Огненная кровь

Глава 10.1

Артем громко крикнул, распаляясь от этой пафосной речи:

- Я никогда не причинял зла людям! Я всегда хотел им только добра! Я лечил! Я возвращал любимых! Я находил пропавших людей! Я, мать вашу, творил добро!

Лица людей повернулись к нему, суровое выражение на них не изменилось.

- Лжец, – не оборачиваясь, ровно произнес лектор. Затем вновь обратился к аудитории: – Ваши наставники - хаммары, мои коллеги, раскроют для вас суть идеологии и объяснят специфику психологии нашего врага. Расскажут о вреде любого, пусть даже самого невинного, на первый взгляд, колдовства! Что же касается добра, которое этот человек якобы нес другим людям, то у нас есть прекрасная иллюстрация его словам.

Подойдя к пульту, он нажал клавишу. Свет в зале померк, и где-то над его головой, загорелся невидимый Артему экран, потому что лица сидевших осветились, взгляды слушателей, как по команде, поднялись вверх, и в аудитории загремел усиленный динамиками голос.

- Я могу сколько угодно денег вынести из любого банка!

Нажатие клавиши.

- Банальный, но наглядный пример того, что колдуну, как и любому преступнику, глубоко наплевать на судьбы людей, которых может затронуть его поступок. Например, на судьбу кассира банка - матери-одиночки, воспитывающей двоих детей, которая никогда не смогла бы придумать внятные объяснения, почему она молча отдала незнакомому человеку всю наличность из кассы и не заговорила об этом до конца рабочего дня. А он, - лектор, не оборачиваясь, ткнул пальцем в Артема, - накладывая наговор, не интересовался такими мелочами, его опьяняла эйфория от возможностей его так называемого искусства. Взгляните на фотографию. Эту женщину обвинили в краже пятидесяти миллионов рублей и передаче их сообщнику. Она была осуждена на , детей передали в детский дом. Жертва этого человека оказалась кристально честна и очень эмоциональна. В камере она покончила с собой. К сожалению, доказательства вины этого человека, которые мы могли бы предоставить, для властей выглядели бы смехотворными, так что мы смогли только помочь детям его жертвы.

Лектор снова переключил что-то на пульте.

- Колдуна всегда привлекает легкость, с которой его проклятое искусство может обогатить его самого. Но, безусловно, его главная ложь – это, конечно, утверждение, что он творил добро и желал людям только добра.

Нажатие клавиши - и из динамиков раздались хрипы и понесся крик:

- Убей его!

Зрители не отрывали глаз от экрана, на котором, судя по звукам, показывали недавнее заточение Артема и трагичные подробности его побега. Многие нахмурились, поджали губы.

- Смотрите! – рявкнул лектор. – Смотрите, как он погубил двух ваших товарищей, хладнокровно и продуманно! Вы видите, какой страшной смертью умерли ваши друзья!

- Я защищался! Вы подставили их для своей дурацкой лекции! Это была самооборона! – Артем понял, к чему ведет эта пламенная речь и эта демонстрация. Его охватило отчаяние.

- Он мог усыпить их! Парализовать! Отнять память! Его умения это позволяли, вы это знаете! Но эти твари не остановятся ни перед чем, если имеют возможность погубить человеческую жизнь! Да, они преступники и убийцы! Они наделены способностями, которые могли бы использовать на благо общества! Вместо этого они предпочитают убивать!

- Убив меня, вы причините боль моей семье! Это тоже зло!

- Запомните, неофиты! – Лектор наставительно поднял палец. – Это будут вновь и вновь повторять вам ваши наставники-хаммары! Ни один член Анклава никогда не причинит вреда человеку, не практикующему магию! Ни один и никогда! Только те, кто запятнан изучением и применением! Члены их семей, близкие друзья – если нет доказательств их занятий ворожбой – невинны и неприкосновенны! Тот, кто намеренно или не намеренно причинит вред невинному, будет сурово наказан!

Аудитория молча внимала.

- Но колдун должен быть устранен! Вам, возможно, видится в этом противоречие, – добавил лектор. – Устраняя колдуна, мы действительно косвенно причиняем вред близким ему людям. Но! Это жертва, на которую мы идем, чтобы оградить их самих.

- Лицемеры! Двуличные ублюдки! Да вам все равно, кого убивать! – Артем незаметно попробовал пару заклинаний, но металл вокруг блокировал его возможности. Он начал подозревать, что стены той камеры, где он пришел в себя, были лишь декорациями к продуманному и срежиссированному действу. Вдобавок ко всему, Артем почувствовал себя наглядным пособием, демонстрационным образцом, морской свинкой на уроках зоологии. Жертвой эксперимента, предназначенной на убой. – Вы же уничтожаете всех, кого считаете колдунами! Кто хоть в чем-то отличается от вас! Вы легко можете убить не того!

- Следует уточнить, – возвысил голос лектор, вновь умело используя его реплику для очередного нравоучения, – что мы ни в коем случае не инквизиторы! Я знаю, что многие из вас уже гордо называют себя так в общении со своими товарищами. Приказываю вам это прекратить! Наши методы никак незаимстованы из методов Инквизиции! И наши цели, хоть и внешне похожи, никак не следуют целям святого братства! Инквизиция больше боролась с врагами Церкви, с теми, кто не признавал Святого Писания и вообще высказывал какое-то несогласие с догматами веры. Инквизиция боролась с инокомыслием вообще. Колдунов уничтожали постольку - поскольку, церкви лишь нужны были козлы отпущения. Это прискорбно, но да, как правило, это были невинные люди, оговоренные завистниками или просто кому-то неугодные. Но! – Он обвел пальцем слушателей. – Запомните! Мы – не Церковь! Вы – не инквизиторы! Помните! Ни один из вас! Ни один! Не будет послан с миссией к невиновному! Прежние методы устарели! Мы больше не полагаемся на пустую болтовню и людскую зависть!