Одуванчик из стали

Глава 8. Хам рогатый

Утром кота в спальне не оказалось. Лекса заглянула под кровать, потом в гостиную и купальню. В распоряжении принцессы было штук десять комнат, большинством из которых она не пользовалась. Лекса бродить по ним тоже не стала. Линард сказал, что пока она не спасёт старшего принца, он от неё не отстанет, а, значит, сам найдётся.

Кстати, о принце. Надо сегодня посетить ту дикую выставку на базаре — даже если принца-бастарда там нет, оставлять её она не собиралась. Правда, что делать тоже не знала, но разбираться будет уже на месте.

Не вовремя кот пропал, он в реалиях местной жизни разбирается лучше, чем она и тепличная принцесса вместе взятые, мог бы что-то посоветовать. А ещё она понятия не имеет, как выглядит этот Найт.

Ладно, может, пока она будет собираться, Лин вернётся. Это ведь в прошлой жизни — прыгнула в джинсы и кроссовки и побежала, а сейчас выход в город — целая история.

Лекса уже почти привычно вызвала Грету, велела подать завтрак и озвучила своё желание на счёт города.

Горничная поклонилась и побежала организовывать выход, а завтрак ради разнообразия принесла Лайза, тихая и застенчивая девушка с ярко-оранжевыми волосами, заплетёнными в короткую косичку. Грета свои чёрные кудри всегда носила распущенными и на фоне подруги выглядела более вызывающе. Ну, да личным слугам всегда позволено больше.

Одеваться ей помогала вернувшаяся Грета, а Лайза тихо исчезла.

Без охраны Лесанна в город никогда не выходила, потому Лекса удивилась, не обнаружив у дверей своих покоев привычную принцессе четвёрку гвардейцев. Зато там мялась Лайза, которая сообщила, что её желает видеть канцлер и ждёт в своём кабинете.

Прекрасно! В прошлый раз он чуть не вломился в спальню, а сейчас вызывает к себе, как директор школы провинившуюся ученицу. Но идти к нему придётся, она пока не в том положении, чтобы просто послать дядюшку-акулу по известному адресу.

***

Нимрас Солтен сидел за громадным письменным столом, с разложенными по нему аккуратными стопками документов. Но когда Лекса вошла, он не занимался работой, а задумчиво смотрел в окно.

— Присаживайтесь, ваше высочество, — он перевёл на неё взгляд и плавным жестом указал на кресло для посетителей.

Лекса расправила юбки и села, уставилась на канцлера выжидательно, не спеша сама начать разговор. Это же он её звал, вот пусть и говорит, что ему надо.

Дядюшка-акула смотрел на неё с отеческим осуждением, Лекса наивно хлопала глазами, делая вид, что совершенно не понимает, в чём провинилась.

— Что вы устроили вчера на приёме, ваше высочество? — наконец разродился канцлер.

— А что я устроила?

— Вы прогнали своего жениха.

— Но, ваша мудрость, вы же сами говорили, что манорский принц должен знать своё место. Вот я ему его сразу и показала.

— И сделала это не потому, что принц тебе просто не понравился?

— Ваша мудрость, — Лекса капризно надула губы и изо всех сил постаралась выжать из себя пару слезинок, — я думала, он будет хоть немного похож на Микея. А он…

Лекса всхлипнула, из-под опущенных ресниц наблюдая за канцлером.

«Вот интересно, у Лесанны и Микея была большая и чистая любовь, или просто господин Солтен через своего сына поближе подбирался к трону?»

— Леса, — строгости в голосе канцлера прибавилось, а осуждение вроде исчезло, — неважно как выглядит манорский принц, и сколько ему лет. У тебя есть долг перед страной. Это ты понимаешь?

— Понимаю, — Лекса печально вздохнула.

— Ты куда-то собиралась? — внезапно сменил тему канцлер.

— Да, — обрадовалась Лекса, — хочу выехать в город, развеяться. Я вчера так перенервничала.

— Девочка моя, в городе слишком опасно. Ты представляешь, что будет, если Лаория лишится будущей королевы?

«Опять он за своё! Вчера же только рассказывал. Кажется, хватит быть послушной, пора включать капризный одуванчик».

— Но, ваша мудрость! — Лекса вскочила, но ногами топать всё же не стала. — Что мне теперь всё время сидеть взаперти?! Я что, тоже заложница, как этот мальчишка?! Неужели у нас в столице нельзя обеспечить безопасность? Зачем нам гвардия и городская стража, если я не могу выйти в собственный город?

— Леса, успокойся. Подожди пару дней…

— А потом ещё пару дней, — не дала договорить ему Лекса. — И ещё пару. А потом пару месяцев. Я так с ума сойду!

— Ладно, — внезапно сдался канцлер, — ты можешь ехать, куда хочешь. Только вместо гвардейцев возьми в охрану гвидов.

Лекса чуть не ляпнула «хорошо», но вовремя вспомнила, что принцесса боялась рогатых воинов, и канцлер явно сейчас надеялся, что она предпочтёт остаться во дворце, чем взять их в охрану. Так что Лекса сделала вид, что задумалась, и «хорошо» сказала не с восторгом, а с осторожностью.

***

Лагерь гвидов располагался где-то за городской стеной, и Лексе пришлось ждать, пока дворцовый маг-связист передаст туда приказ, и пока вызванная четвёрка гвидов доберётся во дворец.

Впрочем, на своих крылатых ящероконях добрались они быстро. Лекса, открыв рот, с восторгом наблюдала, как они сначала делают круг над внутренним двором, а потом один за другим приземляются. Нарки (всплыло в сознании название ящероконей) складывают отливающие перламутром крылья. Невозможно сказать, какого же цвета эти звери, кажется, все цвета собрались вместе, мерцают, переливаются один в другой под яркими лучами солнца. Подойти бы, погладить… Но крокодильи зубки намекают, что лучше этого не делать.

Трое гвидов остались в сёдлах, один спрыгнул, подошёл к принцессе и коротко кивнул. Не поклонился, скрестив на груди руки, как делают слуги, и не преклонил колено, как делали гвиды, доставившие манорского принца, а просто наклонил увенчанную длинными, изогнутыми как сабли, рогами голову и молча указал рукой на карету.

— Хам рогатый, — прошелестел кто-то за спиной.

Лекса обернулась, приподняла вопросительно бровь.