Одно проклятие на двоих

Глава девятнадцатая

В одном шаге от пропасти

Корделия

Белогуда осталась позади необъятным морем зелени и волнующими воспоминаниями, от которых ладони до сих пор покалывало незаметными магическими иглами, а в груди разливалось непривычное тепло. Все плохое, что со мной случилось около озера Правды, ушло на задний план, а на переднем маячили воспоминания о внезапно откликнувшейся на мой призыв целительской магии. Она ярким и мощным потоком прокатилась от головы до кончиков пальцев на ногах, пронзая меня лучами света и исходя из ладоней жаром и красивыми золотистыми искрами. Я до последнего не верила, что мой дар пробудился так внезапно, но не могла отрицать очевидное – кровь из носа Горация перестала хлестать, кровавые разводы исчезали, словно стирались незаметной глазу салфеткой, а болезненная синева сходила с кожи по мановению моих рук.

Я паниковала, когда Гораций потерял сознание, умоляя меня не уходить, но дар пробудился, стоило лишь подумать об остановки крови, которая тоненькими ручейками текла и текла из носа кронпринца.

Он лежал на земле, судорожно хватая ртом воздух, а его грудная клетка то опадала, то вздымалась, как у человека, страдающего невыносимыми болями. Все, что я могла сделать, это удерживать его руками и молить Триединую, чтобы она подсказала мне решение, и в тот момент дар внутри меня среагировал незримым импульсом, ударил разрядом тока, прошил тело насквозь и выплеснулся искрами из ладоней. Стоило провести над лицом Горация руками, и он задышал ровнее и глубже, успокоился, перестал судорожно втягивать в себя воздух. Морщины на его лице разгладились, синева ушла, кровь испарилась, не оставляя следа, а я запаниковала еще больше. Только прохладные воды озера Правды сумели остудить мои ладони, с которых то и дело слетали искры, и я расслабилась, не тревожа и Гора, который мирно спал, раскинувшись прямо на песке.

Подняв рукава повыше, я еще раз посмотрела на свои руки, которые выглядели, как и прежде. Дар внутри успокоился и свернулся теплым клубочком в груди, а о случившемся напоминал только здоровый и выспавшийся вид Горация, который вел неспешную беседу с Вениамином ас Сольдом, успевая усмехаться на мой нахмуренный и задумчивый вид.

Кронпринц словно почувствовал мой взгляд, сделал несколько шагов в мою сторону и коснулся руки.

-Отчего ты хмуришься? - спросил Гор, и я подняла голову и натянуто улыбнулась, ничего не ответив. Он не помнил, что произошло на озере Правды, а я не собиралась раскрывать ему того, чего и сама не до конца понимала. Очевидно, что Гораций от меня что-то скрывает, но что? И как объяснить чересчур реальные сновидения, в которых я лечила его от таинственной болезни или то, что в моих снах Гораций совершенно другой, нежели в реальной жизни?

-Я бы хотела остаться в ВСМП на ночь, - попросила я Гора, когда он помог мне подняться по ступеням к порталу. – Мне было бы полезно провести здесь какое-то время.

Кронпринц нахмурился, но недовольства не выказал, лишь сильнее сжав пальцы на моем локте. От его прикосновений больше не исходил покалывающий кожу холод, но и тепла я не чувствовала.

-Соскучилась по друзьям? – спросил он, вглядываясь в мое лицо черными глазами, выражение которых снова стало непроницаемым.

-Да, мы договорились пообщаться, - ответила я с натянутой улыбкой, от которой сводило скулы.

Меня знобило от противоречивых чувств и эмоций, которые охватывали и тело, и душу, стоило остаться с Горацием наедине, и я мечтала о передышке. Если он не отпустит меня, то я просто напросто сбегу, не выдержав подобного напряжения.

В голове до сих пор раздавался голос Горация, который умолял меня остаться, и я, как вживую, видела его синие глаза и открытую добрую улыбку, только вот сейчас я видела иного человека, чьи глаза поразило непонятное мне проклятие. Я обрела дар, пробудила его, что бы это ни значило, но до сих пор не имела понятия, как помочь Горацию, как избавить его от недуга.

-Прошу тебя, Гор, - прошептала я, опасаясь, что Вениамин ас Сольд услышит, вмешавшись и нарушив все мои планы.

Кронпринц дернулся, и что-то в его взгляде надломилось, являя сквозь черноту синий проблеск. От неожиданности я едва устояла на ногах, покачнувшись и вцепившись в его руки, а Гор приобнял меня за талию, крепко прижав к груди.

-Душа моя, если ты и дальше продолжишь так откровенно пользоваться моей слабостью, то я возненавижу собственное имя, - прошептал он горячо прямо мне в волосы, сжимая пальцы одной руки на талии и выписывая ладонью второй широкие круги на моей спине.

-Гор, - повторила я, приподнимая подбородок и заглядывая в его глаза.

«Нет, мне не показалось!»

Стоило только прошептать его имя с нежной и умоляюще интонацией, как синева радужки стала шире, тесня непроницаемую мглу, а на губах Горация расцвела настоящая улыбка. Лукавый огонек в его глазах говорил о том, что Гор прекрасно понимает, что я пользуюсь его слабостью по отношению ко мне, но он не противился, удивляя меня отзывчивостью и добротой.

-Оставайся, но пообещай мне не засиживаться допоздна. – Попросил он. - Завтра утром у меня дела в городе, я заберу тебя сразу после завтрака, - добавил Гораций, отступая на шаг и оборачиваясь к Вениамину ас Сольду, который нетерпеливо переминался с ноги на ногу.

-И о чем я еще не догадываюсь? – спросил наставник, переводя взгляд то на меня, то на кронпринца. – Не забывай, Корделия, что артефакт все еще связывает нас с тобой, и я способен ощутить твои самые сильные эмоции.

Я сузила глаза и скрипнула зубами.

-На что вы намекаете, Вениами ас Сольд? – приподняла я брови, стараясь казаться равнодушной, а Гораций аж подался вперед, сканируя друга пристальным взглядом и не давая тому ответить.

-Ты действительно почувствуешь, если Корделия к примеру… кхм… влюбится? – спросил он, и снова лукавые огоньки заблестели в его глазах, демонстрируя явное поддразнивание.