Однажды я встретила волка

Глава 12.1. Митьяна

Х514 год, 12 день месяца Зреяния

— Спасибо, что согласился.
Мита осторожно шагала, стараясь не приминать траву. На волка, держащегося чуть в стороне, она не смотрела — ее внимание было направлено на поиски нужных ей растений.
— Так лучше и для вас, и для нас. Ты все равно бы не успокоилась и придумала бы способ пробраться в лес. Может, опять бы полезла на поиски, как в прошлый раз...
— Я ведь извинилась за эту глупость. И пообещала, что больше так делать не буду.
— И что, не нарушила бы обещание, даже если бы твоим пришлось туго?
Мита остановилась и сжала корзинку в руках.
— Я бы попросила о помощи... - обронила она.
— Кого?
— Тебя.
Митьяна услышала, как он остановился, и осмелилась поднять на него взгляд. В янтарных глазах плескалось смятение — она бы никогда не подумала, что волколюды в зверином обличье способны на эмоции.
— Тебя это удивляет? — тихо спросила она.
Лик повел ушами и опустил голову.
— Удивляет? Да. Люди, вообще-то, не сильно нам доверяют.
— А я доверяю. Потому что ты мне уже помог. И продолжаешь помогать.
— Не вздумай к этому привыкать. — Волк поморщил нос и одним прыжком оказался впереди травницы.
Мита проследила за ним взглядом и закусила губу. За два дня она провела с ним времени больше, чем все волколюды с людьми вместе взятые за последние пару сотен лет. Правда, ее уже нельзя было назвать человеком. Она перестала им быть и все больше ощущала себя похожей на волка. Звериный слух не пропадал даже в человеческом обличии, мысли смешивались, инстинкты не замолкали. Ей все больше хотелось остаться волком, хотелось стать частью клана и жить в лесу, который и раньше казался ей теплым и светлым, а теперь и вовсе ощущался родным.
— Чего застыла? — окликнул ее Лик. — Поторопись, гроза надвигается.
Травница ойкнула и поспешила за волком.
Пока Лик шел впереди, Мита разглядывала его бурую с рыжиной шерсть на спине и пушистый хвост. Будучи волком, она не различала цветов и на детали внешнего вида не обращала внимания. Теперь же она думала, что Лик был красив. Его огромные лапы казались мягкими —  легкие аккуратные шаги получались бесшумными, а трава почти не сгибалась. От его поджарой фигуры веяло благородством и силой, а еще — надежностью, и Мита ловила себя на мысли, что ей хочется запустить пальцы в густую волчью шерсть и прижаться к теплому боку.
— Может, скажешь, какие нужны травы? — прервал Лик ее мысли. — Я конечно не знахарь, но попробую найти по запаху.
— А, конечно. Можжевельник, дубровка, боярышник и молодая хвоя. Если попадутся спелые ягоды костяники или брусники — тоже хорошо.
Он потянул носом.
— Попробую.
Только сейчас до Миты дошло, что волк говорил, не раскрывая пасти. Слова будто звучали у нее в голове, и ощущения от этого были странные. Лик потрусил вперед и, кажется, сосредоточился на поиске трав. Сама же Мита теперь не могла выбросить его из головы и все время отвлекалась.
“Перестань!” — одергивала она себя и старалась смотреть под ноги.
Лес Лииш был тихим. Солнце, время от времени выглядывавшее из-за облаков, наполняло ельник рассеянным светом, и из темного и тяжелого он превращался в легкий и воздушный. Мите нравились такие перемены. Была бы ее воля — гуляла бы по лесу с утра и до самого вечера.
Травы постепенно наполняли небольшую корзинку. Нос Лика не сильно помог с поисками дубровки и боярышника — за последним стоило спуститься к воде, — но зато отыскал ароматный можжевельник. Ягоды, которые были хороши против аллергий и малярии, еще не поспели, но из молодой хвои Мита наловчилась делать растирки и настойки, которые хорошо помогали при влажном кашле, а отвары использовала как успокоительное. Заросли были большими, и почти час Мита собирала с кустов молодые побеги и набрала немало.
Других трав удалось собрать поменьше. Дубровка, настой которой Мита давала от болей в горле и животе, разрасталась медленно, а потому встречалась редко и много рвать было нельзя. С боярышником вышло еще сложнее: куст, с которого Мита обычно брала соцветия и ягоды, почти засох, и одарить путников ему было нечем. Впрочем, Мита была рада и тому, что на пути им повстречались ягодные поляны и она пополнила запасы.
Все это время Лик либо молча указывал растения, либо держался в стороне. Пару раз Мита теряла волка из виду и не на шутку пугалась, но потом находила его в нескольких локтях от себя. Он искусно держался в тени, не выдавая себя, иногда уходил вперед и почти никогда не задерживался позади. В какой-то миг Мита стала воспринимать его как данность, часть леса, с которой давно и долго была дружна.
Травница поймала себя на мысли, что такой поход ей нравится даже больше, чем охота с отцом.