Одни дома: тени прошлого

Оставшись одни

Октябрь стелил по улицам плотный, тяжёлый туман. За серыми облаками медленно угасал день, и окна старого дома, окружённого садом с голыми деревьями, тускло отражали последние лучи. Было тихо — слишком тихо, как для начала осенних каникул.

Лёша сидел у окна, наблюдая, как капли дождя лениво скатываются по стеклу. Ему было четырнадцать — он считал себя взрослым, самостоятельным, и с энтузиазмом воспринял новость о том, что родители уезжают на пару дней.

— Два дня свободы! — радостно сказал он утром, когда провожал родителей до машины. — Мы с Димой всё уладим.

Диме было девять, и он, в отличие от брата, не разделял оптимизма. Он стоял с плюшевым мишкой в руках, насупив брови.

— А если что-то случится? — тихо спросил он, когда машина скрылась за поворотом.

— Ничего не случится. Мы не в фильме ужасов, — ответил Лёша, похлопав брата по плечу. — Мы просто одни дома. Это даже круто.

Дом был старый, с высокими потолками, деревянной лестницей и множеством комнат, куда родители обычно не заходили. Дед ещё в 70-х построил его сам — на склоне холма, где когда-то, по словам бабушки, стояла мельница. С тех пор дом ремонтировали, но скрип половиц и завывания ветра в трубах остались неизменными.

Когда стемнело, Лёша растянулся на диване с планшетом, пока Дима вяло листал комикс.

— Что, страшно? — хмыкнул Лёша. — Вдруг в шкафу кто-то прячется?

— Не смешно, — буркнул Дима. — Мне кажется, этот дом какой-то… не такой.

— Он старый, вот и всё. Зато у нас есть интернет, пицца и телек.

Пиццу заказали заранее. Курьер задержался — к тому времени на улицах стало совсем темно, и двор освещался только одним фонарём, мигающим на столбе. Лёша не обратил на это внимания. Но Дима, выглянув в окно, вдруг резко отпрянул.

— Там кто-то стоял… — прошептал он.

— Кто?

— Я не знаю. У фонаря. Я видел тень.

Лёша вздохнул.

— Это курьер, наверное. Или дерево. Ветер же.

Они ужинали перед телевизором, и всё казалось в порядке. Но где-то около полуночи, когда они выключили свет и поднялись наверх, дом будто изменился. Воздух стал плотным, как перед грозой. Слышался не просто скрип половиц, а какой-то… ритм. Словно кто-то действительно ходил по дому. Осторожно. Медленно. Выжидающе.

Лёша не подавал виду, но ему стало не по себе. Он задвинул засов на двери и закрыл шторы.

— Спокойной ночи, — сказал он.

— Если что — разбудишь, ладно? — прошептал Дима, укрываясь с головой.

— Конечно.

Но в ту ночь они оба спали плохо.