Огонь летящей звезды

2. Тайна Арии

Адриан мучился в сомнениях целую неделю. Даже отец заметил как-то за ужином:

— Что-то ты совсем питаться перестал, неужто влюбился?

Сын не ответил, лишь отодвинул тарелку и встал из-за стола. Уходя, он обернулся и спросил:

— Я человек?

Мать сделалась бледнее снега, отец хватал воздух ртом, не в силах вымолвить и слова. Конечно, они знали ответ на этот вопрос.

— Я так и думал, — сказал Адриан и вышел из дома.

Он отправился к старейшине, которая навещала его в день рождения. Её маленький домик находился на самом краю селения, так как был построен одним из первых. Адриан шёл по улице, ловя на себе взгляды крылатых — у кого смущённые, у кого неодобрительные, у кого осуждающие. Теперь ему было всё равно, как на него смотрят. Он больше не пытался походить на них и думал с гордостью: «Я человек!».

По дороге его встретил Гай, начал спрашивать, куда тот исчез. Адриан не ответил ничего, сказал лишь, что очень спешит. Наконец, он очутился у домика старухи и постучал в дверь.

Старуха открыла с улыбкой на лице и сказала растерянному юноше:

— Я знала, что ты придёшь. Входи.

Он вошёл, сел за стол и спросил в упор:

— Я человек? Расскажите всё, что знаете об этом!

Старуха улыбнулась:

— Кажется, ты не очень вежлив, человек. Забыл, с кем говоришь?

Адриан покраснел, сказал тише:

— Простите, я вёл себя как дурак, просто… вы меня ошарашили, я не был готов и…

— Не оправдывайся, я расскажу тебе всё, что знаю. Однажды, дождливым весенним вечером, твоя мать услышала плач ребёнка. Она выскочила из дома в одной ночной рубашке, промокла насквозь, продрогла, но добежала до самого края леса и увидела ужасную картину. На земле, около самого барьера, лежала мёртвая женщина, растерзанная волками. Неподалёку плакал ребёнок. Видимо, при падении дитя случайно перелетело через барьер и животные не смогли добраться до него. Малыш был чист душой, и барьер пропустил его внутрь. Ария подняла ребёнка и отнесла к себе в дом. Я видела это своими глазами, но твои родители не знают об этом. Ария знала, что ты человек, но понимала так же, что стоит ей это признать, крылатые отправят тебя на растерзание волкам. Она сказала всем, что ты — её сын, а отсутствие крыльев — чудовищный недуг.

— Но зачем моя настоящая мать пошла в лес одна с грудным ребёнком? — нахмурился Адриан.

— Скорее всего из-за той глупой легенды, — старуха с досадой покачала головой. — Люди думают, что в нашем селении живут Боги. Из года в год они досаждали нам — и откуда только они узнали, что мы тут? — однако в последние годы наконец отчаялись и прекратили это безумие.

— Значит, моя мать нарушила клятву ради моего спасения? Воспитывала человека как родного сына?

— Да, Адриан, твоя мать рискует каждый божий день ради тебя одного. Она так и не родила своих детей, чтобы крылатые не поняли, что ты не её ребёнок.

— Что мне теперь делать? — Адриан встал.

— Оставайся тут и живи как прежде или отправляйся в новую жизнь, к людям. Решать тебе, однако учти, что уйдя от нас, для селения ты погибнешь и больше не сможешь вернуться. Люди же жестоки и корыстны, помни об этом.

— Спасибо, — кивнул Адриан и вышел из домика.

Адриан твёрдо решил выяснить всё о том, кто он такой и что случилось в ту ночь. Он стал часто уходить в лес за барьером, пробираться к ближайшей деревне и наблюдать за её жителями с холма. Однажды, возвращаясь домой, у барьера он встретил отца.

— Куда ты всегда ходишь? — спросил отец озабоченно.

— Просто гуляю, — отмахнулся Адриан и хотел уйти, но отец остановил его.

— Если бы тебя встретил не я, а кто-то другой… пострадать можешь не только ты, но и твоя мать, — он помолчал и отпустил сына. — Уходи совсем или будь добр не подвергать опасности себя и свою семью.

Адриан не ответил.

За ужином, он сказал матери:

— Скажи соседям, что я серьезно болен. Скажи так же, чтобы не приходили, что это заразно.

— Что это ты вздумал?! — вскрикнула Ария. — Адриан! Не наделай глупостей!

— Я всё решил, мама, — ответил он твёрдо, — я уйду через три дня ночью. Этих дней мне хватит на сборы и на прощание с вами, больше я не хочу никого видеть.

Ария не сказала ничего, лишь закрыла лицо руками. Отец сказал хладнокровно:

— Он стал взрослым. Если хочет идти к людям, что ж, пусть идёт. Его они не тронут. Может, там он найдёт своё призвание.

На том и порешили. Крылатые не раз приходили навестить Адриана, но мать никого не пускала.

— Адриан только уснул, у него была тяжёлая ночь, — только и слышалось из прихожей.

Юноша в свою очередь много времени проводил с родителями. Ему было жаль оставлять их, рисковавших жизнью ради него, любивших его столько лет как родного сына. Он терпеливо выслушивал все наставления отца и успокаивал мать:

— Всё будет хорошо, там моё место.

В назначенный день он не мог спать, боясь упустить самое тёмное время перед рассветом. Необходимые вещи были давно собраны и стояли у двери. Он тоже был готов. Родители сидели молча, провожая взглядом ставшего таким родным человеческого ребёнка. Наконец, он взял вещи, повернулся к ним, произнёс одними губами:

— Пора…

Мать обняла его на прощанье, стараясь не заплакать. Отец пожал руку, сказал с уважением и любовью:

— Надеюсь, ты найдёшь там своё счастье. Ты никогда не был здесь своим. Иди туда, где тебе будет лучше.

Адриан прошёл по знакомым дорожкам, не издавая ни звука. Ни одна душа не должна была видеть его бегства. Он пересёк барьер, оглянулся в последний раз. Селение спало. Все окна были тёмными, кроме одного. В крайнем домишке старейшины горела свеча. При свете огня Адриан рассмотрел фигуру старой дамы, которая беззвучно махала ему рукой. Она встречала его в этом селении, ей же пришлось его проводить. Он медленно поднял руку, последний раз обвёл всё селение взглядом, развернулся и пошёл в лес, не оборачиваясь. Уже через пару секунд нельзя было различить его тонкую, но сильную фигуру среди стволов деревьев.