… — еле слышно прошептала она.

И вдруг — будто озарение. Она схватила телефон и позвонила Лукасу.

На том конце послышался сонный голос:

— Лотти? Что случилось?

— Звёзды внутри нас! — выпалила она на одном дыхании.

Воцарилась тишина.

— Лотти… — настороженно переспросил Лукас. — Ты в порядке?

— Лукас! — Шарлотта рассмеялась от радости своей находки. — Это название твоей дипломной работы! «Звёзды внутри нас». Завтра я заеду за тобой, и в машине всё расскажу. У меня столько идей, просто невероятных!

Лукас ошеломлённо замолчал. Его сон окончательно улетучился, а в душе расплескалась тёплая радость.

— Лотти… первый час ночи. И ты думаешь обо мне? — тихо спросил он, стараясь скрыть улыбку.

— Конечно! — с жаром ответила она. — Это так важно!

— Спасибо… Это чудесная идея. А теперь — марш в кровать! Иначе завтра будешь похожа на панду.

Шарлотта рассмеялась.

— Хорошо, Лукас. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, Лотти, — с нежностью ответил он.

*****

Джулиан действительно не мог уснуть. В комнате царила тишина, нарушаемая лишь редким тиканьем часов, а за окном — ночной город мерцал огнями. Он ждал отца. Ждал до поздней ночи, тревожно вслушиваясь в каждый звук за дверью. Наконец послышались шаги и в гостинной появился отец. На его лице читалась вселенская усталость, взгляд был потухшим, плечи ссутулились под гнётом мыслей и переживаний.

— Почему не спишь, Джулиан? — спросил он едва слышно, стараясь не нарушить хрупкую тишину дома.

— Ждал тебя, — спокойно ответил сын и выпрямился. — Отец, я понимаю, как тебе сейчас тяжело. Но ты не можешь работать до самой ночи, изматывая себя до предела.

Голос Джулиана звучал твёрдо, но в нём слышалась тревога за любимого человека.

Отец вздохнул и отвёл взгляд в сторону.

— Без мамы… я не могу находиться в этом доме, — с печальной обречённостью произнёс он.

— Но папа... — Джулиан подошёл ближе и положил руку ему на плечо. — Есть ещё я. Есть бабушка Наоми. Мы все рядом, мы волнуемся за тебя.

Отец медленно поднял глаза. В них, потухших и уставших, на миг мелькнула надежда.

— Ты видел Мелани? — спросил он, словно хватаясь за последнюю соломинку.

Джулиан кивнул, сжимая губы.

— Видел. Она... Она не хочет возвращаться в Академию, и... — он замялся, — и даже слышать не хочет ни о возвращении, ни о тебе, папа.

Он заглянул отцу в глаза, полные боли.

— Скажи мне, что произошло между вами? Жить в неведении — это самое страшное. — Голос Джулиана дрогнул, в нём звучала мольба.

Мужчина на секунду закрыл глаза, будто борясь с нахлынувшей болью.

— Она мне не поверила… — сдавленно прошептал он и, опустив голову, медленно пошёл к себе в комнату, словно под тяжестью собственного горя.

Джулиан остался стоять посреди холла, сжав кулаки от бессилия. В груди сжалось, а мысли клубились, не давая ответа.

— Два упрямых эгоиста… — вырвалось у него в тишину.

Он чувствовал, как рушится то, что всег

да было самым дорогим — их семья. И не знал, как это спасти.

Глава 20 Нерешительность Лукаса

Утро пришло незаметно, сменив тёмную тишину ночи мягким золотым светом. Шарлотта проснулась удивительно легко, будто тревоги ушедшего дня растворились в предрассветной дымке. Она потянулась, улыбнувшись солнечным лучам, что робко заглядывали в окно. На душе было спокойно.

Собрав волосы в изящный хвост, Шарлотта нанесла безупречный макияж — лёгкий, но подчёркивающий её красоту. Из шкафа она выбрала любимое платье: нежное, струящееся, как лёгкий ветерок. Сегодня ей хотелось быть особенно собранной, особенно красивой — для себя.

На кухне царила тишина. Родители уехали ещё на рассвете, срочно вызванные в корпорацию. Родители никогда не посвящали её в дела бизнеса. Это было уделом Шона, её старшего брата, наследника корпорации Грейсон. Все надежды, все планы, всё будущее семьи связывались с ним.

Шарлотта могла бы не работать вовсе — её акции, активы, счета в банках позволяли жить в роскоши, путешествовать, заниматься чем угодно. Отец обожал дочь и потворствовал любым её увлечениям, будь то живопись, музыка или конный спорт. Её учёба? Никто не воспринимал её всерьёз. Никто — кроме самой Шарлотты.

Но она не обижалась. Напротив, это давало ей то, что не купишь за деньги: свободу. На неё не давили ожидания, её не сковывали семейные амбиции. Она ничего не была должна никому. Только себе.