Одуванчик из стали

Глава 1. Я согласна

Кошачьи глаза приковали внимание, стали огромными, как вселенная с яркими огоньками звёзд, а потом густая зелень сменилась бархатной чернотой, звёзды же никуда не делись.

Лекса растерянно моргнула и поняла, что не задыхается больше, да и тяжёлое кресло куда-то делось. Всё куда-то делось. Она даже тела своего не ощущала толком, и на чём лежит — не понятно. Может, она и не лежит вовсе, а парит в невесомости. Вытянутые вперёд руки не нащупали ничего, и самих рук перед собой она не рассмотрела.

Зато в окружающей темноте вдруг открылись яркие зелёные глаза с вертикальным зрачком и уставились на неё.

«Зрачки у котов реагируют на свет. В темноте они должны быть круглыми», — машинально заметила Лекса, и неправильные зрачки тут же исправились. А вокруг глаз медленно материализовалась кошачья морда, а потом и весь кот.

— Ты совсем не боишься? — спросил кот.

— Не вижу смысла бояться. Я уже умерла, или это у меня бред такой предсмертный? Интересный.

— Интересно ей, — мурлыкнул кот, не понять с восхищением или с осуждением. — Ты пока не умерла, но ты же помнишь, что случилось? Твоё тело под водой. Ты умираешь.

— И скоро я умру? — умирать не хотелось категорически, но и испугаться не получалось. Наверное, потому, что поверить в реальность разговора с котом тоже было трудно.

— Пока мы не поговорим, не умрёшь. Здесь нет времени, мы можем общаться, сколько хотим.

— Это ты хочешь. Я не особо стремилась к общению говорящими котами.

— Слушай, женщина, ты жить вообще хочешь?! — возмутился кот.

— Хочу.

— Тогда ты меня выслушаешь.

— С этого и надо было начинать, — усмехнулась Лекса. — Только скажи для начала, зачем ты притворяешься моим котом?

— Откуда ты знаешь? — кажется, кот растерялся.

— Мурыч, конечно, наглый зверь, но ему до тебя далеко. И говорить он вроде пока не научился. Так кто ты такой, и почему я должна тебя слушать?

— Я повелитель теней, — заявил кот таким тоном, словно сказал «я повелитель вселенной».

Лекса не впечатлилась:

— Какие тени в темноте? Чтобы были тени, нужен свет.

— Я фигурально выражаюсь. Души — это тоже тени. Повелитель душ — так понятнее?

— И много у тебя подданных? — Лекса спросила это с живейшим интересом. Разговор начинал ей нравиться. Кот сейчас темнил, напоминал поставщика, который набивает себе цену, а сбыть пытается залежалый товар. Вывести на чистую воду этого повелителя и в самом деле было интересно. Кот же тем временем начал злиться.

— Слушай, женщина, не сбивай меня. Подданных у меня достаточно, и сейчас ты — одна их них. Ты сейчас без тела, если вдруг не заметила.

— Заметила, — согласилась Лекса. — Так чего ты хочешь, повелитель?

— Зависит от того, чего хочешь ты. Утонуть в грязной речке или прожить жизнь в здоровом теле?

— Речка у нас чистая, — вступилась за водоём Лекса, — но ты что-то сказал про здоровое тело. Продолжай, я внимательно слушаю.

— Ты можешь прожить долгую жизнь в здоровом и красивом теле, если станешь служить силам света.

— Это ты, что ли — сила света? — недоверчиво прищурилась Лекса.

— Я! — кот с вызовом вскинул голову.

— Ага. А я тогда балерина с разрядом по боксу, — буркнула Лекса. — В чём будет заключаться служение?

— Я потом тебе скажу.

— Допустим. Что не так с телом?

— Почему ты решила, что с ним что-то не так?

— Ты ни разу не сказал, что вылечишь меня, зато говоришь «тело». Оно не моё?

— Будет твоё. Ты права, я не целитель, и не могу никого вылечить. Зато у меня на примете есть совершенно пустое тело молодой дурёхи, которая решила самоубиться. Кстати, эта дурёха — принцесса, и скоро должна стать королевой. Тебе достанется её память и её жизнь. Правда, хорошо? Соглашайся.

— Неплохой карьерный рост, — хмыкнула Лекса. — Это где ж у нас короны раздают?

— Короны раздают не у вас, а у нас.

— Ясно-понятно. Мир другой, значит.

Кот кивнул.

Лекса вздохнула:

— У вас там хоть блох и клопов нет?

— У меня нет. Но если это обязательное условие твоего согласия, я найду. Могу ещё и тараканов прихватить.

Леса сделала вид, что задумалась.

— Пожалуй, без тараканов и их маленьких друзей я обойдусь. Не надо мне их искать. Ты лучше вот что скажи — тебе не жалко эту принцессу? Лучше б вернул её душу на место.

— Не жалко, — неожиданно жёстко ответил кот и добавил мягче: — Душу самоубийцы невозможно вернуть в тело. Даже если я сильно захочу, не получится.

— Почему она решила умереть?

— А, — кот совсем по-человечески махнул лапой, — несчастная любовь у неё.

— Что будет, если я откажусь? — продолжила выяснять детали Лекса.

— Вы просто умрёте обе.

— А если я сейчас соглашусь, а потом откажусь служить свету?

Кот слегка замешкался с ответом:

— Тогда твоя душа покинет новое тело, а старого уже не будет. Станешь призраком.

— Врёшь, как сивый мерин! — уверенно вынесла вердикт Лекса.

— Я не мерин! — возмутило мохнатого повелителя теней то, что его сравнили с кастрированным конём, а не то, что ему не верят.

Лекса усмехнулась — мужик, он мужик и есть, даже если притворяется котом, который тебе снится. А если не снится? Если есть хоть малейший шанс, что всё это правда, и она снова сможет ходить? Она бы отдала всё на свете, чтобы вновь стоять на своих ногах. Ну, не всё — она одёрнула сама себя, — но очень многое.

— Слушай, кот, — она сменила тон на предельно деловой, — давай начистоту. Ты честно отвечаешь на мои вопросы, я по результатам ответов соглашаюсь на твоё предложение или не соглашаюсь. Но если будешь врать, ответ сразу будет «нет». Ищи себе тогда другую душу.

Кот уселся в чёрной пустоте, обернул пушистым хвостом лапы и уставился на Лексу долгим взглядом.

— Я жду, — напомнила Лекса, когда ей надоело затянувшееся молчание.

Кот вздохнул:

— Ну, ты и акула… бизнеса. Я согласен. Задавай вопросы.