Однажды все сбудется

Пряничный домик и секреты сердца

20 декабря

На следующее утро я проснулась от звонкого голоса тетушки Маргарет, который эхом разносился по всему дому. Она подпевала песням, стояла у окна, завязывая длинный красный шарф поверх своего пуховика, качаясь в такт музыке, которая играла по радио, и восхищенно разглядывала улицу. День обещал быть по-настоящему рождественским – снежные хлопья мягко ложились на деревья и дома, создавая ощущение волшебства.

– Доброе утро, Мия! Поторопись, не то пропустишь все веселье, – с заговорщическим видом она бросила мне еще один красный шарф. – Нам столько нужно всего успеть! Лиам уже на площади, помогает устанавливать сцену для представления.

Мое сердце вновь екнуло, вспомнив вчерашний день. И желание увидеть его оказалось сильнее сомнений. На столе меня ждал свежезаваренный чай с медом и яичница с тостами. Быстро позавтракав и одевшись в термобелье, которое я купила после нашего обеда, и в шерстяные брюки и свитер, я присоединилась к тетушке, и мы отправились на городскую площадь.

На площади кипела работа. Ярмарочные киоски были уже украшены гирляндами, а в воздухе витали ароматы корицы, пряностей и хвои. Казалось, что каждый житель был задействован в приготовлении к празднику. Дети, одетые в яркие куртки, носились между коробками и декором и праздничными палатками, прихватывая горячий шоколад и сладкие кексики.

Я, наконец, заметила Лиама у сцены. Он стоял в плотном пуховике, держа в руках стаканчик с кофе, который купил в местной кофейне.

– Рад, что ты смогла присоединиться, – с улыбкой сказал он, подойдя ближе. Его глаза сияли, как я подумала, от предвкушения праздника. Мы неловко обнялись, Лиам откашлялся и продолжил – Мы как раз закончили с декорациями, гирляндами, осталось только разложить товары и дождаться гостей.

– А где миссис Лейдман? Она говорила, что будет следить за всем процессом, – спросила я, осматриваясь.

– О, она занята подготовкой горячего сидра. Похоже, она всерьез настроена побить прошлогодний рекорд продаж, – Лиам усмехнулся. – В этом году, кажется, все делают что-то особенное. Вон и твоя тетушка готовится удивить всех.

Я обернулась и увидела тетушку Маргарет, решившую испечь огромный имбирный пряник в виде Санты, с которым каждый мог бы сфотографироваться. Вчера вечером она написала список продуктов, которые ей понадобятся. И по пути сюда мы зашли в супермаркет. Она подошла ко мне с листом бумаги, на котором была нарисована детальная схема пряничного гиганта. Чарли топтался рядом с серьезным видом, зажимая карандаш между зубами.

– Ну, как тебе наш с Чарли шедевр? – Она гордо показала эскиз, а внук миссис Холли застеснялся от такого громкого названия. Но действительно, пряник на бумаге выглядел впечатляюще. – Теперь осталось только его испечь и украсить. Чарли, ты мне поможешь? Думаю, Миссис Холли с удовольствием одолжит одну из своих духовок для нашей работы.

– Конечно, буду рад помочь, – Чарли радостно закивал, и тетушка тут же увлекла его за собой к кондитерской.

Пока тетушка с Чарли готовили тесто, я занялась украшением киосков и раздачей сувениров для детей из начальной школы. К концу дня площадь была готова к празднику, и ярмарка открылась под дружные аплодисменты местных жителей. Вскоре началась праздничная программа, дети исполнили свою рождественскую постановку, а взрослые угощались сидром, кексами и пирогами.

После представления Лиам нашел меня среди гостей. Я не видела его практически весь день, хотя я была настолько занята, что не уверена, что заметила бы хоть кого-то. Он подошел ко мне, держа в руках стаканчик с горячим шоколадом.

– Ты такая... – он замялся, словно не мог подобрать нужного слова. – Тебе идет этот шарф.

Я почувствовала, как щеки вспыхнули. Его взгляд задержался чуть дольше, чем обычно.

– Спасибо, – тихо ответила я, пряча смущение за улыбкой.

– Ну что, повеселилась сегодня? Как ты? – Спросил он, улыбаясь.

– Да, день получился просто волшебным, – ответила я, чувствуя, как приятно холодят щеки снежинки. – Не думала, что смогу вновь так веселиться на рождественской ярмарке.

Я оставила на одном из киосков, кажется, свои варежки, и теперь растирала руки, согревая их теплым дыханием.

– Тогда я угадал, – он протянул мне одноразовый кофейный стаканчик с наклейкой Рудольфа. – Помнишь, как мы, будучи детьми, всегда пили горячий шоколад после игр на снегу?

Взяв напиток, я почувствовала, как тепло пробежало по пальцам. Вкус детства, аромат корицы и шоколада – это было слишком идеально. В Бостоне мои празднования Рождества сводились к скупому обмену заранее оговоренными подарками с Робом и к небольшой вечеринке с коллегами. Короче говоря, скукота.

– Я действительно рада, что вернулась сюда, – тихо сказала я, глядя ему в глаза. – Кажется, я наконец начала понимать, что мне действительно нужно.

Он на миг задержал взгляд на моих губах, и я почувствовала, как в груди разливается тепло. В этот момент казалось, что ничего важнее его улыбки и тепла его взгляда просто не существует.

– Мне кажется, этот день – только начало, праздничная неделя только началась, – тихо сказал Лиам, его голос был почти не слышен за шумом толпы. Мы стояли среди праздничного хаоса, но ощущение было, что этот момент принадлежит только нам.

Лиам осторожно взял меня за руку, его горячие пальцы крепко сжали мои холодные руки. Сердце застучало так быстро, что мне показалось, будто все вокруг тоже замедлилось, словно весь мир на миг затаил дыхание. Он взглянул на меня с той же тихой уверенностью, которая всегда была для него характерна.

– Эм, Мия, – прошептал он, будто опасаясь, что звук его голоса может разрушить эту хрупкую магию. – Я не надеялся даже встретить тебя в Биддерфорде в канун Рождества.

Я застыла, оглушенная его словами, пока он не наклонился еще ближе, и в глазах у него мелькнула искорка озорства:

– И ты не представляешь, как сильно мне хочется, чтобы ты осталась. Чтобы твой отпуск не заканчивался.