Однажды я встретила волка

Глава 23.1. Гидер

{Х514 год, 20 день месяца Зреяния}

Гидер переложил арбалет в другую руку и оперся о еловый ствол.
Лес был тихим и неприветливым. Охотник бывал в нем множество раз и видел всякое, но такую враждебность ощущал впервые. Казалось, будто каждый корень, куст, каждая ветка намеревались помешать ему двигаться и отовсюду на него глядели злобные взгляды.
“Уходи!”
“Ты здесь чужой…”
Гидер шагнул вперед и помянул дамнаров: рука, которой он держался за ствол, перепачкалась смолой и теперь липла ко всему, чего он касался. Чем глубже он заходил, тем меньше ему хотелось двигаться дальше и тем сильнее было желание повернуть в деревню.
Утро выдалось пасмурным, и воздух все еще хранил в себе ночной холод. Поднявшийся над рекой туман стелился по округе и, хоть время близилось к полудню, даже не думал таять; он был настолько густым, что обесцветил многолетние ели, обычно радующие взгляд насыщенной зеленью. Порой, спускаясь в низину, Гидер чувствовал себя слепым щенком, который случайно выбрался из-под брюха матери и теперь не знал, куда податься.
Ни звуков, ни запахов. Лишь зловещая тишина.
Гидер был уверен, что волколюды уже знают о его прибытии. Его рука сжимала арбалет и немного дрожала от волнения. Охотнику было не по себе. В лес он вошел без разрешения главы клана, и если кто-то увидит его, могут с равной вероятностью как отправить домой, так и убить. Он про себя молился всем богам, которых знал, чтобы на его пути попался Лик или Рууман, но на самом деле не верил в свою удачу.
Мужчина прошел вдоль границы леса, держась тени деревьев, и вышел к берегу. Туман здесь клубился, как облака, но сквозь него проникали солнечные лучи, кое-где сияя неяркой радугой. Гидер невольно залюбовался и ненадолго остановился, наслаждаясь красотой, затем поправил ремень куртки на поясе и двинулся вдоль реки. Сапоги скользили по влажной глине, и ему приходилось шагать осторожно, чтобы не упасть.
Странно, почему он до сих пор никого не встретил?
Когда вечером восемнадцатого дня Зреяния Дирк позвал Гидера к себе, то был мрачнее тучи. Охотник и сам прекрасно понимал — дело в столяре. Пойти против Варлама означало разозлить его, а это все равно, что помахать князю ручкой и прокричать: “Сюда, здесь, в лесу, полно волчьих магов!” Он прекрасно понимал и Дирка, который всеми силами старался избежать такого исхода. Резня — последнее, что Гидер хотел бы видеть на этих землях: пускай он не родился здесь, но дремучий лес Лииш и далекие горы Кира-Нор любил как родные.
Ради этого он сегодня рисковал собой и лез туда, где ему находиться не следовало. Ничего лучше они с Дирком придумать не смогли. Если оставить как есть, может вернуться Рууман, а он встречу назначит сам, не зная подробностей. Если же послать весточку на опушку, как делали до этого, Лик придет в деревню и неизвестно, что случится. Значит, вестью придется сделать человека, который рассказал бы зверолюдам, что происходит.
Гидер сам вызвался на эту роль. Двух зайцев: и с кланом встретиться, и успокоить Варлама, который жаждал волчьей крови и требовал, чтобы охотник "показал место дамнаровым отродьям".
По расчетам Гидера, он должен был встретить воинов клана еще на границе с равниной. В это время кто-нибудь обязательно вел обход: он знал это, потому что Рууман сам его предупреждал. Но сегодня все было иначе. Гидер поднялся выше по течению, зашел дальше, чем ему позволялось на охоте — но ему навстречу до сих пор никто не вышел. От волнения у него дрожали пальцы и арбалет трясло. Наконец Гидер рассеянно подумал, что в один момент вложенная стрела все-таки вылетит, спущенная неосторожным движением, и вынул ее.
Время близилось к полудню. Ничего не происходило.