Огневик и снежнокрылая

Глава 8. Снег и кровь

Наутро друзья отправились в путь в приподнятом настроении, полные надежд на интересные приключения. Погода стояла ясная, солнечная, снегопада никто не ожидал.

Лис откровенно любовался Арабеллой.

- Не могу поверить, что ты не мерзнешь, - наконец решил он с ней заговорить. – Сегодня морозно, и мне, поверь, не жарко, хотя я в теплой куртке и в перчатках.

Полуэльфийка весело ему улыбнулась.

- А в то, что я с крыльями, веришь?

- Пока не знаю, - фыркнул эльф. – А вдруг они у тебя привязанные?

- Хочешь убедиться? – в темных глазах девушки заиграли смешинки.

- Само собой.

Он приблизился к ней, на ходу стянув перчатку, и только хотел слегка прикоснуться к мягким серым перышкам, как крылатка взмыла вверх. Ухватила с елки крупную шишку и бросила ее в Лиса.

- А вот и доказательство!

Эльф ловко поймал шишку.

- Ари, ты прекрасна в полете! Но все-таки спускайся поскорей.

Она послушалась, но при этом случайно (или нет?) задела крылом ветвь дерева, под которым стоял Лис – эльфа осыпало снегом.

- Ах, вот как! Я отомщу, - он чуть прищурил возбужденно сияющие серо-зеленые глаза.

- Да на здоровье, только не нужно трогать мои крылья, Дориан, - спокойно ответила Арабелла. – И вообще не надо ко мне без спросу прикасаться – альверил этого не любят.

- Но ты слишком похожа на эльфа. А эльфы… хм… любят прикосновения.

- Да-да. Я, скорее, эльф. А все же унаследовала от моих высокогорных сородичей не только крылья.

- Еще и упрямый нрав?

- Ха, пожалуй. А что унаследовал ты от эльфов Альтары?

Лис усмехнулся:

- Легкомыслие.

Шелиар слушал их перепалку и ощущал странное стеснение в груди. Он видел, как Лис смотрит на Арабеллу. И как Арабелла смотрит на Лиса. Общаясь с эльфом, шутливо переругиваясь или делясь сокровенным, она как будто становится еще ярче, еще свободнее.

А что чувствовал он сам? Пожалуй, легкое разочарование. Шелиару бы хотелось, чтобы крылатая обратила на него внимание как на мужчину. Все эти отношения… взаимное притяжение, интерес, любовь – то, как ее понимают эльфы и люди, все это завораживало огневика. И с каждым днем – все сильнее. Его сородичи, влюбляясь, либо ровно горели, либо неистово пылали. Он не мог вспомнить, чтобы когда-то наблюдал у них резкую смену эмоций, полутона, странные переходы от легкой насмешки к безмолвному обожанию. А так хотелось испытать все это самому! Будь он в Шаэстре, просто подошел бы к девушке и сказал: «Ты мне нравишься». Но так не получится с полуэльфийкой Арабеллой, которую он знает лишь со вчерашнего вечера. А заигрывать, как Лис, он не умеет… Но не вечно же оставаться в роли наблюдателя!

Между тем перед путниками открылось широкое белое поле, прорезанное блестящей на солнце укатанной дорогой. Шелиару вдруг подумалось, что еще чуть-чуть – и он совсем затеряется в безбрежном царстве зимы. Так много снега – от горизонта до горизонта!

Лис слегка отстал, зачем-то склоняясь к белоснежному пушистому покрову. Затем бесшумно подобрался сзади к Арабелле. Раз! – и целая пригоршня снега падает крылатке на голову, за шиворот. Девушка, вздрогнув, обернулась и схватилась за шпагу, но потом засмеялась.

- Отомстил-таки. Надо же! Прямо мастер подкрадывания, настоящий следопыт. Тогда получай…

И в Лиса полетели белые хлопья. Началась игра! Арабелла крыльями сдувала с обочины снег в сторону эльфа, кидалась в него наскоро слепленными комьями, и он не остался в долгу. Даже расстегнул куртку в пылу сражения – ему стало жарко. Шелиар отошел подальше – не хотелось попасть под обстрел. Тем более развеселившиеся друзья, кажется, и не желали, чтобы в их игру вмешивались.

Вскоре они угомонились. Оба слегка раскраснелись, у обоих ярко горели глаза. Лис кое-как собрал в длинный хвост растрепавшиеся волосы, Арабелла тщательно очистила крылья от снега.

- Славная была битва, - произнес с улыбкой огневик. - Можно теперь спокойно продолжать путь?

Но не тут-то было.

Она… Шелиар увидел ее издалека. Она стремительно приближалась на вьюжистых крыльях, неся с собой пургу. Ближе. Еще ближе…

- Бежим, - прошептал Лис. – Со стихией мы не совладаем.

Арабелла невольно сделала движение, выдавшее ее чувства, – попыталась крылом закрыть эльфа от надвигавшейся напасти.

А Шелиар… не мог двинуться с места. Отринув разум, кричащий «беги!», он искал в опасном ледяном создании грустную сероглазую девушку – ее не было. Две темно-синие бездны на холодном лице взирали на него мрачно и бесстрастно. Ветер взвыл, солнце скрылось за белой пеленой… Колючие льдинки ударили в лицо – жестоко, до невольных слез.

Ари и Лис отпрянули, но не убежали, не желая оставлять огневика наедине с живой стихией. А тот почувствовал, как его охватывают отчаяние и гнев.

- Кто ты? Почему идешь за нами? Ответь наконец – что ты такое?

Почему опять так больно? Зачем ему страдать из-за нее? Отчего он не хочет даже попытаться покончить с ней, как со злым наваждением?

- Убей ее! – закричал Лис, едва не срывая голос, перекрикивая вой пурги. – Сожги, растопи. Убей! Ты сможешь!

Эльф прав? А вдруг освободить ту, светлоглазую, можно лишь уничтожив эту, бездушную? На ладонях вспыхнул огонь.

Выражение лица снежнокрылой изменилось, она прикрыла веки, словно пыталась уйти в себя, отстраниться от внешнего мира. Что-то – возможно, две сущности – боролись внутри нее в эти мгновения.

Теллин вскинул руки… и ничего не смог сделать. Огонь потух сам собой.

- Где та, кого ты прячешь в себе? – спросил он негромко. – Где она?

- Убей чудовище! – вновь потребовал Лис. Но Шелиар уже не слушал. Смотрел как разгорается сапфир в волосах снежнокрылой, как сквозь холодный лик проявляется та, кого так жаждал увидеть…

И тогда он решился – коснулся ее щеки. Рука онемела, обожженная холодом. Но перед ним снова было живое лицо с трепещущими ресницами, с теплым взглядом, с чуть приоткрытыми розовыми губами. И эти губы прошептали: