Огненный нефрит

Часть 4. Тень

Глава 4

Тень

Детей от 3 до 6 лет покупают у работарговцев или у родителей, которым вы не нужны. Над ними проводят эксперименты. У некоторых, которые выжили, появляются волшебные силы. Один из этих детей был я. Я был рожден для убийств. У меня никогда не было ни семьи, ни имени. Я не знал, что такое любовь, боль, жалость. У меня не было чувств. Еще с детства нас воспитывают так, что мы годны только для убийств.

Эти силы не с нами с рождения. Они появляются из-за древних артефактов. Они научились высасывать из них магию, но что-то им не хватает, так как лишь немногие смогли выжить.

Мы — результат безжалостных экспериментов, живые орудия в руках тех, кто не боится играть с судьбами. Каждый из нас — ходячая машина смерти, запрограммированная на выполнение приказов без вопросов и сомнений. Но внутри меня, несмотря на всю холодность и пустоту, что привили с детства, что-то начало меняться. Эти силы, что даровали мне артефакты, не просто инструмент для убийств — они пробуждают во мне нечто большее, нечто, что я не могу объяснить и не могу контролировать.

С каждым днем я чувствую, как магия проникает глубже, как она меняет меня изнутри. Я вижу мир иначе — не только как поле боя, но и как место, где можно найти смысл, если только позволить себе почувствовать. Но это опасно. Те, кто меня создал, не потерпят слабости.

Детей, которые не подходят для инструментов, подсылают к нам, чтобы мы к ним привыкли, полюбили, чтобы мы почувствовали любовь, а потом заставляют убить. Так они убивают нашу человечность. До 16 лет каждый год они подсылают новых детей, а тех, кого мы убили, стирают из памяти у нас. На 16-й день рождения нам возвращают память обо всех детях, которых мы убили. Нас должно было разорвать от горя, но мы уже не живые, мы ничего не чувствуем. Этого они добиваются, ведь мы становимся верным оружием, которое никогда не предаст.

Я всегда выполнял задания без лишних вопросов, всегда успешно, будь то убить ребенка, семью или еще кого-то. Я ничего не чувствовал.

Это было очередное задание: нужно было убить королевскую семью и раздобыть нефрит дракона. Он был нужен, чтобы стало больше таких, как я.

Море встретило их неласково. Волны бились о борт корабля с такой силой, что казалось, будто само небо разверзлось над ними. Я наблюдал за ними из тени, сливаясь с ночным мраком. Их смех, их беззаботные разговоры – все это было лишь прелюдией к неизбежному. Я видел их лица, освещенные тусклым светом фонарей, их руки, сплетенные в нежном объятии. В их глазах не было страха, лишь предвкушение нового дня, новой жизни. Они не знали, что один из дней станет для них последним.

Волны, словно безликие стражи, отбивали ритм моего приближения. Корабль, на котором плыла обреченная семья, казался хрупкой игрушкой на фоне безбрежной стихии. Мои спутники, тени, призванные отвлечь внимание, уже заняли свои позиции. Их задача была проста: создать суматоху, шум, отвлечь взгляды стражи, если таковая имелась. Моя же задача была куда более точной, хирургической.

Я скользнул по палубе, словно призрак, не оставляя следов. Воздух был пропитан запахом соли и страха, который я, как всегда, не ощущал. Это было лишь топливо для моей цели. Я видел их – князя, княгиню, их дочь. Девочка, совсем юная, прижималась к матери, ее глаза, полные детской наивности, еще не знали, что такое истинная тьма. Это не вызывало во мне ничего, кроме холодного расчета. Эмоции – это слабость, а я был создан для силы.

Мои люди начали действовать. Крики, звон стали, отвлекающие маневры – все шло по плану. В этот момент я уже был рядом. Не было ни колебаний, ни сомнений. Только движение, отточенное до совершенства, направленное на достижение цели. Нефрит дракона – вот что было истинной целью. Он был ключом к будущему, к созданию новых, таких же, как я. И ради этого будущее я был готов пройти через любые преграды, через любые жизни.

Я видел, как князь пытался защитить свою семью, как княгиня закрывала собой дочь. Это были естественные инстинкты, предсказуемые и бесполезные против моей решимости. Мои движения были быстрыми, точными. Не было места для жалости или сожаления. Только исполнение

Но это первая миссия, которую я провалил. Всё было быстро: улыбка княгини и слова: «Что я её не получу», вспышка света, темнота.

Открыв глаза, я уже на необитаемом острове, и рядом была маленькая, хрупкая девочка

Первая мысль была: убить. Инстинкт, отточенный годами, кричал о необходимости устранить свидетеля, последнюю ниточку, связывающую меня с провалом. Но что-то остановило. Не жалость, нет. Жалость – это слабость, которой во мне нет. Это было… любопытство. Нечто новое, чуждое, пробивающееся сквозь броню моей цели.

Я наблюдал за ней, пока она, дрожа, пыталась развести огонь. Её движения были неуклюжими, пальцы не слушались, но в глазах горел упрямый огонек. Этот огонек, такой хрупкий и в то же время такой стойкий, вызывал во мне странное чувство. Нечто, что я не мог идентифицировать, но что заставляло меня отложить нож.

Она не была похожа на тех, кого я привык видеть. Ни в ней, ни в её глазах не было страха, который я так хорошо знал. Была лишь растерянность и какая-то детская решимость. Я подошел ближе, и она вздрогнула, но не отступила. Вместо крика или мольбы, она просто подняла на меня свои большие, испуганные глаза.

"Ты... ты кто?" – прошептала она, и её голос был похож на шелест осенних листьев.

Я молчал. Слова были лишними. Моя задача была проста: выжить. И, возможно, понять, как я оказался здесь. Но эта девочка... она была аномалией. Непредсказуемым элементом в моей идеально просчитанной жизни.

Я огляделся. Остров был небольшим, покрытым густой растительностью. Море вокруг было спокойным, но бескрайним. Никаких следов цивилизации. Только мы двое и тишина, нарушаемая лишь плеском волн и её тихим дыханием.