Офицер. Верность не обещаю

Пролог. Сафия

Текст является художественным произведением, без привязки к реальным событиям. Все герои вымышленные, а совпадения случайны.

— Я на тебе женюсь, но верность не обещаю. Поняла?

Девчонка часто-часто кивает и нервно облизывает искусанные губы.

— Я согласна…

Как, мать вашу, я умудрился во все это вляпаться?!

***

До свадьбы остается меньше суток, до заправки метров двести. А машина Камиля уже сворачивает с трассы.

Сумерки искажают картинку и в этом мое спасение. Прижимаюсь спиной к раскаленной за день стене и зажимаю рот ладонью. Горячий воздух все еще пропитан пылью, бензином и вонью мусора из переполненных баков. Дышать нечем, но я боюсь даже пошевелиться.

Хлопает автомобильная дверь.

— Сафия!

Голос брата разносится над окрестностями. Меня словно толкают в спину. Бегу, что есть силы, прижимая к себе потрепанную сумочку. В ней поместилась вся моя жизнь.

Босоножка соскальзывает с ноги, но я не останавливаюсь. Подбираю подол длинного платья и мчусь вдоль стены, чувствуя, как острые камни впиваются в нежную кожу стопы. Плевать!

— Она здесь! — кричит кто-то. — Я видел ее возле дороги!

Сворачиваю за угол. Впереди заправка. Две колонки, небольшое кафе, несколько машин. Дальше открытая трасса и выжженное солнцем поле. Спрятаться будет негде.

Люди оборачиваются на меня. Я опускаю голову и заставляю себя перейти на шаг. Спокойно. Нужно идти без спешки, чтобы не привлекать внимание.

Я обычная девушка в длинном платье. Просто потеряла босоножку и запыхалась. Просто завтра меня отдадут человеку, от одного прикосновения которого все внутри сворачивается в тугой холодный комок. Ни за что!

Оцениваю ситуацию. Возле черного внедорожника стоят трое мужчин. Чужие. Это понятно по одежде, громким голосам и свободным движениям. Они ни с кем не здороваются и не замечают, что за ними наблюдает половина заправки.

Номера на машине другого региона. Значит, точно приезжие. Скоро уедут отсюда и к ночи будут за сотни километров. То, что мне и нужно.

Один из них держит стаканы с кофе. Второй, в черной футболке, копается в открытом багажнике. Третий, высокий и светловолосый, стоит возле соседней машины и о чем-то переговаривается с водителем. Слов не разобрать, да мне и не интересно.

В открытом багажнике лежат сумки и большая белая коробка, перетянутая лентой.

— Рим, долго ты там еще? — спрашивает мужчина с кофе.

Мужчина в футболке достает из сумки чистую одежду.

— Я не могу приехать к уважаемым людям с пятном на пузе!

— Поверь, пятно — не главная твоя проблема.

Они смеются. Светловолосый отворачивается от водителя и идет к ним.

А багажник все еще открыт. Это мой шанс. Возможно единственный.

Мне бы испугаться, но за спиной снова звучит голос брата:

— Сафия!

Черная машина с чужими номерами единственное место, куда Камиль не догадается заглянуть сразу. Багажник все еще открыт и до него десять шагов. Всего десять.

— Девушку не видели? — спрашивает Камиль у кого-то совсем близко.

Я не оборачиваюсь и делаю решительный рывок. Проскакиваю между припаркованными машинами, ударяюсь бедром о чье-то зеркало. Сигнализация взвизгивает на всю заправку.

Мужчины поворачивают головы. Черт, не успеваю. Сейчас меня увидят. Камиль окликнет, меня остановят и вернут. Но везение на моей стороне.

У багажника приседаю и забираюсь внутрь. Коленом задеваю большую белую коробку. Она опасно наклоняется, но я успеваю поймать ее обеими руками.

Прячусь между ним и сумками. Подтягиваю ноги к груди, накрываюсь темным дорожным пледом. Не помещаюсь. Колено упирается в коробку, плечо в жесткую стенку, подол платья остается снаружи.

Дергаю ткань на себя, вроде поддается. Шаги приближаются.

— Ты чего сигнализацию включил? — спрашивает кто-то.

— Это не я.

— Конечно. Она сама испугалась твоей рожи.

Мужчины рядом. Совсем близко и могут заметить. Между мной и свободой лишь тонкий плед. Между мной и Камилем всего несколько машин.

— Девушку здесь не видели? — раздается голос брата.

Я вцепляюсь зубами в край платка, чтобы не выдать себя даже дыханием.

— Какую девушку? — спрашивает незнакомец.

— Молодую. В синем платье. Она больна. Из дома сбежала. Навредить себе может.

Больна, ага, конечно. Завтра дядя скажет, что я сама хотела замуж. Послезавтра, что всегда любила своего жениха. А если я буду отрицать, значит, сошла с ума. И справку предъявит.

— Не видели, — отвечает незнакомец.

— Точно? — давит Камиль.

Воцаряется долгое и тяжелое молчание.

— Я непонятно сказал?

Брат трусливо отступает, его шаги отдаляются. Но я не верю, что он так просто сдастся. Сейчас вернется, только позовет остальных. Они проверят машины, кафе, туалеты. Посмотрят записи с камер, и все равно найдут меня. Мамочки, как же страшно.

Над головой появляется полоска света. Чья-то ладонь ложится на край багажной двери. Я перестаю дышать. Если он откинет плед…

Дверь опускается, становится темно, щелкает замок. Через несколько секунд открываются двери в машине. Мужские голоса становятся громче, ругаются из-за кофе и требует включить кондиционер.

Я прижимаю ладони к лицу и не могу поверить своему счастью. Получилось.