Огненная проблема дракона, или Берегите ремень, ректор!

40. Арон

Дверь отворила красивая женщина лет тридцати пяти в чёрно-белой форме обслуживающего персонала Академии. Кажется, её звали Клара, она была из мелкой аристократии, поэтому я не помнил её фамилии.

Увидев меня, она мелко задрожала, а глаза её расширились от страха. Затем, взяв себя в руки, она широко отворила дверь и склонилась в низком поклоне, раздвинув полы длинного платья.

– Господин ректор, приветствую вас в нашей скромной обители.

– Благодарю, – прошёл я внутрь, разглядывая длинный светло-оранжевого цвета коридор с белым барельефом. Здесь пахло многочисленными цветочными ароматами духов, которые, смешиваясь вместе, слегка раздражали чувствительный нос, и всё же, на первый взгляд, здесь было довольно уютно.

Клара робко подняла на меня взгляд серых глаз и поправив русую прядку, выбившуюся из сложной причёски, спросила:

– Что господин ректор здесь делает?

– Я не могу посетить вас просто так? – с усмешкой задал я вопрос.

– Простите мою грубость, господин ректор, – побледнев, она потупила взгляд. – Я неправильно выразилась. Просто хотела уточнить, нужна ли вам моя помощь, проводить ли вас куда-то?..

– Ничего страшного. Я здесь действительно по делу. Но я бы не хотел, чтобы оно стало достоянием общественности, поскольку одна из адепток пока лишь подозревается в совершённом преступлении.

– Конечно, я поняла, ничего никому не скажу, – она украдкой взглянула на меня, и я заметил любопытство в этом взгляде. Она понизила голос до шёпота. – Куда вас проводить?

Я тихо ответил:

– Где проживает Эффи фон Трэвис?

Через несколько минут я зашёл в нужную мне комнату, а Клара ушла, чтобы не мешать.

Здесь никого не было, огромное окно было распахнуто, светло-жёлтые занавески колыхались от ветра.

А наведывался ли вообще сюда мужчина, или всё лишь придумала Селена?

Расположение мебели было типичным: две кровати по обе стены у входа, чуть дальше два письменных стола, так же стоящие вдоль боковых стен. По центру – окно. Тона комнаты были светлого дерева, а также розового, но не навязчивого, а едва отличимого от белого.

Неплохо, но очень уж по-девчачьи. Особенно левая половина. Покрывало на левой кровати было из шёлковой ткани, а по её краю были розовые кружева. А на нём атласная подушка с милым изображением золотого дракона, раскинувшего крылья. Похоже, это сторона Селены. А это…

Я повернулся к правой стороне, которая была более хаотичной, но почему-то всё же более уютной. Покрывало было в оттенках оранжевого, простое, если не сказать грубое. Я подошёл к заваленному книгами и бумагами столу. На видном месте лежал лист с заданными мной рефератами. Это точно был стол Эффи.

Бегло пробежавшись глазами по предметам, лежащим на нём, я удивлённо уставился на магические чернила, стоящие в углу, а также лежащее на пустом листе магическое перо, от которого осталась большая клякса. Будто пером второпях пользовались, да не успели очистить и убрать. А это было обязательным пунктом, иначе бы перо прослужило недолго, а оно стоило достаточно дорого, чтобы плохого с ним обращения не позволяли даже самые богатые аристократы.

Магические письмена?

Странно. В наши дни этим пережитком прошлого пользовались очень немногие. С помощью них можно было создавать лишь простенькие талисманы, которые ещё и служили недолго, и хотя их спектр назначения был довольно обширен, затраты на чернила, перо и ручное их создание, совершенно не окупались. Гораздо проще и дешевле было прикупить в любой магической лавке артефакт.

Я припомнил утреннюю попытку Эффи скрыть от меня какой-то деревянный предмет. Судя по огарку, он вполне мог быть талисманом. Но какого его предназначение по одному лишь пеплу определить невозможно.

Позволив окружавшему моё лицо и хвост звёздному туману рассеяться, я прикрыл глаза и просканировал комнату на концентрацию магии.

Слева, на столе, обнаружилось два следящих артефакта, как и говорила Селена. Едва коснувшись магией, я их уничтожил: не люблю, когда за мной подсматривают. Затем сосредоточился на Эффиной половине комнаты.

Сразу я понял, что ремня здесь нет. А также уловил, что он здесь был. Интересно. Кажется, я, наконец, понял, что происходит.

После того как Дилан накачал его маной под завязку, у ремня появились “ноги”, и теперь артефакт телепортировался в разные точки Академии, почему-то предпочитая общество одной рыжей адептки. Но у ремня не должно быть сознания. Или оно всё же есть? Он принадлежал нашему роду так давно, что история его приобретения уже совсем стёрлась из памяти моих предков.

Я открыл глаза и задумчиво посмотрел на стол, затем перевёл взгляд на три ящика в нём. Магии в комнате, помимо уничтоженных следящих артефактов и следов ремня, я больше не чувствовал. Но вдруг найду здесь нечто, что мне поможет разгадать тайну подозрительной адептки?

Слегка поколебавшись, всё же мне было чуждо копаться в чужих вещах, тем более вещах юнной особы, но… странностей вокруг неё становилось всё больше. Может быть, и то, что жезл в этот раз выбрал восьмерых, тоже из-за неё? Хотя последнее казалось немного притянутым за уши, любопытство во мне разыгралось не на шутку, а интуиция подсказывала, что здесь не всё чисто. Я должен был узнать, что творилось.

Подойдя к столу, я выдвинул верхний ящик.

Первое, что я увидел в нём – знакомые голубые чулки, всё ещё завязанные бантом, но в одном месте чулок был словно оплавлен, разрывая его на две части. От этого места исходил едва ощутимый запах драконьей магии.

И кто это у нас такой смелый, что снял повязанный мною бант?