Огненная проблема дракона, или Берегите ремень, ректор!

26. Арон

Она побледнела, затем покраснела пуще прежнего, а потом спрыгнула с парты и, быстро её обойдя, села за стул, как полагалось, потупила взор и глухо прошептала:

– Простите.

– С вашим наказанием за такое неуместное поведение разберёмся позже, – многообещающе сказал я, и с некоторым удовольствием поймал злющий взгляд голубых глаз Эффи. Какое очаровательное имя. Ей подходит. – А пока давайте проверим избранников. Осмотрите свои запястья. Если на одном из них появился необычный рисунок, то вам несказанно повезло.

Я надеялся, что смогу произнести это без сарказма в голосе, но, кажется, у меня не вышло. Впрочем, никто и внимания на это не обратил. Все адепты рассматривали свои руки.

По залу пронеслась череда расстроенных вздохов, а также несколько радостных возгласов. И только один из них был вовсе не переполненным счастья, а скорее… ужаса?

Он принадлежал Эффи.

Она так смотрела на розовое сердце на своём запястье, будто увидела там паука, которого теперь ей придётся носить с собой всегда и везде.

Закатив глаза, она откинулась на спинку стула и разве что не сползла по нему вниз. Словно ей крылья подрубили.

Необычно.

Разве не нормально для адептов радоваться тому, что они обрели шанс на чудо? Всё же магистры, как один, рассказывают им сказки, что это великое счастье, так же как вся литература, легенды и прочее, прочее…

Я, пожалуй, один из немногих, кто не видел в Даре Судьбы что-то хорошее. Но такое мнение было лишь у меня да, может быть, по определённым причинам ещё у пары моих друзей. Остальные же, словно одурманенные, повторяли, что нет лучшего на свете.

А тут какая-то адептка, аристократка из приличной семьи – те вообще склонны романтизировать всё подряд, особенно в её возрасте, и уж тем более судьбоносный ритуал. Так почему у неё такая странная реакция?

И утром она что-то отчаянно скрывала… Надо бы пообщаться с ней после пар и выяснить, что с ней не так.

Кроме Эффи и меня в моей группе нашлось ещё четверо “счастливчиков”. Как только я представил, сколькими хлопотами мне это грозило, голова начала немилосердно болеть.

Может быть, уволиться?

Я горько вздохнул.

Выдержать с ними две недели, да, Дилан? Да мне и дня хватило!

К сожалению, лишиться такого способного магистра на целых полгода я никак не мог, поэтому мне оставалось лишь продолжать усмирять эти “таланты” ещё две недели.

Активировав магию на своих наручных часах, я мысленно связался с наблюдателем и передал информацию, что у нас в группе целых пять избранников.

И, поскольку собирался скрыть свою отметину, был уже готов услышать, что одного из десяти в этот раз не хватает. Но в ответ мне прозвучало другое:

– Господин ректор, тут такое… Я даже не знаю, как вам сообщить.

– Говори как есть.

– Ну… Все магистры уже передали мне данные об избранниках. И вместе с вашими, их получилось всего… семь.

Как это семь?!

А куда делось ещё двое?!