Однажды я встретила волка

Глава 33.2. Митьяна

На закате солнца в лесу раздалась перекличка: несколько голосов слились в стройный вой, который дополняли короткие подвывания. Катар, который до этого прыгал по поваленной ели, поскользнулся и шмякнулся на землю. Лик навострил уши и недовольно проворчал:
— Охотники…
Митьяна, выползавшая из кустов после неудачной попытки атаковать Лика, выплюнула ветки и переспросила:
— Охотники?
— Филлат и Кама, скорее всего, собирают молодняк, чтобы этой ночью устроить им последнюю тренировку перед большой охотой. Отец видимо дал добро, а значит, никто не должен им мешать сегодня — присутствовать дозволено только тем, кто ведет ночной обход. — Он поднялся на лапы и махнул хвостом. — Идем. Даже несмотря на то, что охота тренировочная, к вечернему костру должен собраться весь клан.
— А… — изрекла волчица, но послушно отряхнулась и потрусила за ним.
— Лик, а мне можно не присутствовать там? — спросил волчонок. Он в два прыжка догнал старших и теперь бежал чуть позади Лика, слегка прижав уши.
— А почему ты думаешь, что должен?
— Ну… меня ведь обучали как охотника, до того, как я стал твоим учеником.
— Разумеется, этот вопрос уже давно улажен. Сейчас ты один из будущих воинов клана и отвечаешь на наш с Тайрой призыв.
— Получается, в клане такое сильное разделение на охотников и воинов? — удивилась Митьяна.
Волколюд скосил глаза.
— До недавнего времени оно не было таким сильным… впрочем, нет. Последние несколько лет напряжение между ними только растет. Сомневаюсь, что до нашего с Тайрой рождения было иначе.
Мита благоразумно промолчала: расспрашивать детали конфликта было неудобно и даже страшно. Еще страшнее сейчас было показаться на глаза всему клану: до этого ее видел едва ли десяток, но сейчас таких десятков будет несколько.
К костру Лик привел Митьяну в человеческом обличье. К моменту, как они ступили в круг, большая часть клана уже собралась. Под косыми взглядами травница ежилась и непроизвольно жалась к Лику: одни были любопытными, другие — откровенно неприязненными и, тем не менее, одинаково ее пугали. Даже Зверь внутри нее притих, правда, ненадолго. Стоило Мите пересечься взглядом с высокой статной женщиной с неровно остриженными взъерошенными волосами, стоящей по ту сторону костра, как волна раздражения прокатилась по всему телу в ответ на ее презрительную ухмылку. Волколюдка смотрела прямо на травницу, изредка бросая взгляд на замершего рядом Лика. Пламя костра плясало в ее глазах, отчего она действительно походила на порождение Аозара, каковыми считали волколюдов деревенские.
— Кто?.. — начала было Мита тихо, но Лик опередил вопрос.
— Кама Зрячая, первая охотница клана. — Его голос был низким, похожим на рычание. — Мнится мне, они с Филлатом нарочно решили вывести своих малолеток на пробную охоту.
— Зачем?
— Чтобы отнять у нас время для тренировки.
Что ж, злость, внезапно вскипевшая в Митьяне, теперь казалась объяснимой. У травницы было чувство, что Кама не даст ей покоя и на самой охоте.
Когда у костра появился Рууман, остальные притихли. Он заговорил, и голос его был зычным, раскатистым; он словно накрывал всю поляну, заставляя прислушаться всех и каждого. Мита почти не улавливала смысла его слов: там было что-то про важность предстоящей охоты, про роль молодых в будущем клана и про правильность решения первых охотников клана. От мощи его голоса Мита буквально дрожала и ничего не могла с собой поделать. Про правила, установленные этой ночью в связи с тренировочной охотой, она уже не слушала, только глядела себе под ноги и молилась всем богам и Всевидящей, чтобы это наконец закончилось.
За всю свою речь Рууман даже не взглянул на Митьяну. И та была ему за это благодарна.