Огни в небе Сеула

Глава 8. Только черное или белое.

Я открыла дверь и зашла в кофейню. Здесь как всегда много людей, что даже свободного столика нет. Но мне и не нужен свободный столик, потому что меня уже ждут.
Я осмотрела присутствующих и увидела его... Он сидит у окна, задумчиво помешивая кофе трубочкой. Заметив меня, он улыбается. Я улыбаюсь ему в ответ и подхожу ближе.
- Хёнджин, - говорю я.
Он смотрит на меня, и его глаза сверкают. Я вижу в них свое отражение.
- Кира, ты сегодня очень красивая.
Я смущаюсь от комплимента и сажусь за столик, где меня уже ждет заказанный им кофе.
- Спасибо, что заказал мой любимый кофе, - говорю я, улыбаясь, и отпиваю немного карамельного латте.
- Я должен сказать тебе кое-что важное, - с серьёзным лицом говорит айдол.
Я внимательно смотрю на него, боясь услышать его слова. Что он собирается сказать мне? Опять нагрубит? Нет, этого не может быть. Только не сейчас. Нет, я не хочу это слышать. Я ничего не хочу слышать.
- Кира... Ты мне нравишься.
Что?! Серьезно? Я правда нравлюсь тебе? Ты в этом уверен? Скажи это еще раз.
Я расплываюсь в дебильной улыбке и смущенно сминаю край юбки.
- Ты мне тоже нравишься, Джини. Очень нравишься. Я так долго ждала от тебя этих слов.
Я приподнимаюсь на стуле и тянусь через весь стол, чтобы дотянуться до его губ... В этот момент меня прерывает звук телефона. Я слышу, как пришло сообщение в Kakao Talk. А затем еще одно. Я оборачиваюсь по сторонам в поисках телефона, но его нигде нет. Я снова поворачиваюсь к Хёнджину, но его образ начинает рассеиваться.
- Джини? Джини!
Я пытаюсь ухватиться за него, но он исчезает на моих глазах.
- Джини! Нет, Джини! Хёнджин!
Я резко открываю глаза и обнаруживаю себя в своей квартире. Это был всего лишь сон... Какого черта мне снится Хёнджин? Эй, подсознание, он мне больше не нравится, так что не надо показывать его во снах. Мне это больше неинтересно. Хочу забыть его. Навсегда.
Я сажусь и беру телефон с тумбочки. Оказывается, что мне действительно пришло сообщение в Kakao Talk. Оно от Хана.
«Привет. У меня сегодня образовалось окно в четыре часа. Может, встретимся?»
Я зеваю, пытаясь вспомнить, какие у меня на сегодня планы, затем смотрю на часы. Сейчас восемь утра. Восемь утра?! Что?! Зачем писать мне в такую рань?!
«Я только что проснулась и пока не могу сообразить, какие у меня на сегодня планы. Я тебе позже напишу, ок?»
И тут же мне приходит смеющийся смайлик от Джисона.
«Я не знал, что ты любишь подольше поспать. Извини. Буду ждать ответа,» - написал он.
Долго спать? Сейчас восемь утра, и я легла только в три, потому что смотрела дораму. Разве это называется «долго спать»? Ах, да, корейцы же всегда встают очень рано. Кажется, здесь не принято спать больше шести часов в сутки. Даже в выходной корейцы встают не позднее семи утра, независимо от того, во сколько легли. Но если есть возможность поспать подольше, почему это не сделать? Мне не надо рано бежать на работу, так почему я не могу поспать до девяти? Кажется, корейцы не понимают, насколько здорово не вставать на рассвете...
Я лениво потягиваюсь и встаю с кровати. Прохожу мимо зеркала и останавливаюсь, в ужасе рассматривая свое отражение. Синяк на лбу все-таки проступил... Ещё и есть припухлость в этом месте. Черт! И как я такая «красивая» пойду на встречу с Ханом? Даже если замазать, все равно будет заметно, что со лбом что-то не так... Но я же не могу не идти? Или могу?
Я подхожу к холодильнику и смотрю расписание на сегодня. У меня запись на двенадцать и два часа. Так, значит, в четыре часа я уже буду свободна и смогу встретиться с Ханом. Или не стоит его пугать своим внешним видом? Но, с другой стороны, разве это может его напугать? Может, он перестанет воспринимать меня как девушку и начнет относиться как к настоящему другу? Хм, звучит неплохо. Только не нужно ему говорить о происхождении этого синяка. Если Хёнджин хочет, чтобы я рассказала Хану о нашей встречи, то я должна сделать все, чтобы Хан о ней никогда не узнал. Конечно, если Хёнджин сам ему не расскажет, но это уже будут не мои проблемы.
Я беру телефон и набираю сообщение:
«Да, я смогу с тобой встретиться в четыре. Где встретимся? Хочешь поесть самгёпсаль?»
Через пару минут приходит сообщение от Хана.
«Сегодня я могу позволить себе только кофе,» - написал он, дополнив текст расстроенным смайликом, - «Так что давай встретимся в нашей кофейне.»
В нашей? У нас уже появилась собственная кофейня? Звучит неплохо, но было бы лучше, если бы я не знала о чувствах Хана. Тогда общаться с ним было бы гораздо проще, и я бы не искала двойной смысл в его словах.
«Хорошо,» - написала я.

***
После работы я зашла домой, поела и пошла в кофейню на встречу с Ханом.
Когда я пришла, он уже ждал меня.
- Привет, - радостно сказал айдол.
- Привет, - сказала я, садясь за столик, - Как дела?
- Да все, как обычно, - тяжело вздохнув, сказал Джисон, - Надоела уже эта зима. Холодно. Я ноги отморозил, пока шёл сюда.
Я посмотрела вниз и увидела, что Хан сидит в носках и сланцах.
- Так надо было кроссовки надеть, - удивленно произнесла я.
- Эээй, это же неудобно. У меня не было времени на кроссовки. Быстро обулся и побежал, пока менеджер не заметил.
Я понимающе кивнула и улыбнулась.
- А тебе нравится быть айдолом?
- Я никогда не думал об этом, - задумчиво сказал Джисон, - Да я и не считаю себя айдолом.
- Как это? – растерянно спросила я, - Ты же участник айдол-группы.
- Это не то, - улыбнувшись, ответил Хан, - Айдол-это Феликс, Хёнджин, Ли Ноу и хлебушек... Чонин. А я... Я, Бан Чан и Бинни, мы рэперы, понимаешь?
- А рэперы-это не айдолы? Вы же тоже выступаете на сцене.
- Это другое, - уверенно сказал Джисон, - Айдолы, они... Как бы это сказать? Они идеальные люди. Которые всегда выглядят идеально, ведут себя идеально. Ну, ты понимаешь, о чем я? Они слишком нереальные, как из сказки.
- Так дело только во внешности? – пытаясь разобраться, спросила я.
- Не только во внешности, но она является решающим фактором, - уверенно ответил Хан.
- А для рэпера внешность не важна? – удивленно спросила я.
- Важна, но не так. Для рэпера куда важнее уметь классно читать рэп. Нужно владеть разными техниками и держаться на сцене достойно. Если говорить о внешности, то куда важнее харизма, чем красота. Нет, я, конечно, прекрасен, никто с этим не спорит, - сказал Джисон, наигранно поправляя волосы, - Но на принца из сказки я не тяну. Я никогда не буду идеальным, впрочем, я и не хочу этого. Мне это не подходит, понимаешь? Я не люблю себя ограничивать. Но в Корее такие стандарты красоты... Другое дело Хёнджин. Люди готовы слушать все, что он скажет. Да ему даже говорить ничего не нужно, достаточно просто появиться на сцене, и девушки будут визжать как сумасшедшие. С Феликсом тоже самое. Так что Феликс и Хёнджин, вот они настоящие айдолы, а не я.
- Но Хёнджин не отличается хорошим поведением, - задумавшись, произнесла я.
- Ты про тот скандал со школьным буллингом? – уточнил Хан, - Я не думаю, что Джини реально был школьным хулиганом, это не соответствует его типу личности. Да и школа-это такое время, когда можно случайно кого-то обозвать, не думая о будущем. Так что любой мог оказаться на месте Джини. Может, я тоже кого-то обидел в школе, но уже не помню об этом. В то время я и мечтать не мог, что попаду в группу. Вот только если бы я попал в такой скандал, уверен, меня бы выперли из агентства. Нет, конечно, Бан Чан бы за меня вступился, да и пацаны тоже, я в них не сомневаюсь. Но не думаю, что Stay были бы рады моему возвращению, поэтому мне бы все равно пришлось уйти из группы. А Джини удалось остаться. Да, он потерял часть фанаток, но все равно остался одним из самых популярных членов группы. А у меня не такая большая фанатская база... Уверен, фанаты бы не поддержали меня.
- Те, кто не поддерживают участников группы, не могут называться настоящими Stay, - уверенно произнесла я, - И вас нельзя разделять, потому что только вместе вы сила, вместе вы Stray Kids. Даже если кто-то более популярный, кто-то менее, вас все равно нельзя разделять. Ведь только вместе вы можете создавать офигенскую музыку. Да, конечно, внешность важна, ведь вы являетесь медийными личностями, но куда важнее талант. А вы все талантливы, каждый по своему. Поэтому тебе не нужно беспокоится о своей внешности. Может, по корейским меркам ты и не считаешься красивым, но в России у тебя много фанаток. Потому что в России разным девушкам нравятся разные парни. И для многих девушек ты самый красивый айдол на свете.
Услышав это, Джисон смущенно улыбнулся.
- Правда? Тогда я буду еще больше работать, чтобы порадовать Stay из России.
Хан удивленно посмотрел на меня.
- У тебя что-то на лбу.
Черт! Заметил!
- А что не так? – пытаясь делать вид, что не понимаю, спросила я.
- Твой лоб выглядит как-то странно, - разглядывая меня, ответил айдол, - Он стал больше.
Видимо, придется рассказать ему о своем фееричном падении...
- Я вчера упала, - неловко улыбаясь, произнесла я, - Подскользнулась и упала.
Джисон недовольно покачал головой.
- Нужно быть осторожнее, Кира. А ты к врачу ходила?
- Это просто синяк, - растерянно сказала я, - Зачем к врачу идти?
- А вдруг что-то серьезное? – обеспокоенно спросил Хан.
- Все в порядке, - уверенно ответила я, - Скоро пройдет.
Хан не знает о моем падении. А знает ли он вообще, что я вчера виделась с Хёнджином? Надо ненавязчиво его расспросить. Но не стоит говорить напрямую, если он не в курсе.
- А вчера было мало работы?
Джисон удивился.
- Нет, а почему ты спрашиваешь?
- Чем вы вчера занимались? – спросила я.
- Утром отрабатывали хореографию для клипа, - вспоминая, ответил айдол, - А потом были в звукозаписывающей студии. Бан Чан захотел перезаписать некоторые части песен. В итоге, мы просидели до самой ночи. Я и Бинни уснули на диване. А что?
- А Хёнджин что вчера делал?
Хан задумался.
- Сначала он был со мной в звукозаписывающей студии, а потом с Феликсом пошел в зал отрабатывать хореографию. А почему тебе интересно?
Хм, похоже, Хан не знает, что Хёнджин вчера встречался со мной. Значит, это не Хан отправил его... И Хёнджин, почему-то ничего ему не рассказал. Но ведь сказал, что пришел извиняться из-за Хана. Кто из них врет?
- Мне просто интересно, - пытаясь уйти от темы, сказала я.
Джисон задумчиво посмотрел на меня, но, к счастью, решил не продолжать эту тему.
- А какие у тебя планы на Рождество? – неожиданно спросил айдол.
- Никаких, - растерянно ответила я, - Я не отмечаю католическое Рождество. В России мы отмечаем Рождество седьмого января.
- Почему так? – растерянно спросил Хан.
Я пожала плечами.
- Другая религия.
- Я не религиозный человек, - сказал Джисон, - Но В Корее очень важно, с кем отмечать Рождество. Поэтому я и спрашиваю.
- Я не буду его отмечать, - уверенно произнесла я, - Буду дома смотреть концерт по телевизору и есть торт. Вы же будете участвовать в рождественском концерте?
- Да, мы уже все отсняли, - улыбаясь, сказал Хан.
- Уже? – удивилась я, - Быстро вы.
Джисон посмотрел на часы в телефоне.
- Мне пора, - расстроенно произнес он.
- Я понимаю.
Мы попрощались, и Хан вышел из кофейни.

***
Спустя три дня у меня весь день был выходной. Так сложилось, что у Соён тоже, поэтому мы решили гулять по Сеулу и круто проводить время.
Мы зашли в кофейню и, купив кофе, сидели и болтали. Но внезапно произошло нечто непредвиденное... Я увидела, как в кофейню заходят Феликс и Хёнджин. Почему, Вселенная? Зачем ты делаешь это со мной?
Айдолы встали возле прилавка, выбирая кофе. Я сразу же отвела взгляд, надеясь, что они меня не заметят и не узнают.
Увидев резкую перемену в моем поведении, Соён спросила:
- Что случилось?
- Ничего, - полушепотом ответила я, стараясь не привлекать к себе внимание.
- Ладно, - растерянно сказала подруга, - Тогда идем.
- Да, пошли, - радостно произнесла я и резко направилась к выходу, стараясь незаметно пройти мимо айдолов.
- Подожди, - окликнула меня Соён, - Я хотела купить кекс на вынос.
Я закрыла лицо ладонью и сказала:
- Хорошо. Я подожду тебя на улице.
После чего пулей вылетела из кофейни.
Я стояла возле входа, пытаясь отдышаться и успокоиться, как внезапно за моей спиной раздался уже знакомый голос.
- Кира.
Я резко обернулась и снова увидела его...
- Что Вам нужно? – испуганно спросила я, - Снова пришли извиняться?
Хёнджин усмехнулся.
- Извиняться? За что? – спросил он, - Если кому и нужно извиняться, так это Вам.
- Это еще почему? – недовольно сказала я, - Я ничего плохого не сделала.
- Вы оскорбили меня. Впрочем, мне не нужны извинения. Вы и так уже понесли наказание. Кстати, как Ваши синяки?
- Это Вы купили мне мазь? – недовольно спросила я.
- И это Ваша благодарность? – улыбнувшись, произнес Хёнджин.
- Мне не нужна была мазь, - скрестив руки на груди, сказала я, - А, значит, мне не за что Вас благодарить.
Хван снова усмехнулся.
- Как Вы узнали, что я буду здесь в это время?
- Что? – растерянно сказала я, - Я не знала... Я оказалась здесь случайно.
- Я не верю. Это не может быть совпадение. Зачем Вы меня преследуете? Что Вам от меня нужно?
- Это Вы меня преследуете, - недовольно произнесла я, - Сначала подкараулили возле дома, а потом приперлись в кофейню. Я теперь не могу свободно гулять по городу?
- Вы правда думаете, что мне больше нечем заняться, кроме как следить за Вами? – недовольно спросил Хёнджин.
- Похоже на то, - уверенно ответила я, - Потому что именно этим Вы и занимаетесь.
- Мир не крутится вокруг Вас.
- Мир-нет, а вот Вы-да, - произнесла я, - Зачем Вы купили мне мазь? Разве я просила Вас об этом?
- Я сделал это из вежливости, - сказал Хёнджин, - Но уже жалею.
Я набрала побольше воздуха в легкие и задала вопрос, который вот уже несколько дней мучает меня:
- Кто я для Вас?
Айдол нервно поправил челку, убирая волосы с лица.
- Меня тошнит от таких людей, как Вы, - понизив голос, сказал он, - Думаете, что Вы лучше меня, лучше Хана, только потому, что у Вас кожа белее?
- Что Вы несете? – недовольно спросила я.
- Приехала принцесска в Корею и думает, что теперь все парни будут падать к ее ногам? Вы тут не единственная иностранка. Да даже если бы были единственной, я бы не стал тратить на Вас свое время. Вы мне неинтересны. Так что отстаньте от меня. Или у Вас будут проблемы.
- Эй! – возмутилась я, - Ты мне угрожаешь?
Хёнджин растерянно посмотрел на меня.
- Когда это мы перешли на «ты»? – спросил он.
- А за что мне тебя уважать? – недовольно сказала я, - Нечего меня пугать, понял? Я тебя не боюсь. И мне плевать, кто ты. Я не позволю тебе так вести себя со мной.
Из кофейни вышла Соён и сразу же подбежала ко мне, закрывая меня своим телом.
- Что Вам от нее нужно? – испуганно спросила подруга, - Кира хорошая.
- Ей стоит уважительнее относится к малознакомым людям, - недовольно сказал Хёнджин.
- Ты мне еще поговори, - раздраженно произнесла я, - Я на тебя заявление в полицию напишу за преследование.
- Что здесь происходит? – растерянно спросил подошедший Феликс.
- Все в порядке, - недовольно ответил Хёнджин, - Это просто сасен-фанатка.
- Я не сасен-фанатка, - раздраженно сказала я.
Феликс посмотрел на меня и узнал мое лицо.
- О, это же Вы, - улыбнувшись, - произнес он, - Девушка-визажистка. Как Вас зовут? Я забыл.
- Кира, - улыбнувшись, ответила я.
- Точно, Кира, - широко улыбаясь, сказал Феликс, - Что Вы здесь делаете? Тоже пришли за кофе?
- А, так вы айдолы? – растерянно спросила Соён, - То-то я смотрю: больно красивые.
- Это парни из Stray Kids, - гордо заявила я, - Феликс и Хёнджин.
- Хёнджин, - полушепотом спросила подруга, наклонившись ко мне, - Тот самый?
Я кивнула ей в ответ.
Соён загадочно улыбнулась и посмотрела на парней.
- А можно с вами сфотографироваться? – наигранно детским голосом спросила кореянка.
Хёнджин тяжело вздохнул.
- Я пасс, - сказал он и отошел в сторону.
Феликс растерянно посмотрел на друга, но потом повернулся к нам и сказал, улыбаясь:
- Давайте.
Соён радостно подпрыгнула на месте и подошла ближе к айдолу. Они сделали несколько селфи на телефон.
- Кира, а Вы не хотите с нами? – улыбаясь, спросил Феликс.
Я растерянно посмотрела на Хёнджина. Он стоял в стороне и игнорировал меня.
- Хочу, - назло ему ответила я.
Хван обернулся и посмотрел на меня. Усмехнувшись, он снова отвернулся.
Я подошла к Соён и Феликсу, и мы сделали несколько совместных фото. После чего Феликс поклонился нам и мило помахал рукой на прощанье. Хёнджин, так и не посмотрев на меня, ушел, оставив гадкое послевкусие...

***
Я пришла домой и увидела сообщение от подруги из России. Она предложили созвониться по Skype и поболтать. Я согласилась.
- Привет, - радостно сказала Таня, - Как ты?
- У меня все хорошо, - улыбнувшись, произнесла я, - Ты как?
- Да по-тихоньку, - вздохнув, сказала подруга, - В следующем году Ваня в первый класс пойдет, так что уже начала откладывать деньги на школьные принадлежности. Сейчас так цены на все поднялись. А ты когда прилетишь в Россию? Мы все по тебе соскучились. Ася, Наташа, все о тебе спрашивают.
- Пока не знаю, - расстроенно произнесла я, - Сейчас денег особо нет. У меня была подработка, и мне хорошо заплатили. Я смогла оплатить аренду квартиры на три месяца вперед.
- Ты снимаешь квартиру? – растерянно спросила Таня, - А что случилось? Ты больше не живешь со своим Убином?
- Мы расстались.
- А почему? Что не поделили?
- Я не хочу говорить об этом, - недовольно сказала я, - Расстались и расстались. Просто забудь о нем.
- Ну, и хорошо, что расстались, - улыбнувшись, произнесла подруга, - Я сразу знала, что это ненадолго. Если тебя больше ничего не держит в Корее, почему ты не возвращаешься домой?
- Куда? Обратно к родителям? Ну уж нет. Чтобы дать маме лишний повод посмеяться надо мной? Она никогда в меня не верила и отговаривала лететь в Корею. Сказала, что у меня ничего не получится. Что я через полгода прибегу к ней беременной от корейца.
- Да ладно тебе, Кира. Она же любит тебя. И вот так показывает свою заботу. Она не умеет по-другому, так что не обижайся на нее. Но в чем-то она же права.
- В чем? – недовольно спросила я, - Даже без Убина я могу остаться в Корее. Я нашла работу, и у меня есть жилье.
- Кому ты что хочешь доказать? – сказала Таня, - Хватит выпендриваться. Пора признать, что ничего не получилось, и вернуться в Россию. Знаешь, как говорят: где родился, там и пригодился.
- Я не пригодилась в России, - недовольно произнесла я, - И что теперь? Может, хоть в Корее пригожусь. Все не так плохо. Мне здесь нормально живется.
- Ох, Кира, - тяжело вздохнув, сказала подруга, - Мужика тебе надо нормального. А не этих пластиковых корейцев без эмоций.
- Почему это пластиковых? – растерянно спросила я.
- Я смотрела одну блогерку, - ответила подруга, - Так вот, она сказала, что в Корее все делают пластические операции. Им родители на выпускной в школе дарят сертификат на пластическую операцию.
- Это не так, - недовольно сказала я, - Не все делают операции. Да, кто-то делает, но не прям все.
- А эти твои певцы, которых ты мне показывала. Да на них же живого места нет. Все переделанные.
- Не надо плохо говорить о Stray Kids, - недовольно произнесла я, - Не позволю. Они не делали пластику. А даже если кто-то и делал, он от этого не потерял свою индивидуальную красоту. Парни все разные и по своему красивые.
Таня недовольно покачала головой.
- И ты хочешь себе такого же пластикового парня? Зачем? Когда у вас родятся дети, ты узнаешь, какой он на самом деле. Или детям ты тоже будешь пластику делать?
- Не говори ерунды.
- А где я не права? – недовольно спросила подруга, - Нормальный тебе мужик нужен, а не вот эти вот разукрашенные. Тебе уже замуж пора, детей рожать. А эти корейцы-то на тебе не женятся. У них другой менталитет и другие ценности. Я слышала, что они только в сорок лет женятся. А ты-то ждать не можешь. Часики-то тикают. Тебе уже двадцать девять. Думаешь, ты вечно будешь молодой и красивой? Как бы ни так. Поэтому нужно искать себе мужа, пока не поздно. И детишек рожать. Мой-то Ваня уже в первый класс пойдет, а ты все выбираешь мужиков. Хватит, Кира, это уже не смешно. Ты же не какая-то пятнадцатилетняя девочка, чтобы фанатеть по корейцам. Тебе уже поздно, пора оставить мечты и начинать взрослую жизнь.
Я почувствовала, как ком обиды подступил к горлу.
- Все, что мне нужно, это поддержка от вас, - сказала я, - Если вы не можете мне ее оказать, то лучше ничего не говорите. Я остаюсь в Сеуле, хотите вы этого или нет. Я так решила.
- Когда ты уже повзрослеешь? –осуждающе спросила Таня.
- Пока, - недовольно ответила я
- Да чего ты обижаешься? На правду не обижаются. Не веди себя как ребенок.
- Пока, - повторила я и отключила звонок.
Я больше не могла сдерживать обиду, накопившуюся за день. Сначала Хёнджин, потом подруга... У меня просто не осталось сил... Я заревела навзрыд.