Огненная кровь

Глава 5.1

- С улыбочкой, обстоятельно. Поведал, как отец договорился с ним. Нанял его устранить маму. Нет, не убивать. Просто устранить. Отбить память или свести с ума. Сделать шизофреничкой. Чтобы можно было спокойно жениться заново, и без криминала. Просто так развестись отец не мог - духу не хватало, потому, что мама была очень волевым человеком. Пожелания отца и моего мужа совпали.  Сначала я так думала, что Дима и сам хотел устранить маму, потому что был с ней не в ладах. Но теперь понимаю, что ему было все равно, кого убивать.  Мне кажется, что тому, кто связался с этими колдовскими вещами, уже нет дела до других людей.

- А какое у тебя самой отношение к колдовству? – Поинтересовался Вербицкий.

- Думаю, вы сами можете ответить на свой вопрос, - глухо ответила девушка. – Будь моя воля… Я не верю в бога, но думаю, что это умение – от дьявола. Это ведь даже хуже, чем убийство, даже заказное. Мой муж был киллером, банальным киллером, который при этом жил в свое удовольствие, потому что знал о своей безнаказанности. Ведь его связь со смертью всех этих людей невозможно доказать! Подумаешь, обожженные фотографии. В УК же нет статьи за наведение порчи?

- Пока действительно нет, - покачал головой следователь. Яне показалось, что в его голосе промелькнуло искреннее сожаление.

Вообще ей импонировало то, что он ее внимательно слушал. Не делал вид, а действительно слушал, глотал каждое слово.

- Так что Дима принял заказ. И выполнил. Мама тяжело заболела. Я устроила ему огромный скандал, потребовала все вернуть. Но Дима сказал, что процесс необратим, и сделать уже ничего нельзя, но если мне хочется, я могу попробовать, он даст мне возможность. Я была в ужасе, что когда-то любила эту сволочь. После этого моя жизнь стала адом. Я таскала маму по больницам, тратила все деньги, которые имела, видела бессилие врачей и видела, как мама тает на глазах. Пока она не попросила оставить все как есть и не мучить ни себя, ни ее.

- И она умерла, – тихим голосом резюмировал Вербицкий.

- Да, - глухо отозвалась Яна. - Умерла.

Она замолчала.

Где-то за дверью лязгали замки, слышались далекие голоса: «Стоять. К стене». Яна еле заметно вздрагивала при каждом звуке. Она хотела на волю. Прекрасно осознавая, что совершила преступление и что можно было бы избрать другой способ, позвонить все же в полицию. Нет! Она все сделала правильно! Где гарантия, что и сидя в тюрьме, он не стал бы творить зло своим колдовством? Это нужно было прекратить навсегда!

Сотни раз приходившие мысли снова начали роиться в ее голове, взбаламученные заново повторенным рассказом.

Следователь молча курил, глядя на нее. Потом потянулся и раскрыл папку.

- У тебя был отличный адвокат, если дело не прекратили и тебя не закрыли до сих пор. Он давил на невменяемость?

Яна внимательно посмотрела на Вербицкого.

- Меня признали вменяемой. Я не уверена, что была ею в тот момент. Я не смогла простить человека, предавшего и заказавшего колдуну свою жену, и человека, убившего мою маму. Я не смогла добраться до первого, но сумела отомстить второму.

- Ты признала себя виновной.

- Не вижу смысла отрицать.

- Ты также сказала, что Дмитрий пытался убить тебя саму колдовством. Расскажи об этом подробнее.

- Да. - Яна помолчала, внимательно глядя в глаза следователю, но тот был абсолютно серьезен.  – Я потеряла контроль над собой. Когда я попыталась ударить его ножом, он сильно оттолкнул меня, потом вытянул в мою сторону руки с растопыренными пальцами и быстро заговорил что-то непонятное... Когда я ударила его второй раз, он очень удивился.

- Надо думать, - хмыкнул Вербицкий.

- Нет, - отмахнулась нетерпеливо Яна, не обратив внимания на его реплику. - Я имею в виду, он удивился тому, что мне это удалось, понимаете? Думаю, на меня не подействовало его колдовство, которым он хотел меня остановить. Этого он не ожидал.

- Яна, а ты можешь показать, как именно он растопырил пальцы?

Девушка посмотрела на него недоверчиво, но в глазах следователя горелтакой неподдельный интерес, что она задумалась на пару мгновений, а потом протянула к нему раскрытые ладони. Большие пальцы согнуты,на левой руке мизинец и безымянный  перекрещены, а на правой указательный соединен со средним.Она старалась все показать правильно, поэтому не заметила выражения лица следователя.

- Невероятно! "Мертвая совушка"! - пробормотал Вербицкий пораженно. - Однако...

- Что, простите?

- Неважно. - Следователь закрыл папку. – Скажи, Яна, как ты себя чувствовала сразу после этого? Я имею в виду не моральное состояние, уж прости. Меня интересует твое физическое самочувствие. Не было ли недомогания? Не отнимались ноги? Зрение ухудшилось или нет?

- Да нет, вроде... - Яна смотрела на него с недоумением. Таких вопросов ей не задавали ни разу. – Никакого недомогания не было.

- В таком случае, Яна… - Вербицкий порывисто встал, убрал сигареты в карман и собрал все документы в папку.  - Можешь считать себя свободной. На это, правда, уйдет несколько дней.

- Как это, свободной? - недоверчиво усмехнулась девушка. - За умышленное просто так не отпускают.