Огненный цветок Шадарат

Глава 8

В общий обеденный зал я вползала уже не с таким одушевлением, как раньше.

Успокоенное мазью упомянутой Чахотки больное ребро от нетипичного способа передвижения разнылось снова, а идти медленно в людском потоке не получалось. Честное слово, не иди следом Арт, возвышающийся над тщедушной мной на голову, а то и больше, меня б вообще смели и не заметили. Замерзшие адепты торопились внутрь, где было тепло, светло и даже сытно – уже накрытые духами столы ломились от всяческих изысков. И гневные взгляды с преподавательских столов волновали голодных магов чуть меньше, чем первозданный Хаос обычный ветерок.

Радовало одно: благодаря дождю водников сегодня со всеми стихийниками вместе отсадили за дальний стол, подальше от некромантов и огневиков. Огорчало другое – гости из Киота уже были здесь.

Их невозможно было не заметить, за каждым столом сидело несколько новых пар, резко отличающихся от остальных и формой, и внешностью. Волосы тоньше и темнее, кожа смуглее, рост выше, фигуры стройнее. Что их некроманты, что огневички были тонкокостными, хрупкими. Все, даже парни.

Однако глядя в их темные глаза характерного разреза, комментарии на счет их силы никто не решался отпускать. Понимали, что вломят в ответ по первое число!

Неудивительно, что на киотских девушек, стройных, как кипарис, наши парни глазели с восхищением. А те, в свою очередь, нет-нет, да поглядывали на наших парней, фигурой и статью не обделенных, собранных со всего королевства, закаленных и тренированных.

Да уж. Учебный год обещал быть потрясающим.

Кое-как перекинув ноги через лавочку, я заняла свое излюбленное место за столом, тоскливо выставляя локти на торжественно-черную, по случаю, скатерть. Арт, который снова пребывал в превосходнейшем расположении духа, привычно скинул мундир, закатал рукава, своровал мою тарелку и принялся накладывать в нее еду.

Я же тосковала по сну и кроватке, лениво оглядывая зал, невольно отмечая адептов по обмену, присоединившихся к каждому факультету, с шестого курса по девятый. Знакомством, естественно, тут же занялись местные старосты, не оставляя остальным даже надежды подойти. Кто достался нам, я даже гадать не стала – завтра гляну, если что.

- О, пир на весь мир? – помогая Тессе перебраться через лавку рядом со мной, удивленно вскинул брови Дабор, оглядывая щедро украшенный стол.

- Ага, - украдкой зевнула я в кулак. – Директор расщедрился перед гостями.

Тесса тихонько фыркнула:

- Да ладно вам. В академии всегда хорошо кормили. Этот ужин почти ничем не отличается.

И тут, как назло, перед нами как по волшебству возникли непривычно изогнутые кубки из киотского серебра характерного темного цвета.

Мы машинально потянули носом… вино. Однозначно вино!

- Да неужели? – иронично покосился на Тессу ее напарник.

Та виновато развела руками. Что поделать, не угадала. Вино у нас действительно никогда не подавали! Причем ни к ужину, ни вообще…

Что, конечно же, не мешало адептам квасить по общежитиям и городским тавернам. Тайком, конечно. Но не всегда.

- Прошу всех занять свои места, - послышался усиленный магией голос, пробирающий с первого звука от макушки до самых пят.

Я даже поежилась!

Лорд-директор Варессо умел говорить так, чтобы его слушали. И дело даже не в его титуле, внешности, богатстве, власти или невероятном таланте непревзойденного проклятийника. А в его голосе. Первородный Пламень, какой у него голос! Громкий, четкий, тягучий, хорошо поставленный, бархатистый на нижних нотах – как будто что-то древнее и необъяснимое, первобытное, взывающее к тебе изнутри.

Клянусь, от него мурашки по телу, и фокусировка внимания сразу такая, которая не снилась ни одному заклинанию подчинения.

Стоило ли говорить, что подобные общие собрания мы и любили, и ненавидели одновременно?

А уж тем более никто терпеть не мог, когда его вызывали к лорду-директору на ковер. Ибо когда ругаются таким голосом, совесть просыпается даже у тех, у кого ее не было никогда!

- Сегодня, на этом праздничном пиру, - лорд-директор Варессо, высоченный и поджарый, с повадками хорошей гончей, едва прищурил свои темные глаза, обведя внимательным взглядом всех присутствующих с высоты преподавательского стола. – От имени академии Грандеваль я рад приветствовать гостей из Киота. Насколько мне стало известно, прибыли еще не все, в дороге многих адептов задержала непогода. Ну, что ж. Их мы поприветствуем отдельно…

- Какой голос, - не сдержавшись, тихонько вздохнула сидящая рядышком Тесса.

- Ага, - не сдержавшись, вторила я, подпирая щеку кулаком.

- Обычный, - переглянувшись, хором хмыкнули недовольные Арт с Дабором, синхронно складывая руки на груди.

Мы понимающе переглянулись. Мальчишки такие… мальчишки!

Хотя, если брать именно этих некромантов, называть их таковыми не совсем правильно. Вообще, прием в нашу академию начинается с тринадцати лет, а выпускают через девять – как раз к совершеннолетию. Но бывают и исключения, кто-то идет учиться в гораздо более осознанном возрасте. И Арт с Дабором как раз из таких. Они старше нас, не прям критично, но прилично. И таких на каждом курсе полно.