Огонь правосудия

Манефа

С самого детства Манефу воспитывали кроткой и послушной. Девушка рано вышла замуж, безропотно отпустила своего мужа в самую гущу крестьянского бунта, и так же безропотно приняла известие о его гибели. Многие годы жила Манефа в глубоком трауре, пока в ее жизни не появилась рыжеволосая девочка.

Решение забрать ее к себе было принято не сразу: женщина настолько привыкла к одиночеству, что не решалась пускать хоть кого-то в свой давно устоявшийся мир, но ее сердце все-таки растаяло и маленькая дикарка стала жить с ней.

Этот ребенок не был похож на соседских детей, девчонка все время молчала и почти никогда не выходила из дома. Единственным, к кому она была привязана, был кот с которым ее и нашли в поле.

Даже когда Манефе удалось наладить хоть какой-то контакт с Реей, она так и не смогла понять что творится в голове этой девочки. Казалось, о ее существовании все забыли как только она переступила дом вдовы. Манефа приложила все усилия, чтобы Рея чувствовала себя комфортно, хотя инстинкт материнства упорно не хотел просыпаться и подсказывать в каком направлении двигаться. Женщина чувствовала, что ее воспитанница особенная и это чувство принесло с собой тревогу как только пламя инквизиторских костров вздымалось в опасной близости от деревни. Временами Манефа даже радовалась, что ее Рея замкнута в себе. Настолько странный ребенок мог привлечь нежелательное внимание.

Когда девушка решилась открыть себя, сердце Манефы разбилось на части. Она потеряла еще одного близкого человека. Нет, ей совсем не хотелось выгонять дочь или, что еще хуже, сдавать в руки Ордена, но она понимала, что это конец. Манефа прощалась с Реей, а на душе скребли кошки. Все вокруг наполнилось страхом ожидания. Всего за несколько дней Манефа постарела на два десятка лет и именно такой застали ее инквизиторы.

***

Путь к указанной деревне был неблизким. Даже с учетом практически безостановочной скачки отряд Маркуса добрался к месту назначения только на третий день. Жара липла к путникам и стекала по телу соленым потом. Лошади хрипели и, казалось, вот-вот свалятся замертво. Четверо всадников въехали в селение, пытаясь скрыть следы усталости- инквизитор не может уставать. Впереди отряда шел Маркус, он смотрел по сторонам, стараясь отыскать хоть одного живого человека, но казалось, что деревню выкосила чума. Кай поравнялся с командиром:

- Куда нам теперь?

- Найти бы хоть кого- нибудь.- Маркус щурился, вглядываясь в оконца домов.

- Ох, сейчас бы пожрать да помыться как следует!- Мечтательно отозвался Мори.

- Я надеюсь, что мы надолго здесь не задержимся, поэтому поумерь свои желания.- Ответил Маркус не оборачиваясь на напарника. Тот недовольно хмыкнул. Северянин по обыкновению молчал. Он никогда не жаловался и, похоже, не чувствовал усталости.

Маркус уже стал подозревать что-то неладное, но вот вдали показалась телега, запряженная парой волов. Инквизитор пришпорил коня. Рядом с телегой шел, опираясь на кривую палицу, древний старик. Маркус заговорил:

- Приветствую тебя! Мы ищем Манефу. Не здесь ли она живет?

Старик отреагировал не сразу. Он медленно повернул голову, оглядел Маркуса и его подоспевших товарищей:

- Ведьма все-таки. А я так и думал. Вот там она живет, на самом краю деревни. Дом особняком стоит.- Он указал костлявым пальцем в нужном направлении и как ни в чем ни бывало, продолжил свой путь.

Отряд рванул на окраину. Маркус все думал, куда подевались крестьяне. Сбор урожая давно закончен, все большие праздники еще только впереди. Может и правда чума? Он тут же отогнал от себя очевидно глупую мысль. Ответ на мучивший его вопрос не заставил себя долго ждать.

У хижины Манефы собралась целая деревня. Толпа рокотала и потрясала кулаками, палицами, вилами. Отряд остановился и какое-то время молча наблюдал за происходящим. 

Люди что-то кричали, но никто не пытался вломиться в дом- видимо, боялись. Внезапно раздался звук разбитого стекла и одобряющий гул толпы. Тогда Маркус направил отряд прямо в гущу событий. Инквизиторы обнажили клинки. Кобыла Кая проскакала, сбивая с ног зазевавшихся мужиков. Кажется, несколько из них угодили под копыта. Толпа в ужасе завизжала и словно единый организм принялась уходить со двора, но Азрун вынул притороченный к седлу кнут и пару раз им взмахнул. Характерный звук заставил толпу в ужасе замереть на месте. Люди сомкнулись кольцом, в центр которого въехал Маркус и зычным голосом заговорил:

- Именем Ордена Инквизиторов! Здесь живет женщина, которая обладает ценной для нас всех информацией! Если вы не хотите отправиться в каменные мешки или гореть на костре- убирайтесь отсюда вон! Правосудие только в руках Ордена! Дважды я повторять не буду!

Каким бы страшным явлением ни была ведомая страхом и гневом толпа, ужас перед наказанием заставил ее отступить. Крестьяне поспешно разбредались по своим делам, будто это не они несколько минут назад осаждали и без того почти развалившийся домик. Когда толпа окончательно разошлась, Маркус спешился и широким шагом подошел к двери. Несколько раз постучал. Дверь со скрипом открылась. На пороге стояла совершенно седая женщина. Было сложно определить ее возраст, потому что лицо было испещрено морщинами, но руки, хоть и грубые от постоянной работы, принадлежали женщине, которой было чуть больше сорока.

Маркус заговорил:

- Вы Манефа?

В ответ женщина жестом пригласила в дом. Инквизиторы, кажется, не испытывали неловкости, придя в чужой дом непрошенными гостями. Кай показательно вытащил из голенища сапога нож и принялся его затачивать. Глаза женщины в растерянности бегали от одного мужчины к другому, а затем замерли, поймав выжидающий взгляд Маркуса: