Одно твоё слово

Глава 9

– Почему?

Дави уже собрался ответить ей, разумеется, солгать и выдумать причину, по которой он, барон Хогг, который притворяется Брумом, не может пойти на обед в дом Уимс. Наверняка его узнает новая служанка, и Эдме перестанет быть искренней с ним. Но слова потерялись, равно, как и сам Дави.

Крошечная мисс стояла совсем близко. Она подняла личико к нему и смотрела так нежно, что Дави подавился ложью и в тот самый момент понял, о чем пел старый Харви в своей балладе. В глазах Эдме можно было не просто утонуть, но сделать это будучи совершенно счастливым.

Собственно, Дави был в хорошем настроении с самого утра, когда вернувшись в замок, отправился проверить все ли спокойно в городке и увидел мисс Уимс. О том, что шел он в Стоунхейвен увидеть именно ее, Дави не думал. Точнее, он просто не хотел себе в этом признаться. Те несколько недель, что его не было в замке, он часто вспоминал маленькую Эдме, улыбался и даже волновался о ней. 

Он увидел ее на ступенях церкви: Эдме похорошела, уже не выглядела испуганной и несчастной. Она споткнулась и Дави с трудом удержал себя от того, чтобы не броситься к ней и не протянуть руку. Она вопреки его ожиданиям не упала и очень бодро направилась к лугу, что отделял городок от ее владений. Там он и заговорил с ней, а вот теперь смотрел в глаза цвета шотландского неба и …

– Эдме… – пришлось отвернуться, чтобы суметь говорить дальше. – Не могу и все.

– Это из-за проклятья, да? – глаза Эдме стали еще больше. – Тебе не о чем волноваться! Мы чтим господа нашего и молимся ежедневно. В моем доме нет скверны, Брум.

У Дави дернулись щека и глаз. Он сердился на Эдме, не желая злиться на себя самого, но при этом, понимая, что он сам и есть причина всей этой неприятной ситуации.

– Мисс, вы сказали, что потратили все свои деньги. Я не стану лишать вас миски супа и куска хлеба. Считайте, что сегодня я помог вам из христианского сострадания.

– Ты шутишь, Брум? – После этих ее слов Дави наблюдал презабавные изменения в ее лице: удивление, неверие, осознание.

И нисколько не рассердился, услышав заразительный смех мисс Уимс.

– Замечательно, мисс. Я говорю вам о милосердии, а вы смеетесь. 

– Ты решил, что лишишь меня последнего куска хлеба? Брум, пожалуйста, не волнуйся. Барон Хогг уже вернулся, а значит, завтра я могу пойти к нему и потребовать оплаты за те несколько акров земли, что он арендует у меня. Вот. Терренс сказал, что в этом случае мне вовсе не обязательно быть представленной лорду Дави. Вероятно, я не разбогатею, но уверяю тебя, на еду мне хватит. И я смело приглашаю тебя на обед в свой дом, – она сцепила руки за спиной и покачивалась так, как это делают маленькие девочки, когда чем-то хвастаются.

Хогг выслушал ее, отметив, что щека и глаз дернулись снова, а потом посмотрел на небо. Он знал, что оно справедливо, но именно сейчас это было лишним. Дави понял, что знакомства не избежать и принял это с достоинством.

– К которому часу вы придете в замок, мисс?

– Думаю к полудню… Или нужно раньше? Брум, ты знаешь барона, скажи, когда он занят? И насколько он суров? Мэг рассказала мне о нем, и теперь я боюсь идти в замок. Нет, ты не подумай дурного, я не сплетничала с прислугой, но …

– Я понял, мисс, – Дави скривился по двум причинам: у него заболела голова и он понял, что сегодня последний день его простого общения с крошкой Эдме. – Приходите к полудню. В это время барон не будет занят. Что? Почему вы так смотрите? Сэр Дави не съест вас. Он не любит цыплят.

– А что он любит? – любопытная маленькая мисс сделала шажок к Дави. – Мэг сказала, что он любит тишину и поэтому все в замке ходят на цыпочках. А еще он ругает тех, кто ему не нравится. Поверь, он будет меня ругать…

Эдме печально изогнула брови, и Дави едва не засмеялся.

– И чем же вы так провинились перед Хоггом? – Дави именно сейчас порадовался своей пышной бороде: она успешно скрыла его улыбку.

– Не знаю, Брум, но обязательно провинюсь. Верь мне! Мэг говорила, что барон не переносит растяп, а я она и есть. Брум, а если я не пойду к барону, а отправлю в замок Терренса?

– Ну уж нет. Вы Эдме Уимс, племянница почившего Эшли Уимса и его законная наследница, а значит, вам и получать от барона. Согласитесь, стыдно прятаться за спиной своего слуги.

– Получать от барона? – глаза Эдме снова стали огромными и Дави слегка сбился с мысли.

– Конечно. Деньги и его гнев, мисс.

– Почему сразу гнев? Я еще ничего дурного не сделала!

– С вашим везением ситуация изменится очень скоро, – Дави не выдержал и засмеялся.

– По-моему, ты просто пугаешь меня, – Эдме рассердилась и даже топнула ногой. – Сэр Дави Хогг дворянин! Он не обидит женщину, а тем более дочь лэрда Уимса.

– Теперь вы пугаете меня, мисс Эдме, – Дави в притворном ужасе поднял вверх огромные руки, словно капитулируя. – Почему вы сразу не сказали, что умеете быть грозной?

Дави понимал, что говорит глупости, но вся эта веселая чушь соскакивала с языка и забавляла его самого чрезвычайно. А мгновение спустя, Хогг понял, что это кажется смешным не только ему, а еще и очаровательной юной девушке, которая прекратила сердиться и засмеялась. Дави смотрел на Эдме и жалел, что ветер уносит далеко в пустошь этот ее смех: нежный, мелодичный и заразительный. Он хотел оставить его себе, своровать и спрятать это маленькое чудо, чтобы наслаждаться им как можно дольше. И именно в этот момент, Дави вспомнил, что дни его сочтены: боль не дала ему забыть об этом.

Он замолк, сморщился и прикрыл правый глаз.

– Брум… Брум, что с тобой? – голос мисс Уимс уже не звучал очаровательной мелодией, став испуганным и сострадательным.

– Ничего такого, о чем следовало бы беспокоиться, – Дави привычно справился с болью: просто проигнорировал ее.

– Нет… Ты побледнел… Тебе больно. Может быть, ты голоден? Идем, Брум, идем скорее! – Эдме ухватила его за рукав куртки и потянула к своему дому.