Одолевая дьявола

Мертвый город

Сердце билось глухо и часто. Волна паники смыла все связные мысли, оставив только нарастающий страх и чувство беспомощности.

– Почему ворота распахнуты? И где стража? – нахмурившись, спросил сэр Генри, первым из мужчин озвучивший неладное.

Все разом замолчали. В наступившей тишине было слышно недовольное ржание никак не желающих успокаиваться лошадей.

– Может, они тоже подверглись нападению? – неуверенно предположил высокий верзила по имени Мурей.

Мужчина мрачно качнул головой:

– Не знаю, но в любом случае нам придется узнать это. Ее Высочество ожидает помощи, а, добираясь до ближайшего города, мы только потеряем драгоценное время.

Я только было раскрыла рот, чтобы попытаться озвучить свои бессвязные страхи, как в этот момент случилось неожиданное: отшатнувшись, лошади вдруг испуганно заржали и разом поднялись на дыбы, вырывая поводья из рук держащих их людей. Ощутив свободу, они, точно по команде, развернулись и помчались прочь, вздымая брызги грязи из дорожных канав.

Мы растерянно провожали их взглядами.

– Что теперь нам делать? – казалось, Хольда вот-вот расплачется. Глядя на нее, я почувствовала¸ что и сама готова разревется.

– Тише, – прикрикнул раздосадованный Генри. – Не знаю, какая вожжа попала им под хвост, но теперь делать нечего – придется искать других лошадей в здешних конюшнях.

– Если мы вообще кого-то там найдем, – вполголоса промолвил себе под нос испуганный Крэм.

Сэр Генри сделал вид, что не расслышал этих слов.

Я усиленно прокручивала в голове обрывки воспоминаний. Отчего-то все, что было связано с отъездом из этого места, было точно подернуто вязкой дымкой. Но черную волну, нахлынувшую на город, я помнила отчетливо. Но что произошло после? Что стало с жителями?

 Похоже, это нам сейчас и предстояло выяснить. И хотя эта идея не вызывала в моей душе положительного отклика, альтернативы не было.

С осторожностью мы прошли в ворота, ежесекундно оглядываясь – очевидно, чувство страха поглотило не меня одну.

Пройдя с десяток шагов, мы остановились.

– Что за чертовщина? – изумленно произнес сэр Генри, оглядываясь по сторонам.

Город казался заброшенным. Ни жителей, ни животных. Только мертвенная тишина, в которой словно раскаты грома звучали наши неуверенные шаги.

Улица, дома – все выглядело так, словно хозяева на мгновение вышли куда-то по делам, оставив все свои дела незавершенными, в надежде совсем скоро возвратиться обратно.

– Может, на них тоже было совершено нападение? – неуверенно предположил Ромин –  рыжебородый рослый детина.

– Нет следов борьбы, не видно тел, – не согласился мужчина. – И даже если нападавших было немало, не могли же они уничтожить целый город! Старики, женщины, дети – кто-нибудь да остался бы в живых!

– В любом случае, надо идти дальше – возможно, они собрались в церкви или где-то еще.

Все двинулись дальше, а я не могла сдвинуться с места, придавленная тяжестью внезапно обрушившихся догадок.

– Асель, – нетерпеливо окликнул меня Дайр. – Надо спешить!

Я медленно кивнула ему, даже не понимая смысл сказанного. В эту секунду все, о чем я могла думать, были стремительно наполняющие память забытые образы прошлого. Неизвестно, что именно послужило возвращению воспоминаний, но внезапно все стало на свои места, все разрозненные части мозаики собрались в единую удручающую картину. Слухи, ходившие во дворце про другой город Брог, не вернувшиеся гонцы, в числе которых был и тот, чье отсутствие так печалило Милушу и неизвестную мне рыжеволосую девчушку,

Четыре города за четыре дня просрочки. Королевская плата Дьяволу.

Осознание того, что я всему виной резко обрушилось на меня, точно не знающий жалости лезвие палача на беззащитную шею осужденного.

Что произошло со всеми жителями? Почему улицы города пустынны, точно все население разом растворилось, оставив все нажитое добро? Не могло ведь войско Дьявола заставить исчезнуть сотни, тысячи людей?

С каждым шагом груз вины становился все невыносимей. Точно все это время воспоминания о ночи, когда мы с тетей на вершине холма наблюдали за гибнущим городом, умышленно скрывались на задворках памяти, дожидаясь подходящего случая, чтобы обрушиться на меня со всей беспощадностью.

Захваченная врасплох этими чувствами я не сразу заметила, что вот уже некоторое время ноздри упрямо щекочет странный запах.

Принюхавшись, я поморщилась – аромат был далеко не из приятных. Судя по выражению лиц других участников нашего отряда, этот запах почувствовала не я одна.

Едва уловимый запах, от которого в жилах стыла кровь. Запах смерти, запах боли и страха. Так должны пахнуть человеческие страдания.

– Держитесь рядом друг с другом, – внезапно приказал нахмурившийся сэр Генри, озираясь вокруг.