Однажды я встретила волка

Глава 31.4. Лик

Вопреки наказу отца, Лику очень хотелось размяться, чтобы хоть немного расшевелить ноющие от боли мышцы. Откат откатом, а форму поддерживать надо. Более того, было у молодого волколюда предположение, что от этой боли можно было избавиться тренировкой, как при перенапряжении.
Время близилось к полудню. В эти часы на тренировочных полянах было немного желающих поупражняться, а значит, в случае чего его позорные стоны услышат единицы.
Так он считал ровно до того момента, как его нога ступила на редкую траву, залитую  лучами солнца.
Пользуясь нежаркой погодой, охотники клана выгнали своих подопечных и теперь гоняли по полю, заставляя отрабатывать прыжки, укусы и борьбу — не иначе как в преддверии первой охоты новой луны. Среди наставников Лик увидел Филлата и стиснул зубы так, что свело челюсть.
— Надо же, — вместо приветствия произнес первый охотник клана, — решил удостоить молодняк своим вниманием?
Лик хотел съязвить, мол, больно надо, но заметил несколько пар любопытных глаз, наполненных благоговением, и благоразумно промолчал.
— Не только охотники принимают участие в охоте, — отозвался он.
— Боишься, что не справишься?
— То, что я пришел размяться, еще не значит, что я не уверен в себе.
Зверь внутри недовольно заворчал, и Лик, бросив взгляд на усердно скачущих молодых волколюдов, направился на другой конец поляны.
— Я ни в коем случае не хотел обидеть сына вождя, — бросил Филлат ему в спину. — Уверен, ты, как и всегда, покажешь всем мастерство первого воина.
— Чего ты добиваешься? — не выдержал Лик и обернулся.
Теперь волколюды стояли друг напротив друга, сверля друг друга глазами. От прохладной вежливости на лице Филлата не осталось и следа.
— Уже такой взрослый, а не понимаешь, — поморщился первый охотник.
Разумеется, Лик понимал. Филлат нарочно провоцировал его на драку. Он чувствовал слабость в теле сына вождя и хотел ей воспользоваться, а потому старался разозлить, нарочно обращаясь к нему как к непутевому волчонку — притом что разница в возрасте у них была всего два с небольшим года.
— Не заговаривай мне зубы. Если тебе нечего сказать, я пойду.
Прочие охотники оторвались от своих тренировок и теперь с интересом наблюдали за ссорой. Зверь Лика продолжал ворчать, и волколюд призвал в помощь все свое самообладание.
— Знаешь, я честно молчал все это время, — неожиданно зло процедил Филлат. — Следовал приказу моего вождя и хранил тайну про эту девку. Но ведает Всевидящая, мне сразу стоило рассказать о ней всем. Она свела тебя с ума, заставила отступиться от принципов клана. Честно, я восхищался тобой до сегодняшнего дня. Поверить не могу, что ты решился на такую глупость.
— Не тебе решать, глупость или нет, — парировал Лик. — Ты ее совершенно не знаешь.
— Увидеть ее один раз было вполне достаточно. Она-то волколюдка? Ошибка древних богов, не более того. Обычная деревенская самодурка.
Кулаки Лика сжались так, что побелели костяшки пальцев.
— Не думаю, что она действительно что-то умеет. И что? — продолжал Филлат. — Будешь убивать за нее добычу, чтобы она подносила ее клану? Защищать от других? Тебе бы о своем положении позаботиться…
Охотник не договорил — Лик налетел на него и сбил с ног. Ударом о землю Филлату вышибло весь воздух из легких, и он закашлялся. Свидетели драки зароптали, кто испуганно, а кто с восхищением. Пальцы Лика сомкнулись на воротнике, сильнее вдавив соперника в землю. Филлат захрипел.
— У кого-то еще остались сомнения? — прорычал Лик, обведя взглядом остальных.
Над поляной повисла тишина; ее нарушали только звуки, издаваемые первым охотником.
— У меня достаточно сил, чтобы постоять за себя и за нее, — продолжил сын вождя. — Если кто-то не согласен с решением отца принять ее на испытательный срок в клан, пусть выйдет сюда и бросит вызов.
Молодые волколюды испуганно замотали головами. Охотники постарше нахмурились, но склонили головы.
— Передайте это остальным. —Лик разжал пальцы и выпусти Филлата, а затем поднялся на ноги.
На край поляны, скрытый тенью деревьев, Лик уходил под гробовое молчание и сдавленные ругательства Филлата. Руки мелко дрожали от клокочущей в груди ярости, но Лик прикрыл глаза и несколько раз глубоко вздохнул. Он пришел сюда размяться, и его планам никто не помешает.