Огонь, опутанный нитями

Глава 2.

Тишина, наступившая после боя, давила на уши. Игнис медленно шла по изувеченному коридору, и под ее сапогами тихо шелестели обрывки гобеленов. Когда-то на них скакали охотники и сражались герои. Теперь от этих историй остались лишь выцветшие нити на полу. Она провела рукой по стене, чувствуя рваные царапины. Целая эпоха этого замка, казалось, обратилась в пыль, последней песчинкой упав на дно песочных часов.

Игнис стала отходить от яростного танца, когда проходила мимо того самого злополучного подвала. Она уловила движение воздуха в темном проеме. Кажется, кто-то из монстров еще остался в живых. Нужно добить, иначе народ может пострадать.

Ее шаги стали беззвучными. Она снова приняла стойку танцовщицы. Ее слух напрягся, чтобы услышать мельчайшие детали. Но единственное, что до нее доносилось, — это сквозняк, пропитанный холодом.

Аккуратно спустившись по лестнице, Игнис слегка заглянула в темень. Она ждала, пока ее зрение адаптируется. А пока до нее доносился все тот же запах гнили, только теперь он смешивался с плесенью. И слышался звук развевающейся ткани и глухие удары. Это были не привычные шуршание и лязг, как у монстров, а полноценные шаги человека, которые с каждой минутой приближались.

Она прижалась к стене, становясь частью декорации. Когда фигура вышла на свет, она выставила свой Тагроц ему под подбородок. Животный ужас отразился на лице казначея Юстуса, предателя, который запер заднюю дверь. Ярость вспыхнула в ее синих глазах. Не думая, она взяла его за воротник и пригвоздила к холодным камням.
— Ты! — рычала она, как настоящая львица. — Это же ты был замешан в нападении нечисти!

Он попытался вырваться, но Игнис держала крепко. Еще сильнее вжав острый клинок в шею, она услышала пронзительный писк, похожий на крысиный. Его другая рука потянулась к тому самому фиолетовому кольцу. Она видела, как за мгновение до нападения он крутил его. Не мешкая, Игнис первая схватила украшение, снимая его с пальца.
— Нет! Отдай, наглая девчонка! — В глазах казначея вспыхнули искры отчаяния.
Но Игнис интересовало уже другое. Ее руку обжег холодный темный металл. Покрутив кольцо в руке, она увидела, что в середине фиолетового камня горит черное пламя, складываясь в причудливые узоры. Прищурившись, она посмотрела на заднюю часть обруча. Там еле видимой позолотой были высечены древние руны. Это было не просто странное кольцо, это был полноценный артефакт, причем еще и древний.
— Откуда это у тебя? — Игнис завороженно смотрела, как танцевал огонь. Тот, кто его сделал, был настоящим мастером. Она оценила это искусство, хоть и ужасное. — Где ты его достал?
— Как будто я тебе так и сказал, — Юстус противно скривил лицо, словно съел лимон.
Но она не стала церемониться и пустила небольшой огонь по лезвию, который облизал его челюсть.
— Лежал! Он просто лежал на моем столе! И убери от меня уже этот клинок!
— Просто лежал? — ее бровь грациозно взлетела вверх. — Старинный артефакт — и просто оказался в комнате жадного, самовлюбленного болвана? Здесь явно замешан кто-то еще. И не только с нежитью, но и с голодом. Элари говорила, что караваны перестали ходить в эти земли... Неважно. Лучше ответь, это ты устроил в городе голод?

Игнис увидела, как его глаза забегали, словно надоедливые мухи. Хоть она теперь и подтвердила свое предположение, все равно решила подождать и узнать, что же он скажет. А чтобы сделать его более сговорчивым, она провела у его носа огненным клинком.
— Нет! Это не я! Я ничего не делал! Это все Корвус! Он со своей стражей перекрыл движение караванов! И сейчас он должен направляться в замок со своим отрядом, чтобы отобрать власть. Поэтому, девочка, тебе лучше сейчас же бежать!

Теперь она выстроила всю картину. Тот неприятный глава стражи был сообщником этого предателя. И если Юстус не врал о нападении, ей и правда лучше поспешить к главным воротам. Она должна защитить своих напарников.

Игнис потушила клинок и убрала его в ножны. Она отпустила казначея и, оставив его за спиной, направилась к выходу.
— Хе, правильно. Беги, — прохрипел Юстус, поправляя свою одежду, но тут же резко согнулся от удара Игнис в живот.
— Ты же не думал, что я дам тебе уйти? — мило улыбнувшись, сказала она предателю в глаза, а после одним четким движением вырубила его.
Казначей рухнул на холодный каменный пол, но Игнис уже не смотрела на него. Ее мысли были там, снаружи, где ее отряд ждала опасность. Не теряя ни секунды, она бросилась к выходу.

Она неслась по гулким коридорам, и эхо ее шагов смешивалось с нарастающим снаружи шумом — резким лязгом стали и отчаянными криками. Это была не просто драка. Это была бойня.

Вылетев из полумрака замка на залитую солнцем площадь, она краем глаза зацепила неподвижную фигуру в тени у ворот. Арэш. Он стоял, прислонившись к стене, и снова просто наблюдал, словно оценивал пьесу в дешевом театре. В груди Игнис поднялась волна раздражения, но она тут же ее погасила. Не до него.

Картина, развернувшаяся перед ней, заставила ее сердце на миг замереть, а в следующий — заколотиться от ярости. Ее отряд был на грани разгрома. Кольцо стражников во главе с Корвусом сжималось, как удавка. В центре, бледный и трясущийся, стоял лорд Тебальд, вцепившись в рукоять меча так, словно это был его единственный спасательный круг в бушующем море.

Но не это разозлило Игнис. Ее взбесил хаос, царивший среди ее собственных людей. Они не были командой. Они были тремя отдельными, проигрывающими бой воинами.

Элари, с лицом, искаженным паникой, металась между Торном и Кайданом, больше мешая, чем помогая, и едва уворачиваясь от шальных ударов. Кайдан, ослепленный яростью, врывался в самую гущу врагов, оставляя спину совершенно беззащитной. А Торн, в попытке сдержать натиск, бил по земле, и его мощные лианы хватали за ноги не только стражников, но и самого Кайдана, заставляя эльфа яростно отбиваться от союзной магии.

Это был не бой. Это был бардак. Жалкое, неумелое представление, которое стоило бы им всем жизни.