Однажды я начну сначала

Глава 7. Я не позволю тебе уйти

—Ты не принимай слова Бернара близко к сердцу.
Юля лишь сильнее сжала одеяло. Она продолжала молчать, а её глаза покраснели. Девушка сдерживала свои эмоции, как могла, хотя, это было слишком сложно. Когда эмоций много, а сила воли на исходе... в конце концов, плотина тоже легко прорывается.
Даниил снисходительно взглянул на девушку. Он понимал, что лучшее средство успокоиться, это выплеснуть наболевшее, поэтому произнес:

— Если хочешь поплакать - поплачь, не нужно сдерживаться. – эти слова сработали моментально: одна слезинка, вторая... И вот эмоции уже хлынули через край.

—Да...Даниил... - громко всхлипнула Юля, не успев договорить имя до конца, и заревела что есть мочи.
Она ревела долго, словно пытаясь выпустить всю накопившуюся боль через слезы, но им как будто не было конца. Даниил Самойлович не пытался её успокоить, он тихо сидел рядом и легонько гладил Юлю по спине. От этого ей хотелось плакать ещё больше.
Девушке недавно исполнилось 18. Самое начало молодой жизни, которое так романтично представлялось ей счастливым и беззаботным временем. Детство ушло, а взрослая жизнь еще толком и не началась. Беззаботное существование.  Её еще так много чему нужно было научиться, а пока она даже не умеет контролировать свои эмоции.

Если бы она сейчас была одна, возможно, она нашла бы в себе силы остановиться, но когда рядом есть человек, которому не все равно, чувство обиды просто накрывало её с головой.

Безмолвно наблюдающий за всем Даниил Самойлович тоже ощутил эту боль. Как же ему хотелось забрать эту боль себе. Хотелось, чтоб этот ребенок никогда не плакал, а только улыбался. И почему в столь юном возрасте, судьба посылает ей так много испытаний?

Ещё раньше ему показалось странным, почему Юля вдруг попросила одолжить ей денег на учебу, но после того, как от Бернара он услышал о ситуации в семье девушки, он понял насколько ужасно к ней относятся. Вроде бы родители, а хуже, чем кукушка, которая просто подбрасывает своих детей на воспитание чужим.

Теперь всё стало несколько проще: больше никто не посмеет обидеть его жену,  Юлю.
Проплакав неизвестно сколько времени,  Юля наконец смогла остановить поток слёз, вытерла лицо салфеткой, а затем заползла назад под одеяло, откуда украдкой поглядела на Даниила. Теперь, когда она пришла в сознание после такой истерики, ей снова стало стыдно: первый раз в жизни она так плакала, находясь рядом с другим человеком.

Юля снова тихонько посмотрела из-под одеяла на Даниила Самойловича: он выглядел совершенно непринужденным, как будто ничего и не произошло. Его невозмутимый вид успокоил девушку.

Спустя какое-то время, завернутая в одеяло, она уже крепко спала, предварительно приняв таблетку, по его просьбе. Это было лекарство от простуды, но как известно, у многих подобных препаратов побочным эффектом была сонливость. Измученному организму были очень нужны силы, поэтому девушка так быстро уснула, стоило согреться в коконе одеяла.  

— Спокойной ночи. – еле слышно прошептала она.

Проснувшись следующим утром, Юля осознала, что все её вещи остались в доме родителей, даже мобильник был не при ней. Этим же днём она попросила Бернара отвезти ее назад за чемоданом.

Стоило только переступить порог дома, как разъяренная мать выбежала с криками. Ох, как же она выглядела ужасно. Красное лицо, искривлённое ненавистью. Одежда – от всего её вида хотелось уже скривиться, как после кислого лимона.  

—Явилась-таки, чёртова засранка! Замуж идти она не хочет, а как сбегать с какими-то взрослыми мужиками, так пожалуйста! Позорище. О матери своей вообще не думаешь...

На самом деле, мама сама не могла понять, что ее бесило больше: Бернар, который несмотря на все ее протесты, вчера просто прошёл в дом и забрал Юлю, или то, что через пару дней дочь должна была уже выходить замуж, но теперь все могло отмениться из-за этой заварухи. Как можно не злиться, когда на кону стоят две квартиры?!

Юля не сказав ни слова, уверенно прошла прямо в свою комнату. А зачем спорить, оправдываться? На глупых людей тратить время – это не уважать и не ценить себя.

Однако её мама не отставала: 

—Я конечно надеюсь, что в тебе осталась хоть капля благоразумия. Я вполне согласна закрыть глаза на вчерашнюю сцену, но только если ты впредь будешь себя хорошо вести.

Юля старалась никак не реагировать, хотя очень хотелось повернуться и крикнуть что-нибудь обидное, или сделать хоть что-то, чтобы это дикая женщина стала нормальной, адекватной матерью, о которой девушка мечтала с девства.

Она в спешке собирала остатки вещей. Всё, что попадалось под руку, она запихивала в чемодан: нужное, ненужное – позже разберется. Сейчас главное просто свалить, чем быстрее, тем лучше.   

Видя, что дочь, как ни в чем не бывало продолжает паковать вещи, мать почуяла неладное. Она выхватила одежду из рук дочери и бросила ее на пол.

—Что это ты делаешь? Неужто сбежать намылилась?

Тут Юля не выдержала, ее лицо покраснело, а шея напряглась: 

—Да, представляешь? Я ухожу, а ты с сегодняшнего дня больше не лезь в мою жизнь!.
—Не лезть в твою жизнь? Я столько сил потратила, чтобы вырастить тебя, в надежде, что это хоть как-то окупится. А ты мало того, что добром отплатить не хочешь, так ещё и кинуть нас всех решила. Вот уж не ожидала, что родная дочь окажется такой неблагодарной дрянью! Вот вернешь деньги, потраченные на тебя за все эти годы, и катись куда хочешь.