Огонь, опутанный нитями

Глава 7.

Яркое солнце всё медленно клонилось к горизонту, оставляя свое тепло через распахнутые окна. А от ее бриллиантов, расшитых по всему платью, отскакивали маленькие радуги. Переливы играли на спокойном лице Кайдана, голубой и фиолетовый затерялись в убранной прическе Элари, а красный с зеленым плясали на хмурых бровях Торна.

Игнис обвела их всех пристальным взглядом. Она не намеревалась сдаваться под нитями этого Темного Манипулятора. Ее вес сместился, приобретая знакомую стойку воительницы.
— Кайдан, а теперь по порядку, — она разместила руку на талии, задевая толстый пояс.
— Когда ты отдала мне кольцо и ушла, я отправился по своим делам, — убирая часы, начал свой рассказ эльф. — Но недолго я оставался один.
Аристократка хмыкнула, а подпольный боец, дернув ухом, раздул ноздри. Но, тряхнув головой, отвел взгляд.
— Ко мне пришло оно…
Правая бровь Игнис поползла наверх, но ее молчаливого приказа не потребовалось.
— Тень. — Карие глаза, как цвет мокрого палисандра, глубоко смотрели на нее. А яркий луч осветил красный оттенок, показывая стойкость и глубоко зажженный огонь принятия.
— Он хотел забрать кольцо, — воин опустил руку во внутренний карман темно-синей, как ночь, рубахи. Раскрыв ладонь, все стены окрасились в фиолетовый — как камень артефакта.
— Но я не отдал его.
— Зря! — скрестив каменные руки, Торн, как на истинного врага, смотрел на предмет.
— Я сказал, что только наш лидер может принять решение, — не обращая внимания на огра, продолжил Кайдан. — И тогда Тень попросила передать такие слова тебе, Игнис:
«Мой хозяин требует вернуть кольцо. Если вы решите его оставить, то будете слушать его приказы как добровольные последователи. Выбор дается до утра. У ворот будет определена ваша дальнейшая судьба: уйти спокойно без артефакта или следовать за хозяином до конца ваших времен».
— Никогда! — взревел Торн, впервые показывая свою злую сторону. А Элари, вот неожиданность, вступила с ним в конфликт:
— Да? И как же мы зачистим Нортфолл без этого кольца! — Хоть ее голос и был звонок, но теперь отсутствовали нотки спеси, что были раньше. Теперь девушка выглядела как настоящая аристократка, которая не отступает от выгоды. И во всем этом шуме лишь взгляд Кайдана несгибаемо проникал в ее душу.

Устало выдохнув, Игнис потерла переносицу. Им нужно подумать и решить, что делать, а не произвольно друг на друга кричать. Она с мольбой посмотрела на эльфа, но тот лишь тяжело закрыл веки. «Ха? Все на меня скидываешь, да? Ну что ж, только потом не жалуйся». Сжав кулак, она стукнула каблуком по полу. Этот неожиданный и неуместный звук заглушил выкрики спорщиков.
— Достаточно. — Ее голос был спокоен и еле слышен, но далеко отразился эхом.
— Мы все случайно угодили в лапы к пауку, но… — она обвела каждого грозным взглядом, — ссоры сейчас не нужны. Мы должны принять решение, что делать дальше. А для этого каждый выскажет свое мнение. Ясно?
— Ха? Да что тут думать? — Элари галантно откинула фиолетовый локон на спину. — На Севере нежить, которую мы должны уничтожить. И без кольца нам не обойтись. Не знаю, как вы, но я точно должна выполнить эту миссию и вернуться!

А вот на последнем предложении аристократка уже не выдержала, вернув свое красное лицо. Она поджала губы и напыжилась, как индюк. Это было бы смешно, если бы не взгляд, который выражал океан отчаяния. То, что скрывала за сердцем девушка, причиняло ей боль такую, что она готова была спрыгнуть со скалы или, как в их случае, отправиться на самоубийственную миссию.
— Я тебя услышала, Элари, — кивнула Игнис, переводя внимание на великана. — Что-то добавишь, кроме криков?
— Я… — Кажется, Торн успокоился после ее предупреждения. Она видела, как он в отчаянии переводил взгляд от аристократки к своим запястьям. У них у всех были свои цели на Севере — это она уже давно поняла, но у каждого должны быть свои методы исполнения. А огр повернулся к Элари, объясняя скорее ей, а не остальным: — Я тоже не просто так отправился на Север. И у меня там свои дела. Но единственное, что я не потерплю, так это еще одного манипулятора, который будет указывать мою судьбу.

Торн повернулся уже к ней.
— Мой ответ все тот же: избавимся от артефактов. — Золотистый свет осветил каменные плечи великана. — Мы в силах и самим справиться с чернью. Не стал бы нас туда отправлять Магистр Элиас, если бы у нас не было шансов.

Она услышала и его решение. Но в одном огр ошибался: никто не знал, что на самом деле происходит в Нортфолле. Даже самый сильный светлый маг. А их отряд был как бражник, что подбирается к пчелиному улью. Но она знала, что, имея артефакт, они становились уже осами, которые могли противостоять разъяренному рою.
— Ну а что ты скажешь? — Игнис взглянула на Кайдана, чье лицо уже пестрело привычной ехидной улыбкой.
— Видимо, скоро звезды перестанут падать, раз я соглашаюсь с этой фарфоровой. — Она видела, как Элари уже стала доставать ледяные шарики. И ей пришлось с бедра вытащить маленький кинжал, кинув под ноги аристократке. Та, как кошка, отпрыгнула назад, но свою химию убрала. — Так что же теперь скажешь ты, лидер?
— Я понимаю вашу точку зрения, Кайдан. — Они и правда могли бы освободить Нортфолл. Но она знала, что любой сыр лежит только в мышеловке. И чем больше был кусок, тем острее были зубья у капкана. А Темный Манипулятор, со слов эльфа, являлся подпольным королем гильдии Сомен. И такие точно ни за что их не отпустят. Поэтому, если давали шанс улизнуть, надо им воспользоваться. Она никогда не будет выполнять чужие приказы, кроме приказов наставника.
— Я отдам кольцо. — И, не успев ничего сообразить, Кайдан остался с пустой рукой. — Да, мы идем на смертельную миссию, но она меня привлекает больше, чем лапы Черного Игрока.
Лицо Торна успокоилось и разгладилось. А вот парочка как по команде зашипели.
— Да мы же пропадем без него! — кинулся на Игнис эльф, пытаясь вернуть артефакт.

Движение было обманчиво-грациозным. Легкий перенос веса, и вот уже правая нога выполняет безупречный батман тандю вперед. Идеально вытянутая в струну, она чертит линию, которая через мгновение должна была стать решающей для носа эльфа. Кайдан споткнулся и упал на чистый камень, который все же украсили красные разводы.