Огненная волчица

Утро, которое точно забудешь не скоро

Утро. Кто вообще придумал вставать с первыми лучами солнца? Ни я, ни волчица внутри не спешили покидать тепло мягкой постели. Тело будто налилось свинцом, а мысли плыли где-то в тумане... пока до меня не дошло: я же не дома.

И запах… волк.

Мгновенно глаза распахнулись, как у испуганного зверька, и я, взвизгнув, буквально вылетела с кровати, будто подо мной взорвалась петарда. Сердце колотилось в груди, в ушах звенело. Только теперь я поняла, что снова в человеческом теле. И — черт! — абсолютно голая, прикрытая лишь расстегнутым пледом, который уже сползал к пупку, явно не собираясь спасать мою скромность.

Но это было не самое страшное.

В дверном проеме стоял мужчина. Просто стоял. И смотрел.

Я вытянула плед до самых ушей, надеясь, что этим хоть как-то верну себе остатки достоинства. Сказать что-то умное? Ха, мечты. Вместо этого изо рта вылетело:

— Э… доброе утро?

— Ну молодец, Мари! Просто звезда. Гениально! — заорала я на себя мысленно, ощущая, как уши предательски вспыхнули жаром.

Мужчина, кстати, выглядел вполне спокойно. Без тени смущения прошёл в комнату и уселся на ближайший стул, как будто видеть обнажённую девушку — его утренняя рутина.

— Я принес тебе одежду. Возможно, не совсем по размеру, но думаю, лучше уж так, чем совсем без неё, — сказал он с лёгкой улыбкой, которая скользнула по его губам, а потом добралась и до глаз. По взгляду стало ясно — он всё видел.

— Спасибо... — пролепетала я, чувствуя, как стыд обволакивает меня плотным облаком.

Волчица внутри довольно заворочалась, уютно свернувшись клубком. Ну конечно. Ей всё это явно нравилось.

— Предательница, — мысленно прошипела я. — Больше никаких прогулок под луной! Ни одной!

— Дмитрий, — спокойно произнёс мужчина.

На моём лице, очевидно, отразилось немое удивление, потому что он с лёгкой усмешкой добавил:

— Просто Дима. Без стай, без титулов, без всех этих "волчьих заморочек".

Без стай? Мой внутренний голос задохнулся от шока. Так разве бывает? Сколько себя помню, мне вдалбливали с детства: волк один — мертвец. Стая — жизнь, защита, долг. А тут стоит он. Один. Живой. Уверенный. И, черт возьми… привлекательный. Так, стоп, о чём это я?!

— Отвернись… — пробормотала я, даже не надеясь, что он не услышит.

Он кивнул едва заметно и, не говоря ни слова, направился к столу. Звякнула посуда, запах свежего кофе вмиг заполнил комнату, вплетаясь в утреннюю тишину.

Я натянула одежду наспех, потуже затянув пояс. Волчица внутри хихикнула:

Вот и всё, готова щеголять перед волком в халатике. Только повод подай…

— Цыц, подлиза! — прошипела я про себя и закатила глаза. — Не сейчас.

А зачем одежда, м? Я и так божественна, — промурлыкала она лениво, смакуя ситуацию.

— Заткнись, — буркнула я. — Никто тебя не спрашивал.

Сделав глубокий вдох и пытаясь собрать мысли в кучу, я села за стол. Дима, всё так же молча, протянул мне чашку.

— Меня зовут… Мари, — выдохнула я, больше для себя, чем для него. Имя будто стало якорем, вытаскивая из водоворота мыслей. Я качнула плечом, как бы сбрасывая остатки смущения.

Обжигающий аромат кофе проник в каждую клеточку. Я поднесла чашку к губам, сделала глоток…

— Ммм… — вырвалось само собой, глубоко, почти с придыханием. И в этот момент я вдруг поняла — этот день изменит всё.

Мужчина, сидевший рядом, неожиданно поперхнулся кофе и резко поднялся. Его глаза на долю секунды скользнули по мне, и в этом мимолётном взгляде я уловила нечто большее, чем простое любопытство — это был интерес, почти животный. Но уже через миг он справился с собой, как будто надел маску хладнокровия, и ровным голосом спросил:

— Как ты себя чувствуешь? Болит что-то?

В его тоне проскальзывала искренняя тревога, и я не смогла удержаться от тёплой, почти благодарной улыбки.

— Всё хорошо. Уже не болит, — ответила я и с удивлением поняла, что это правда. Внутри поселилось странное чувство безопасности. Но...

Что со мной произошло?!

Вопрос вспыхнул в голове, как вспышка молнии, и, видимо, сорвался с губ, потому что Дима отозвался сразу:

— Думаю, на тебя напали.

Я вздрогнула. Не от слов, а от того, с какой уверенностью он их произнёс. Как будто сам был там. А может… и был?

— Мама… — вырвалось у меня, и паника пронзила грудь. — Она же с ума сходит! Меня нет уже четыре дня!

Я вскочила с места, но ноги не слушались. Штаны оказались слишком длинными — ткань обвилась вокруг лодыжки, и я покачнулась. Пол секунды — и я уже летела лицом вниз. Сердце оборвалось.

Но падения не случилось.

Мощные руки обвили меня, прижали к крепкой груди. Запах ударил в нос — смесь свежескошенной травы, древесной коры и чего-то… дикого. Настоящего. Мужского.

Я вдохнула глубже, неосознанно. Волчица внутри, едва почувствовав аромат, взвыла от восторга.

О, как же он пахнет!

Я буквально утонула в этом запахе, растворилась в нём, как в тёплом омуте. Мои пальцы сжались в его рубашке, и мир на мгновение замер.

Он держал меня легко, будто я ничего не весила, и в его объятиях я чувствовала себя странно — в безопасности, как дома… как будто была там всегда.

Какой красивый... — пронеслось в голове. Но не в моей. Это думала она — моя волчица. Ее голос отзывался внутри меня, как тихий ветер в кронах леса. В следующее мгновение я, словно кошка, отпрыгнула прочь, но нога подвернулась, и я начала падать. Только не успела коснуться земли — чьи-то сильные руки подхватили меня.

Сердце ухнуло куда-то вниз, дыхание сбилось. Я зажмурила глаза, как будто это могло защитить от бурного водоворота чувств, что рвался наружу. Прошла секунда — или вечность? Я медленно приоткрыла глаза… Передо мной было его лицо. Он смотрел прямо в меня, взгляд — тревожный, противоречивый, будто сам не понимал, что происходит.

Не отрывая взгляда, он поднял меня на руки и понёс. Я, околдованная, будто смотрела на это со стороны — как в сновидении. Он опустил меня на постель, осторожно, почти бережно. Я затаилась, как кошка, которая в ожидании сметаны старается не выдать ни звуком, ни движением, как сильно ей этого хочется. Чего я ждала? Не знала даже сама.