Одуванчик для бывшего. Отпуск не по плану

Глава 5

Роман.

На арендованном крузере врываемся с Аней в деревню.

Малиновка — обычная карельская глушь: леса, луга, полевые цветы, ржавые вывески. Людей куда больше, чем я ожидал.

Гравий под шинами хрустит печальными, хлёсткими аккордами.

Останавливаюсь у домика администрации — невысокой избы с резными наличниками.

Выхожу и обхожу машину с другой стороны. Открываю перед Аней дверь.

— Ну, как тебе первое впечатление?

— Красота… — морщится брезгливо. Ступает на пыльную дорогу своими аккуратными туфельками, обмахивает ладонью лицо. — Что за запах?

— Полагаю, навоз.

— Кошмар… Антисанитария.

— Идём, — подхватываю наши сумки и киваю ей в сторону администрации.

Внутри нас встречает дородная тётечка лет шестидесяти: круглые розовые щёки, выгоревший ситцевый сарафан, поверх которого накинут вязаный жилет. На грубо сколоченной стойке перед ней стоит блюдо с засахаренными ягодами и кружка с дымящимся чаем.

Безобразие какое…

В моих отелях на ресепшене у девочек даже маникюр под цвет бренда сделан, а здесь сотрудники жуют ягоды и распивают чаи прямо на рабочем месте.

— Добрый день! — Улыбается радушно эта труженица колхозного фронта. — Что привело вас к нам?

Мрачно улыбаюсь в ответ.

— Трагическое стечение обстоятельств. Роман Истомин. Бронь на два домика, — бросаю паспорт на стойку.

Жду, пока дружелюбная тётя залезет в комп, но не тут-то было! Она открывает толстенный журнал, шуршит страницами, ведёт по строчкам пальцем.

— Так… Истомин, есть. Дом номер восемнадцать, — захлопывает торжественно журнал.

— А второй?

— Второй?

— Мы два дома бронировали, — поджимаю губы.

Ну вот, бардак. Что и требовалось доказать.

Женщина вновь открывает журнал, вновь шуршит страницами и ведёт пальцем. И всё это тя-я-я-янется… Я теряю драгоценное время, а меня крайне бесит терять время.

Мать вашу…

Куда я попал?

— Хм… Нет, на ваше имя забронирован лишь один дом. Двухместный «уютный».

— Это ошибка какая-то, проверьте ещё раз.

Аня краснеет рядом.

— Роман Дмитриевич, я лично звонила и подавала заявку на бронь двух домов. Возможно, сбой в системе…

— Нет-нет! — Перебивает тётечка. — Никакого сбоя!

— Конечно, Аня, о чём ты только думаешь? Нет системы — нет сбоя! — Язвлю. — Так, главного администратора мне сюда.

— Это я, — тётя заливается густым румянцем.

Вздыхаю раздражённо.

— Окей, менеджера смены.

— И это… Тоже… Я.

— О, прекрасно! Кто у вас тут начальник?

— Свободных домиков в ближайшие две недели всё равно не будет.

— Наплевать. Хочу видеть этого человека немедленно!

— А, так это… Зараза наша у силосной ямы была, да только не сидит она на месте. Вы у народа поспрашивайте, где она.

Зараза?

Бог ты мой.

Всё хуже, чем я думал. Это вот так они начальницу величают?

А как же субординация? Как же, мать его, уважение?

Я теперь, словно сорванец, должен бегать по округе и разыскивать эту… Заразу.

Резко развернувшись на пятках, иду к выходу.

— Роман Дмитриевич, вы куда? — Догоняет Аня.

— Забирай ключи от восемнадцатого и заселяйся. Схожу решу нашу проблему.

— А может, ну его? Сказали ведь, что свободных нет. Наверняка в доме найдётся два спальных места, — тупит глаза в пол.

И почему-то в голове всплывают слова Марка о том, что с Анькой стоит держать ухо востро. Однако я тут же вытряхиваю эту мысль.

— Я всё же попытаюсь хоть что-то предпринять.

Ухожу на поиски Заразы этой.

Местные, словно нарочно, говорят что попало, и показания их не сходятся.

Я как дурачок рассекаю по всему посёлку.

Сорок кругов ада, навозного благовония и сельских шарад, и мой квест, наконец, завершается в яблоневом саду.

За низкой кроной цветущих яблонь вижу женскую фигуру. Простое длинное платье в пятнах свежей земли, волосы собраны в грубый узел. Она стоит на коленях у клумбы, ладонью разгребает рыхлую почву и что‑то поправляет у корней цветов.

И я без труда узнаю в этой женщине ту, что вырвала когда-то безжалостно сердце из моей груди.

Я вижу Зару…