Одни дома: тени прошлого

Он смотрит

Когда в доме начинаешь бояться зеркал, жить становится трудно. Каждый взгляд в стекло — как прыжок в ледяную воду. Никогда не знаешь, увидишь ли только себя.

Лёша с утра первым делом закрыл все зеркала: в ванной — полотенцем, в прихожей — пледом, в комнате — наклеил листы бумаги. Но страх не ушёл. Он просто переехал в стены.

На следующий день всё стало ещё хуже.

Лёша проснулся оттого, что почувствовал взгляд. Он резко открыл глаза — комната пуста. Только тусклый утренний свет скользит по полу.

— Лёш… — позвал Дима из-за стены. — Ты видел?

— Что?

— На полу. В прихожей.

Он вышел из комнаты и сразу замер: на светлом паркете тянулись мокрые следы. Как будто кто-то босиком прошёлся по полу. Следы начинались у лестницы… и обрывались прямо у двери в их комнату.

Лёша сглотнул. Дима стоял рядом, бледный как стена.

— Мы… не ходили по воде. И не спали босиком.

— И мы точно были внутри всё это время.

Дальше — хуже.

Они обнаружили, что медальон исчез. Лёша был уверен, что положил его в коробку под кровать. Но она была пуста.

— Его взяли? — прошептал Дима.

— Или он ушёл сам…

На кухне упали часы. Прямо в тот момент, когда они об этом говорили. Разбились. Стрелки замерли на 3:33.

Днём они проверили чердак, решив, что кто-то мог прятаться там. Но кроме старой мебели и коробок с вещами деда, ничего не нашли. Хотя…

— Смотри, — прошептал Дима, — коробки кто-то передвигал.

На пыльном полу были следы. Человеческие. Но не их.

Они уходили в угол чердака, к старому окну, которое никогда не открывали. Лёша потянул створку — она поддалась с неожиданной лёгкостью.

А на стекле, изнутри, была царапина — в виде всё того же символа: глаз с двумя зрачками.

Вечером, почти на грани нервного срыва, они решили избавиться от медальона — если найдут его.

И нашли.

На полу в ванной. Аккуратно положенный на кафель, прямо по центру. Как будто кто-то оставил его специально, чтобы они увидели.

Лёша взял его тряпкой, бросил в металлическую коробку, обмотал скотчем и закопал в саду, глубоко, под сухим клёном. Дима всё это время стоял рядом, почти не дыша.

Они вернулись в дом. Закрыли дверь. Умылись. Сели. И… тишина.

Почти облегчение.

Почти.

До тех пор, пока в их комнате не загорелся свет сам по себе.

А на подоконнике, написанное чем-то чёрным, жирным и дрожащим, появилось одно слово:

"Зачем?"

— Это не просто паранормальное, — сказал Лёша, когда пришёл в себя. — Это игра. Кто-то… ведёт нас.

— Или проверяет, сколько мы выдержим, — добавил Дима.

Они начали искать связь между символами, блокнотом, домом и дедом. Вернулись к старым альбомам, газетам, письмам, но правда ускользала. Лишь одно стало ясно:

Кто-то всё ещё в доме.

И он смотрит.

Не просто сквозь стены.

Сквозь них.