Огненный и воздушная

Глава 13

Если вы хотите осчастливить весь мир, идите домой и любите свою семью.

(Мать Тереза)

- И тогда бабка сказала мне: "Твоя жена родит такую же как она дочь! И имя её будет Мария, иначе ты не получишь то чего хочешь", а я то что? - папа допивал уже второй бокал вина, пока мы с Эйденом пили английский чай, а мама сидела в кресле укутавшись в одеяло, и смеялась, - я молодой был, глупый, вот и назови с дуру дочь Марией, - папа залпом допил остатки алкоголя, и громко засмеялся. Эйден улыб6нулся,  - но кто ж знал, о ком она говорит? О жене Марие, или о дочери? Вот и пришлось импровизировать.

Папа хорошо выпил, потому что в другом случае он не рассказывает эту историю. Самая глупая на свете история моего имени. Эйден уже третий час развлекал моих родителей историями о его бабушке, которая хоть и возрасте, но не отказывает себе в удовольствиях развлекаться с внуками заграницей, и о том какая она у него молодец. Но о родителях парень ни обмолвился ни словом, а мои родители слишком воспитаны что бы спрашивать. Хотя, о маме я не могу такого сказать.

Мне нравилось, что родители были тут. Что они разговаривали со мной, что они смеялись, мне нравилось что мы все вместе. Пусть они и играют сцену перед Эйденом, про этот ужин, про то что мы проводим время сейчас так, как, якобы, обычно проходят наши вечера. Но я была счастлива.

- Мам, нам с Эйденом нужно готовить доклад, ты не забыла? - я мягко положила руку маме на плечо, а она нежно улыбнулась мне в ответ.

- Да, конечно, можете пойти в твою комнату, мы с папой пока еще посидим, посмотрим новости, - мама встала и направилась в сторону папы, после чего они вместе пошли в гостиную, оставив нас с Эйденом наедине. Мои обязанности в такие моменты были небольшими - убрать со стола, и сложить в раковину посуду.

- Давай ты будешь складывать, я мыть, и ты вытирать? - Эйден встал вместе со мной, и я подняла от удивления брови. Он ведет себя вполне нормально, не грубит, не иронизирует, просто хочет помочь.

- Да, конечно, если тебе не тяжело, - следующие десять минут мы молча складывали и мыли посуду, после чего я раскладывала её по местам. Почему-то мне было комфортно в этот момент.

- Так, значит, ты дочь художника и банкира, - Я вздрогнула, когда Эйден заговорил, и чуть не уронила стакан, но вовремя спохватилась и поймала его. Эйден засмеялся, и положил свою ладонь на мои руки, в которых был стакан. Место, куда он положил свою ладонь, запульсировало.

Эйден заметил моё замешательство, и положил вторую руку на мои. Я удивленно подняла брови, а парень подошел ко мне ближе. Его руки были влажными и холодными, как и мои. Эйден провел взглядом по моему лицу, а потом спустился к шее и ключицам. Я выдохнула, и он перевел взгляд на мой рот. О Боже мой, я сейчас поцелуюсь с Эйденом, в своем доме.

Парень убрал одну руку с моих, и провел большим пальцем по моей щеке. Я заметила как у него участилось дыхание. Он убрал руку от лица, и забрал у меня стакан. Его лицо было предательски близко.

- Ты такая рассеянная, Мюллер, - он буквально прошептал мне это в губы. А после, чего и стоило ожидать от Эйдена, он усмехнулся, и поставил стакан у раковины, - и где там твоя комната? - сукин сын, я уже представила себе романтичный поцелуй на кухне. Ужасно, что я представила себе этот поцелуй именно с ним. Нужно выкинуть эти мысли из головы, да побыстрее.

- Наверху, но смотри, мой барьер хороших людей только пропускает, знаешь, не все могут пройти, - я пошутила очень тупо. И Эйден теперь будет считать что я глупая. Хотя, стоп, он же и так считает меня недалекой.

- А как же ты туда попадаешь? Через окно? - Эйден улыбнулся, и я не смогла удержаться что бы улыбнуться в ответ.

Мы поднялись в мою комнату, и Эйден сразу же улегся на кровать. Я повесила у изголовья кровати несколько светящихся разноцветных лампочек, и зажгла их. Уютно.

- У меня к тебе есть просьба, - Эйден непринужденно улегся спиной на кровать, взял мою плюшевую розовую подушку, обнял её, и свесил голову вниз, - помнишь ту девчонку, которая с нами в группе? - я помрачнела, когда вспомнила о предмете его воздыхания. Ну, конечно, о чем бы нам ещё можно было поговорить у меня дома. В моей комнате. 

- Быстрее излагай требование, - я разозлилась, хотя сама этого не хотела. Эйден не заметил моего раздражения, ему, казалось, вообще всё равно на то что я там думаю.

- У Фиби проблемы в семье, и она просила нас с тобой самих написать себе характеристики... - я разозлилась. Какого чёрта я должна писать о себе вместо этой Фиби? Она мне не нравится, - можешь написать за себя характеристику и ей, и мне? - вот тут я уже совсем взбесилась.

- С какой стати я должна делать за кого-то его работу? - я сложила руки на груди, и уставилась на Эйдена. Он лежал в том же положении, а я сидела напротив на полу в позе лотоса. Эйден удивленно посмотрел на меня, и я поежилась.

- Разве ты не хороший человек? - Эйден перевернулся, и теперь его лицо было напротив моего. - Просто я думал тебе не сложно будет помочь Фиби, ведь у неё есть причины не делать это.

- У меня тоже есть причины не делать это, может тогда и она за себя мне напишет, а? - я уже откровенно бесилась. То есть он думает, что раз я "хороший человек" я буду его возлюбленной помогать? Фигушки. Не на той прокатиться хочет.