Официантка для Босса

Глава 13 Ужасно интересно, все то что ...

Вот это я понимаю — выход в свет!

Не какая-то там скучная вечеринка с канапе.

Настоящий трэш-триллер с беременной бывшей, злодейским кузеном и мной в главной роли — лже-невесты, которой вдруг стало до дикой жути принципиально.

Я так и швырнула им всем в лицо этот свой коронный взгляд «я вас всех порву, как Тузик грелку» и потащила своего «жениха» к выходу.

Подхватив полы своего шикарного платья, которое производит впечатление даже на пьяную Ольгу, я с размаху пинаю дверь своей новой босоножкой.

Дорогущие босоножки, которые, кстати, тоже были куплены в виде компенсации за мои тогастрадания.

Дверь с лёгким стоном распахивается. Позади — вздох всего светского общества.

Ну всё, тётя Люда, выкладывай в Инстаграм это видео с подписью «Невеста сбежала!» и ставь хештег #яжеговорила.

— В машину, Волков! — командую я, запрыгивая в его пафосный «Кринж Ровер». Так, с этого дня я называю все его тачки только так, — пока ваша бывшая не родила прямо в банкетном зале, а кузен не обвинил вас ещё и в краже семейного серебра!

Никита заводит двигатель, и мы вырываемся из ада родственных уз. Я откидываюсь на кожаном сиденье и закрываю глаза. В голове проносятся рожи его родственничков.

Тётя Люда — ходячий базарный сплетник в дорогом платье. Готова продать душу за лайк и снимок со мной, «псевдознаменитостью».

Дядя Валера — тот ещё экземпляр. Смотрел на меня так, будто я не невеста, а новый проект для инвестиций. «А вы, Ирочка, сколько подписчиков в день приносите?»

И этот кузен Кирилл… Гадина редкая. Сразу видно. Волков прав насчет него. Улыбка масляная, а глаза пустые, как бутылка после его же корпоратива.

Кстати, не смотря ни на что, маман Волкова мне понравилась.

Никита прерывает мой мысленный разбор полётов.

— Я смотрю, Кирилл тебе тоже не понравился? — в его голосе я слышу усталую иронию.

— Он очень милый, — поворачиваюсь к нему, — в отличие от вас. Вот если бы он предложил мне замуж, то я пошла бы не раздумывая, без контрактов и свадеб. Была бы Кириллу верной декабристкой.

Хочу побольнее уколоть Волкова. Но боюсь, это безнадёжно.

Он коротко смеётся.

— Я смотрю, тебе уже начинает нравиться быть моей невестой. Может, и вправду станешь моей женой? Судя по накалу страстей, ты уже почти вжилась в роль.

Я фыркаю так, что, кажется, у меня из глаз вылетают искры.

— А вот хрен вам, дорогой! Забудьте про поцелуй. Это был просто вызов вашему обществу самовлюбленных старперов. У нас контракт и ничего личного. Я просто спасла вашу репутацию. Не забудьте учесть это в бонусной программе при расчете!

— Да брось, тебе понравилось.

— Ни хрена! Ошибаетесь, Волков. Не для вас этот бутон растили!

Он поднимает бровь.

— А для кого? — искреннее любопытство в его голосе забавляет.

— Для честного и достойного мужчины! Который не покупает себе невест, как последный пакет гречки в магазине по акции!

— Разве я недостоин? — он делает театральную паузу. — Мордой не вышел? Нищеброд? Или что?

— Дело не в этом! — я взрываюсь. — Вы — высокомерная сволочь, которая привыкла добиваться всего деньгами и обманом! Плюс у вас в подарок от бывшей скоро появится наследник! На хрен мне нужен олигарх с таким прицепом? Я что, в приюте для брошенных миллиардеров работаю?

— Послушай, ты же не серьёзно? Это был цирк. Какой ребёнок? Ты видела, она еле-еле на ногах стояла. Разве будущая мать будет напиваться, зная, что она беременная? Да и шпехались мы с ней в последний раз год назад, если не больше.

— Избавьте меня от душещипательных подробностей вашей интимной жизни.

— Да брось, признайся, что эта часть жизни богатых и знаменитых всегда интересна публике. Не зря самые успешные блогеры делают свои бабки на теме: кто, кого, когда, куда…

— Волков, может вам подарить книгу «Как перестать быть мудаком года?»

— Ладно, не хочешь — не буду.

Он молчит. Смотрит на дорогу. А потом… мой живот начинает предательски урчать.

Точнее не просто урчит, а громогласно, как иерихонские трубы, возвещает вселенной, что его хозяйка проголодалась.

— Я хочу есть, — заявляю я, пытаясь голосом заглушить эти раскаты грома, — остановите у той палатки с шаурмой.

Никита морщится, смотрит на меня так, будто я предложила ему съесть лимон.

— Ты правда будешь это есть? — на его лице написано неподдельное отвращение. — Это же… фу. Посмотри, кто там готовит! Да это же…

— Остановите, Волков! — перебиваю я его. — Или ищите другую невесту. Я не я, когда голодна! Выбирайте.

Он сдаётся. Машина останавливается. Я выхожу и направляюсь к палатке, чувствуя на себе его шокированный взгляд.

Я стою у палатки и чувствую себя как на сцене. Только вместо софитов — фонарь с жёлтым светом, а вместо зрителей — проезжающие мимо машины, которые то и дело притормаживают и сигналят.

Видимо, чтобы их пассажиры могли получше рассмотреть девушку в платье, которое явно стоило больше, чем вся эта палатка, включая шаурмиста и его смущённую улыбку.

Мои босоножки с тонкими ремешками уже покрылись лёгким слоем дорожной пыли, и я ловлю себя на мысли, что мне почему-то совсем не жалко.

Из темноты окон «Кринж Ровера» за мной наблюдает пара шокированных глаз.

Но выдерживает он недолго. Дверь открывается, и на асфальт уверенно встаёт Никита Волков.

Он поправляет рукав пиджака, будто готовится к переговорам, а не к стоянию у шаурмичной в три часа ночи.

Его вид — идеальный костюм, дорогие часы, уверенная осанка — дико контрастирует с этим местом. Он подходит ко мне, и я вижу, как его взгляд скользит по моим рукам, по шаурме, которую я уже успела обхватить, как сокровище.

— Ты правда собираешься это есть? — в его голосе неподдельное недоумение, но уже без прежнего отвращения.

— А то, — с вызовом отвечаю я и с наслаждением откусываю. Тёплый лаваш, сочное мясо, острый соус... Это божественно. — Хотите? — протягиваю я ему, смакую каждый момент.