Огонь и Лёд, или Не бойся, я рядом

Глава 2. ‟Милая” беседа с тётушкой Магдой

Примерно через час я подъехала к нашему особняку, оставила байк неподалёку от входа и стараясь быть незаметной, стала пробираться к садовому домику, и мысленно молилась всем богам, чтобы тётушка Магда оказалась где-нибудь подальше…

Но не тут-то было.

— Стоять, мерзавка! Ты всё ещё прохлаждаешься?

Я развернулась и скрипя зубами мило улыбнулась. Как же они меня достали эти родственнички. И скорее бы уже этот день закончился.

— А вы, тётушка Магда, наверное, уже устали здесь меня поджидать? — иронично поинтересовалась я, продолжая мило улыбаться.

— Не дерзи, бестолочь… Ишь манеру завела. Эмма мне позвонила, и всё доложила. Ну и где ты шлялась?

Кузина такая заботливая, всё мамочке доложила, а сама укатила развлекаться с этим… холёным красавцем.

Я улыбнулась похожей на оскал улыбкой и очень быстро, чтобы тётушка меня не перебила, протараторила:

— Ах да, тётушка, я немного задержалась, чтобы утолить жажду. Понимаете, такая жажда на меня вдруг напала. И я боялась, что не доеду до дома живой, и тогда вам будет некого воспитывать. Исключительно о вас забочусь, — и невинно как овечка поморгала глазами.

Мы и правда с Мией просидели около часа в кафе. Я гасила ледяным напитком жар — не с того ни с сего вспыхнувший внутри, а подруга наслаждалась общением со мной сердитой и вкусным пирожным.

— Да как ты…, — от возмущения тётушка Магда покраснела. — Да как ты… Ишь язык распустила! Осмелела?! Ты ведь знаешь, какой сегодня день?! Хватит бездельничать, скоро Эмма приедет, а бутоны для ванной ещё не собраны. Быстро шуруй в сад.

Что правда, то правда: я осмелела и на то у меня есть причины.

— Тётушка, позвольте я сначала переоденусь, а потом мигом насобираю самые лучшие цветочки для сестрицы, чтобы она сегодня благоухала как никогда, — с долей иронии ответила я.

— Дерзишь, дрянь ты этакая. Не смей Эмму сестрой называть! Ты в особняке живёшь лишь из нашей милости и должна отрабатывать.

— Да, тётушка, я сейчас же приступлю к работе.

Когда родители были живы, усадьбой заправлял отец. В те времена жила я беззаботно: тётушка Магда отца побаивалась, да и материально от него зависела.

Но три года тому назад родители погибли. Тётушка Магда стала моим опекуном. Железной хваткой взяла она в свои руки бразды правления. Меня, без лишних церемоний, выселила из личных покоев на первый этаж в небольшую и весьма тёмную комнатушку, в которую даже слуги не селились. Возможно, это помещение когда-то было кладовкой.

Потом вмешалась крёстная и, несмотря на истерики тётушки Магды, через суд добилась для меня лучших условий. Теперь я живу отдельно, в небольшом, но уютном, садовом домике.

Вот только моё наследство тоже оказалось в загребущих лапах тётушки, с её слов, денег родители оставили мало, едва хватало на оплату моей учёбы. И проживание в этом «милом» месте я отрабатываю, притом совершенно бесплатно.

Крёстная могла бы вмешаться, но не хотелось её расстраивать, поэтому говорила ей, что у меня всё хорошо. Да и поначалу работа отвлекала от грустных мыслей, ну а позднее… что-то менять смысла уже не было.

Тётушка критическим взглядом осмотрела меня, закатила глаза и с видом великомученицы выдохнула.

— Не понимаю я блажь монарха, вот с чего он потребовал, чтобы ты тоже была на балу? Может эта… ну как её…, — взгляд тётушки стал злым, она будто бы хотела меня растерзать. — Это подруга твоей матери постаралась? Вот ведь дрянь! Это же праздник Эммы! Не нужна ты там! — Тётушка брезгливо скривила губы и недовольно покачала головой. А я тем временем осмысливала сказанное ею: меня приглашают на бал?

— Жаль, не могу пока спорить с королём, — тётушка снова вздохнула как великомученица. — Сегодня на балу ты должна быть. И надеюсь… ты будешь не в штанах.

Мне стало грустно: подходящих платьев у меня нет, глянула на руки, которые от работы и тренировок были в мозолях… Невесело.

— И всё же какая ты отвратительно бестолковая, как можно так одеваться? Безвкусица! И фу, … ты ж просто пародия на девушку. А твои волосы? Эти торчащие во все стороны космы, их разве можно уложить в приличную причёску? Но раз уж сам монарх…

Тётушка Магда сжала кулаки, будто бы хотела меня поколотить. Хотя удары у тётушки — так себе, ростом она невысокая, да и силёнок маловато, сказывается праздный образ жизни. Вообще, при желании, я могла бы легко дать ей отпор и от этого сдерживали меня лишь «некие» обстоятельства.

Тётушка передумала воспитывать меня жёстким способом, с недовольным лицом ещё раз осмотрела с ног до головы.

— Ты же своим присутствием осквернишь всё высшее общество. Как я потом со знатью общаться буду? Стыдоба! Это точно интриги той стервы… Это она мне вредит! Бесстыдница! А ещё герцогиня… Ну да ладно, я им всем задам. Как только у Эммы дар откроется, попляшут они под мою дудку. И даже король, как миленький будет выполнять мои приказы, — тётушка торжественно помахала кулаком. Её глаза блеснули радостью, той самой, что можно заметить у одержимых безумием. — Вот они где у меня голубчики будут! В кулаке их буду держать.

Я знала, что тётушка Магда, женщина амбициозная, но как далеко зашла она в своих мыслях, узнала только сейчас. Мне стало интересно: это ж как нужно было головой повредиться, чтобы этак начать думать? И что же это за дар такой могучий?

Наконец-то тётушка Магда, вдоволь насладившись своим будущим величием, окинула меня презрительным взглядом.

— Пока нет у меня власти спорить с королём. Так и быть, ты поедешь на бал. Но поедешь не в своём тряпье, а возьмёшь одно из Эмминых старых платьев.

— Тётушка, вы шутите? — вырвалось у меня.

— Понимаю, тебе не верится, что сможешь принарядиться в платье от модистки. А что делать, придётся пожертвовать. Наряд для тебя сама подберу, а то с твоим-то вкусом…

Я уныло посмотрела в сторону.

— Слышишь меня, куда смотришь? Опять ворон считаешь? В глаза мне смотри!

— Да, тётушка, смотрю.