Однажды я встретила волка

Глава 29.1. Лик

Х514 год, 21 день месяца Зреяния

Хоть Лику и нужен был отдых, надолго уснуть ему никак не удавалось. Никогда еще Зверь не затихал так надолго, и волколюд чувствовал внутри пустоту, которую страшно хотелось чем-то заполнить. Будь его воля, он бы провел все время рядом с Митой, но боль не отпустила тело даже к вечеру, а отвлекать травницу от дел ему не хотелось. Успехом уже стало то, что Лик смог передвигаться по подклети, не сжимая зубы в попытках сдержать стон.
Больше всего Лик переживал за Тайру. Неприязнь к Митьяне та даже не пыталась скрыть, и неизвестно, чем могла кончиться их стычка во дворе. Лик был удивлен, когда девушки вошли в дом, мирно беседуя: Тайра несла таз с бельем, рассказывая что-то о травах, растущих в западной части леса Лииш, Мита кротко улыбалась и на ходу складывала небольшие льняные полотенца. Волколюд облегченно вздохнули: кажется, буря миновала.
Но расслабился он рано. Буря нагрянула вечером. Гидер, отказавшись от ужина, ушел в дом старосты — обсудить какое-то важное дело. В доме остались лишь Лик, Тайра и Митьяна. И тогда-то в гости к ним наведался Тир.
— У нас катастрофа! — с порога заявил ворон, за один миг обернувшись из птицы в человека.
Смысл сказанных слов дошел до Лика не сразу. Он перевел взгляд на друга и долгое время не мог понять, что он делает в дверях дома охотника. Тайра вместо приветствия зарычала, стянула с брата плед и кинула им в ворона.
— Пр-рикрой зад, дурень! — зарычала она. — Тут, вообще-то, люди живут!
— А то я не знаю, — Тир хитро подмигнул и закутался в колючую шерстяную ткань. —Но я был уверен, что ты подберешь мне одежду, достойную визита к людям.
— Засранец!
— Опять ты налегке? — нахмурился Лик.
Улыбка сползла с лица вранолюда.
— Я тайком от Маара слинял. Если бы улетел с одеждой, догадался бы, что я в деревню.
— Маар тебе нянька, что ли? — буркнула Тайра.
— Он представляет Совет пятерых, и его слово закон для воронов Нибе.
Тир сказал это таким тоном, что Лик сильно усомнился в том, что друг чтит законы своего клана.
— Что там происходит? — перебил он его.
Тир огляделся и с размаху плюхнулся на лавку, подобрав худые ноги.
— Катастрофа, — сказал он после небольшой паузы.
— Я услышал. А ничего более конкретного сказать не можешь?
— Могу. Но вам это не понравится. Очень.
Вранолюд выдержал небольшую паузу и заломил брови.
— Филлат.
— Что Филлат? — насторожилась Тайра.
Тир вздохнул.
— Он рассказал всем про нашу красавицу Митьяну.
В доме повисла тишина. Тайра поджала губы и прислонила к ним пальцы. Лик не мигая уставился в пол, переваривая услышанное.
— Рассказал? Что именно?
— Лик, не прикидывайся дураком! — рассердился ворон. — Ты прекрасно понял. Весь клан теперь знает, что ты укусил Миту и она стала волколюдкой!
Что-то разбилось о пол, и все трое вскинули головы. На пороге стояла Мита, а у ее ног валялись черепки от глиняных кружек.
— Что?.. — севшим голосом переспросила она.
Лик глухо зарычал и пробормотал себе под нос ругательства.
— Но… подожди, Филлат же… — растерялась Тайра. — Отец ведь запретил рассказывать. Что успело измениться? Лик…
— Запретил, — повторил сын главы и глухо застонал.
— Тогда почему?..
— Откуда мне знать, почему? — Он подскочил и зашипел, схватившись за бедро. — Дамнар его побери…
— Сядь, — скомандовал Тир. — Мита, милая, присядь тоже.
Травница немедленно осела на пол. Вранолюд всплеснул руками и помог ей перебраться на лавку.
— Успокойся, еще не конец света, — посоветовал он девушке. — Дыши глубоко и медленно. Разберемся.
— Чего Филлат добивается? — Тайра потерла подбородок. — Не помню, чтобы он когда-то шел наперекор слову отца.
— Я тебе скажу, чего он добивается, — прорычал Лик. — Раскола. Дамнарово отродье… стоило мне пропасть на пару дней, как он тут как тут. Мало ему места первого охотника. Он в главы метит.
— Не горячись, — осадил его Тир. — Ты, может, и прав, мне и самому так кажется. Но доказательств никаких нет. В конце концов, ты все еще здесь. А клан там, и ему теперь внушают, что ты всех бросил ради девчушки, которая ни человек, ни волколюд — вообще никто и звать ее никак. 
— А ты говорила, что меня примут… — тихо обронила Митьяна.
Она подняла беспомощный взгляд на Тайру, и Лик заметил плескавшиеся в глазах слезы.