Одуванчик из стали

Глава 11. У кого важнее?

Кучер слегка обалдел, когда явившаяся принцесса приказала ему не возвращаться во дворец, а ехать к городским воротам, а после — в лагерь гвидов. Но спорить, разумеется, не стал, хочет её высочество посмотреть на рогатых — это её дело, а его дело — везти, куда сказано.

Повозку с пленниками королевская карета нагнала сразу за городской стеной, и Лекса облегчённо выдохнула — никто их не завернул, не отменил её приказ. И с вождём гвидов она хотела пообщаться лично, а не играть в испорченный телефон, передавая приказы через Кронка.

Лагерь гвидов выглядел… Ну, наверное, как стойбище индейцев. Если бы только у индейцев были зубастые крылатые лошадки, которые бродили вокруг вигвамов и охраняли стойбище.

Именно нарки первыми выдвинулись навстречу незваным гостям, а их рогатые хозяева наблюдали от шатров, как вперёд выдвигается Кронк, и зубастые охранники расступаются, пропуская его и всех остальных.

Лагерь гвиды организовали на берегу реки, в стороне от наезженной дороги, и по ведущей к нему тропинке ни повозка, ни карета проехать бы не смогли.

Лекса выбралась из кареты, приказала стражникам в повозке ждать здесь, подобрала юбки и направилась к высоким коническим шатрам из светлой кожи. Её охрана отпустила своих нарков и присоединилась к принцессе.

— Вождь в лагере? — спросила она идущего рядом Кронка.

— Скоро будет.

Хотела спросить «скоро — это сколько?», но нарк рогатого воина, только что гордо вышагивающий чуть впереди, вдруг опустил голову и принялся щипать траву.

— Они, что — травоядные?! — поразилась Лекса.

Зубки лошадок опровергали эту версию, но одна из них прямо сейчас ела траву.

Кронк усмехнулся:

— Они едят всё. Если в этой траве окажется заяц, ему очень не повезёт.

— А волк?

— Волку тоже не повезёт. А особенно не повезёт тому, кто решит зайти в лагерь без разрешения. Или выйти из него.

Уже возле первых шатров, вглядываясь в лица рогатых воинов, вышедших навстречу, но не торопящихся приближаться, Лекса спросила Кронка:

— Где ваш вождь? Долго его ждать?

— Ждать не надо. Он здесь.

— Где здесь? — среди встречающих она не могла никого определить, как лидера.

— Прямо здесь, — слегка улыбнулся Кронк.

Возле лагеря гвидов он как-то сразу преобразился. Исчезла каменная физиономия и деревянная выправка. Он держался куда свободнее, а в глазах зажёгся огонёк лукавства.

— Ты?! — ахнула Лекса. — Зачем мне голову морочил?

Хотя надо признаться, он ни разу не соврал прямо, но вокруг пальца всё-таки обвёл.

— Хотел познакомиться поближе с нашей повелительницей, — улыбался рогатый без капли раскаяния.

— И как я тебе?

— Ты очень интересная.

— А уж ты какой… интересный, — Лекса с пришуром окинула своего спутника оценивающим взглядом. — Раз уж я почти у тебя дома, пригласишь девушку на чай?

— Конечно. Прошу, моя леди, — он подал ей руку.

И Лекса приняла её, внутренне наслаждаясь тем, как у рогатых встречающих глаза полезли на лоб. Еще немного и не только на лоб, а до кончиков рогов доползут — вот это будет зрелище! Ещё бы, когда ни один нормальный человек добровольно не дотронется до гвида, принцесса Лаории идёт с их вождём под ручку.

— Прикажи забрать и устроить пленников, — напомнила Кронку Лекса, и он именно это и сделал.

Несколько гвидов отправились к стоящей на обочине дороги повозке, а Лекса, выпустив руку рогатого кавалера, с любопытством осматривала лагерь.

Да, видно, что он военный — ни детей, ни женщин, одни мужчины. Но вблизи суровые воины казались не такими суровыми — кто смотрел на неё с любопытством, кто — с настороженностью, а кто и откровенно улыбался с того момента, как она прикоснулась к вождю. Нарки вытягивали длинные шеи, нюхали воздух с запахом гостьи, но близко не подходили.

Внешне шатёр вождя ничем особенным от остальных не отличался. Внутри — очаг по центру, под дымовым отверстием в своде, скатанные в валики звериные шкуры лежат вдоль стен, несколько корзин с домашней утварью, оружие и сбруя для нарка.

— Садись, моя леди, — Кронк развернул одну из белых пушистых шкур.

Лекса уселась, а он развёл огонь, вскипятил воду и заварил пахучий травяной чай.

И только подавая этот чай в низкой глиняной чашке спросил:

— Кто же ты такая, кровь Фарадаров?

— Знаешь?! — Лекса чуть не расплескала чай. Тут же взяла себя в руки и поставила чашку на пол.

— Я лишь раз видел принцессу Лесанну, но нужно быть слепым, чтобы не понять, что ты — не она.

— И что теперь? — прищурилась Лекса.

— Ничего. В твоём теле всё равно течёт кровь Фарадаров, ты наша повелительница. А мне просто интересно.

— Не боишься, что я прикажу тебе замолчать навсегда?

— Думаю, не прикажешь.

— Правильно думаешь, — сдалась Лекса. — Я всего пару дней в этом мире, мало что понимаю, и поддержка гвидов мне очень пригодится. Но я постараюсь лишний раз не злоупотреблять этой властью.

— Рад это слышать. Седрин Фарадар не отличался особым благородством.

— А я отличаюсь?

— Рано пока судить. Но выдавать твою тайну я не собираюсь. И твой первый приказ на счёт пленников пришёлся мне по вкусу.

— Постараюсь и дальше не разочаровать, — вздохнула Лекса. — Позаботься о них, Кронк. Без понятия, что мне делать дальше с этими манорцами, но я не хочу их смерти.

— Иногда смерть предпочтительнее жизни. Но я тебя понял, они будут жить.

— Спасибо, Кронк, — Лекса подняла чашку и глотнула ароматный чай. — Очень вкусно.

— Захочешь ещё чая, заходи в любое время.

— Непременно.

***

Пленников гвиды устроили всех в одном шатре, и когда Лекса зашла туда, их уже вымыли и переодели. Один с компрессом на лбу лежал у самого входа, еще одному местный лекарь, ради разнообразия не щеголявший голым торосом, а носящий широкую зелёную рубаху со множеством карманов, перевязывал рану на бедре. Остальные дружно стучали ложками, ели мясную похлёбку. На Лексу они уставились без тени благодарности.