Однажды я встретила волка

Глава 5.2. Лик

Охота началась в полночь, когда луна показалась из-за облаков и залила равнину ровным голубоватым светом. Верхушки многолетних елей отливали серебром, но внутрь, в гущу леса, свет почти не проникал. Огромные волки скользили тенями между стволами деревьев. В воздух изредка поднимался пронзительный вой — зов , означающий, что кто-то погнал добычу.
Охотники клана разделились на две группы. Первая держалась южной половины леса, ее повел Лик. На север, вдоль плато, отправилась вторая — во главе стоял первый воин клана, Филлат Меткий. Тир, который все же напросился посмотреть на охоту, сопровождал группу Лика с воздуха.
Волки двигались по лесной подстилке из иголок практически бесшумно. В ночной тьме ели, казалось, опускали лапы настолько низко, что норовили щелкнуть неосторожно охотника по носу. Звери опускали морды к земле и старательно ловили каждый запах. Их янтарные глаза отражали редкий лунный свет, пробивающийся сквозь густую крону, и время от времени вспыхивали золотом. 
Первым присутствие добычи почувствовал Лик. Он дернул хвостом и поднял морду, сделав таким образом знак остановиться. Охотники навострили уши. Лик смерил взглядом каждого, безмолвно раздавая указания, и волки разбрелись по окрестности, чтобы проследить за жертвой и выбрать лучшую тактику.
Тайра подошла к брату сзади и приоткрыла пасть. Ее темная с пепельными подпалинами шерсть почти целиком сливалась в темноте с еловыми лапами.
— Лоси — непростая добыча, — тихо сказала она. — Ты уверен?
— Если бы я пропустил их, некоторые могли бы посчитать это нежеланием связываться с серьезной добычей. Проявлением слабости.
Волчица втянула носом воздух и прищурилась.
— Стадо небольшое, и я не слышу среди них ни одного запаха слабого или больного. Это значит, что придется целиться в молодняк. Но так просто отбить не получится.
— Со мной первая охотница, — оскалился Лик. — Неужели не сможешь загнать одного лосенка для брата?
Тайра фыркнула в ответ, а сверху раздалось хриплое карканье. Тир спустился на самую нижнюю ветку и склонил голову.
— Честное слово, этот ваш культ силы и превосходства меня поражает, — поделился он. — Зачем лезть на рожон, когда можно не лезть на рожон? Кому-то станет легче, если ты помрешь? Даже если в клане есть желающие занять место главы, для этого им понадобится избавиться от тебя, Руумана и Тайры, которая может нарожать очаровательных волчат…
— Тир-р! — зарычала первая охотница.
— Прекратите, — огрызнулся Лик. — Тир, ты обещал не комментировать.
— Понял-понял, я молчу. — Он поднялся на ветку выше и оттуда заметил: — Все-таки вы, волки, немного странные.
Лик раздраженно повел ушами и прислушался к внутреннему чутью, надеясь, что небольшая перепалка их не спугнула. Лоси стояли на месте. Волколюд прикрыл глаза и еще раз потянул носом воздух. Теперь он знал, где находится каждый охотник из его группы. Стадо окружили полукругом, часть волков собралась в две небольшие группы, и лосям оставалось только бежать вперед.
Лик издал низкий гортанный звук, отдавая команду начать облаву. И стрелой рванулся вперед.
Едва заслышав тихий шелест травы, лоси бросились врассыпную. Волки понеслись им наперерез, собирая обратно в кучу. Они не нападали, но подпрыгивали, делая вид, что целятся в шею, клацали зубами у их длинных узловатых ног. Часть самцов, наиболее сильных и опасных, отделились, и стая умело отсекла их, уводя от остальных.
Среди оставшихся было двое лосят, их мать и взрослый самец. Лик находился к нему ближе всех и опасливо поглядывал на большие ветвистые рога. Такими прилетит — и без труда проломит череп даже волколюду. Нужно было держаться на расстоянии и придумать, как бы отвлечь его от лосихи с детьми. Сзади послышался тонкий вой: один из молодых охотников оповестил остальных, что начался загон.
“Рано”, — прошипел про себя Лик.
Самец неожиданно рассвирепел и качнулся в сторону волка. Лик отпрыгнул и в ответ щелкнул зубами рядом с его ногами. Копыто просвистело в опасной близости от волчьего носа, но тот не отступил. Лось взревел и стал напирать на волка, тесня его дальше от сородичей. Лику пришлось извернуться и сбавить скорость, чтобы избежать участи быть растоптанным.
Впрочем, свою задачу он сделал — увел самца от лосихи. За дело взялась Тайра: она коротко взвыла и заставила ее уйти в сторону, наскакивая и цепляя бока клыками.
Лик закрутился под ногами самца, не давая ему прохода. Лось ревел, фыркал, но никак не мог угнаться за проворным волком — не просто так сыну главы дали прозвище Стремительный. В ловкости и скорости с ним в клане могли посоревноваться единицы. В конце концов лосю это надоело: он наклонил голову и прицелился в бок Лику. Волколюд чудом успел отпрыгнуть в сторону, и рога с глухим стуком ударились о ствол ели.
Наверху раздалось громкое “Карра!”, и Тир камнем упал на морду самцу. Лось оглушительно заревел и замотал головой из стороны в сторону, пытаясь сбросить надоедливую птицу. Ворон вцепился когтями в мягкий нос и стал стучать клювом между глаз. Лик отскочил подальше и огляделся: Тайра увела лосиху, а вместе с ней и остальную стаю, дальше. Нужно было догонять.
Лик коротко тявкнул и, описав круг вокруг лося, припустил туда, где раздавался вой и крики лосихи. Тир, напоследок долбанув неприятеля по морде, соскочил с него и полетел следом.
— Ты мне жизнь должен, друг, — важно заявил он. — Теперь не пожалел, что взял меня на охоту?
Лик фыркнул, но ничего не ответил: его мысли были заняты охотой и тем, как там дела у Тайры. Если стае удастся управиться и с самкой, и с двумя ее детьми, это будет большим уловом.

***

Лосята оказались легкой добычей. Когда Лик нагнал стаю, они уже лежали на земле без движения, а вокруг них крутились старшие охотники, отгоняя молодняк. Тайра, навострив уши, вглядывалась в ельник. Губы ее мелко подрагивали.
— Лосиха сбежала, — оповестила волчица брата, когда тот поравнялся с ней. — Странно, что она бросила детей. Но я ее хорошо потрепала. Можем догнать и добить, если разрешишь.
Лик бросил взгляд на добычу. В целом, еды было достаточно, но если лосиха сильно ранена, долго все равно не протянет. Терять ее, когда он сам выдержал битву со свирепым самцом, казалось кощунством. Волколюд обменялся взглядами с остальными, приказывая оставаться на месте и охранять улов, а сам поманил за собой Тайру и скользнул в ельник. Волчица довольно заурчала и бросилась вдогонку.
Раненное животное они нагнали быстро. Лосиха поняла, что ее не преследовали, и сбавила скорость. Когда она поняла свою ошибку, было уже поздно: Лик второй раз за ночь оправдал свое прозвище Стремительный. Один прыжок — и он очутился у нее на спине, повалив на землю. Зубы сомкнулись на жилистой шее. Лосиха затихла быстро.
Тайра оказалась рядом с братом мгновением позже. Она прижала уши и коснулась носом его плеча.
— Сегодня никто не посмеет сказать, что ты плохой охотник. А если и посмеет, я лично откушу ему язык.
Лик соскочил на землю, облизывая окровавленные губы. Солоноватый привкус вызывал в нем хорошо знакомое волнение; по телу прошла дрожь, когти впились в мягкую землю. На короткий миг Лику показалось, что он впал в эйфорию. Он зажмурился и один раз тряхнул головой, проясняя мысли. Пока рано расслабляться. Отпраздновать удачную охоту он сможет потом.
Тир опустился на широкую еловую лапу неподалеку и уставился глазами-бусинами на мертвую лосиху.
— Вот это я больше всего люблю в вашей охоте, — поделился он. — То, с какой грацией вы настигаете добычу. Это было красиво, друг.
— Спасибо, — ухмыльнулся Лик.
— А моя доля будет? — Он нетерпеливо подпрыгнул на ветке.
— А тебе за что? — огрызнулась Тайра. — Ты что, участвовал в охоте, чтобы претендовать на добычу?
Ворон оскорбленно вскинул голову и раскрыл клюв, словно хотел как следует накаркать на волчицу.
— Я, вообще-то, Лику шкуру спас, знала бы ты!
— Чего-о?
— Прекратите сейчас же, — поморщился Лик. — Тай, он и правда помог мне с тем лосем. Ему полагается.
— Ну раз ты так говоришь… — проворчала Тайра себе под нос.
Их разговор прервал шорох кустов. Тир каркнул и поднялся выше. Лик ощетинился, вместе с ним оскалилась сестра. Их носа достиг незнакомый запах — запах чужого волка.
А потом перед ними выскочил зверь с серебристо-серой шкурой и светлыми отметинами на морде.
Лик даже растерялся.
Чужаком оказалась волчица. Увидев Лика и Тайру, она застыла, как вкопанная, и ее когти вспороли мягкую землю. Несколько долгих мгновений они смотрели друг на друга; удивление в желтых глазах незнакомки сменилось паникой, и она попятилась обратно в кусты.
— Это что еще за фокусы? — рассвирепела Тайра и обнажила клыки.
— Ба, да она ж не ваша! — прокомментировал Тир, как будто это было не очевидно.
— И… извините… — пролепетала волчица и попятилась еще быстрее. — Я не знала… я просто… я пойду…
Когда она сорвалась с места, Лик, наконец, опомнился. И рявкнул Тайре:
— Уведи стаю!
— А ты?
— А я за ней. Кто-то же должен вразумить эту дуреху.