Офицерат. Магия в наших телах

Глава 5

Душевая кабина не обладала и пятой долей функционала установленной в доме Чесса, но к неоспоримым достоинствам можно было отнести ее размер и напор горячей воды.

По возвращении в Офицерат Кот сослался на срочное дело и куда-то унесся. Чесс не догадывался, а знал точно: Глава попросту слинял, доставив неудобного навязанного сотрудника в подконтрольное место.

Что ж, может, это было и неплохо. Полчаса в тишине и благословенном одиночестве точно не будут лишними.

Кресло пришлось оставить в машине — чтобы доставить его в комнату, придется напрячь кого-то из адаптантов посильнее местного начальника. Собственно, Чесс уже знал, кого попросит: офицер Тибериус был настроен весьма дружелюбно. И, пожалуй, стоило приложить усилия, чтобы так и оставалось: узнать на практике, так ли силен его удар, как показалось с монитора, категорически не хотелось.

Но, наверное, когда-то да придется? Чесса ж взяли “для экспериментальной работы”, а значит, заставят пройти все. Хорошо хоть Блейн сразу сказал, что кровь ему не станут давать пить в натуральном виде, а то плевал бы Чесс на перспективы и выбрал нары.

— Стажер Винк, вас просят явиться в Виварий, — голос раздался так неожиданно, что Чесс не сразу понял, что его источник находился в браслете. Электронный секретарь был сух и безэмоционален, как и положено компьютерной программе.

Бросив на полпути мысли о кровище, Чесс надел браслет и поспешил на выход. Судя по тому, что он видел вчера, и Гродески может приложить так, что мало не покажется.

***

Наверное, это было отличительной особенностью всех сильных адаптантов: какая-то странная расслабленность и исходящее от них ощущение уверенности. Гродески выглядел белокурым ангелом, зачем-то закутавшимся в белый медицинский халат, но сидел в таком же белом кожаном кресле вовсе не как собранный и деловитый врач, а как человек, который дрался вчера в Клетке и выиграл свой приз.

От очередной неуместной мысли отвлек грозный рык. Чесс опустил глаза и увидел огромного мохнатого пса, вытянувшегося у ног Себастьяна.

Собак он не боялся. Но не любил. Терпеть не мог их привычку ставить грязные лапы на чистые брюки и вечное стремление облизать с ног до головы. А уж натасканных на поиски чего-то особого офицератских “нюхачей” Чесс просто ненавидел.

Этот же вроде и вовсе был пустобрехом. Лежал, нелепо раскинув лапы в стороны, махал хвостом — Чесс прямо видел разлетающуюся во все стороны шерсть — и продолжал рычать. У По, самого крупного в Паоме скупщика искусственно состаренного новодела, была свора доберманов. На их совести были жизни нескольких глупцов, решивших залезть к нему в дом. И эти собаки никогда не издавали ни звука: подкрадывались бесшумно и нападали без предупреждения.

Интересно, а Кот знает, что Гродески таскает с собой на работу вот это?..

— Не обращай внимания, он так разговаривает, — улыбнулся Гродески, не торопясь встать с кресла. — Что-то вроде “Привет, кто ты, проходи, не пялься”. Перевод вольный, но суть примерно такая.

— Разговаривает? — переспросил сбитый с толку Чесс. Громкое ржание дуэтом, послышавшееся из приоткрытого окна, сделало ситуацию еще абсурдней. — Ты что, понимаешь, о чем толкует зверье? Этим ж вроде мозгоправы должны заниматься — в чужую голову лезть.

— Рычание — не понимаю, а вот лай — да, — Гродески улыбнулся еще шире. — Азбука Морзе. Ничего сложного для аналитика А1. У животных, конечно, другая градация, но если перевести на человеческий, будет именно так. При желании он даже на клавиатуре печатать может, если размер клавиш позволит.

Чесс понял, что нихрена он не понимает в этой магической зоологии.

— Он привит, что ли? — спросил, уставившись на пса. Тот поднял огромную голову и посмотрел ему в глаза не по-собачьи осмысленным взглядом. У Чесса по спине пробежал холодок, так стало не по себе. — Зверей же, вроде, запрещено.

Кажется, его слова поставили Гродески в тупик.

— В смысле, запрещено?.. — переспросил он с удивлением. — Ты никогда не был в Спеладроме?..

— Нет, — Чесс пожал плечами. Оглянулся, заприметил в углу стул. Стоять столбом перед Гродески было глупо, и он пристроил зад, особо не заморачиваясь субординацией. — Там же вроде люди дерутся? — задал встречный вопрос, вспомнив увиденную сегодня запись.

— Звери тоже… соревнуются, — Гродески странно замялся, выбирая слово. — В список разрешенных к маг-модификации животных входят собаки, крысы, лошади, вороны и гигантские выдры, но собаки и крысы — только для офицератских нужд. Как интересно… — протянул вдруг он и откинулся на спинку кресла. — Получается, ты вообще не общался с магами? Как такое может быть?

— Это ваши со мной не особо хотели общаться, пока я не сообразил накинуть адаптантскую шкуру, — Чесс дернул плечом, вспоминая приют. Там тем, у кого магия проявила себя, водиться с “нулевиками”, как Чесс, было “западло”. Взгреть — это пожалуйста, как и запудрить мозги и просто обставить в разговоре. Чесс был не настолько дурак, чтобы получать внеплановых люлей, и быстро научился правилу: больше работать кулаками, меньше встревать в разговоры и не развешивать уши.

И дела вести тоже. Может, адаптанту он бы еще продал что-то из своего товара, но связываться с аналитиком или, того хуже, мозгоправом… спасибо, он еще не выжил из ума.