Огород на миллион

Глава 2. Провальный совет директоров или как меня отправили в ссылку

Артем Лужков

Как только за Крыловой закрылась дверь и она укатила к своей мечте со своим желтым чемоданом, у меня зазвонил телефон. Звонили из совета директоров.

Я нажал кнопку громкой связи.

— Артем Сергеевич, мы вас заждались! — напомнил председатель о моем опоздании.

— Прошу прощения, — лениво отозвался я.

Встал и застегнул пуговицу на пиджаке. Стряхнул пылинки с плеч. Все-таки тут Крылова пролетала, чего угодно можно ожидать после нее.

— Я заключал выгодную сделку, — сказал я. — Сейчас буду.

Заложил руки в карманы и неторопливо направился к лифту.

Кабинет заседаний совета директоров «Лужков Агро» на тридцатом этаже высотки напоминал мне то ли трибунал, то ли сцену для плохой театральной постановки. Столы были выставлены огромным квадратом, как баррикады. Сидящие находились так далеко друг от друга, что приходилось пользоваться микрофоном.

Шестнадцать пар глаз сверлили меня с таким выражением, которым обычно я удостаиваю особо «одаренных» подчиненных.

Перед глазами почему-то мелькнул едва уловимый образ Крыловой. Но его перекрыло покрасневшее до оттенка перезревшего томата лицо председателя.

— Артем Сергеевич, — начал Борис Леонидович, растягивая слова, будто готовясь объявить смертный приговор. — Вы управляете агрохолдингом. Но, как выяснилось, понятия не имеете, как растет картошка.

Я поправил галстук, который надел бы даже на собственную казнь, которой тут и попахивало, и попытался сохранить лицо.

— Борис Леонидович, если вам нужны эксперты по колорадским жукам, я могу позвонить в Колорадо, у меня там есть хороший друг, учились вместе, а если по прополке — у нас есть целый отдел агрономов, — я махнул рукой куда-то за дверь, даже не догадываясь, где они сидят. И сидят ли? Может, они все в полях.

— Они-то знают! — взорвалась Сова в очках. Она же Тамара Семеновна, главный акционер. — А вы? Вы даже не отличаете сорняки от рассады! На прошлом выезде вы назвали свеклу «этим фиолетовым кустиком»!

В воздухе повисло молчание. Кто-то кашлянул. Кто-то потрогал логотип компании на папке, будто проверяя, не сбежал ли он от стыда.

— Так разве он не фиолетовый? — пробормотал я, отчаянно вспоминая, как выглядит свекла и ее кустик.

— Ну, знаете! Это уже ни в какие ворота! — ухнула Сова.

— Я увеличил прибыль на тридцать процентов за прошлый год.

— Продавая землю, которую сами не понимаете! — Борис Леонидович швырнул на стол отчет с моей же подписью. — Вот ваше решение: «Закрыть экспериментальную теплицу с органическими томатами». А теперь скажите, Артем Сергеевич, сколько стоит партия таких томатов в московский супермаркет?

Я задумался. Ну, помидоры… красные, круглые…

— Тысяч пять?

— Двенадцать! — взвыл он, и мне показалось, что у него вот-вот лопнет вена на виске.

Пока он кричал что-то еще и покрывал отполированную поверхность стола брызгами слюны, как спреем, я представил, как вена на его виске взорвется и зальет тут все, как будет метаться и хвататься за сердце Сова, а потом набросится на меня и выклюет мне весь мозг.

— Так мы тратим на удобрения, на рабочую силу, на содержание… — начал я, но Тамара Семеновна подняла палец. — Это нерентабельно! К тому же я продал ее втридорога!

— Вы оторваны от реальности, Артем Сергеевич. Вы думаете, что бизнес — это только цифры. Но наш бизнес — это земля. И если вы не понимаете, как она работает, не готовы переосмыслить подход к бизнесу, то вы нам не нужны.

Я почувствовал, как под воротником рубашки начинает скапливаться предательский пот, и сглотнул образовавшийся в горле ком.

— Что вы хотите этим сказать?

Борис Леонидович ухмыльнулся.

— Месяц в деревне! Без помощников! Без офиса! Вы живете там, как обычный дачник. Сажаете, поливаете, собираете урожай. Если через месяц вы не сбежите и не провалитесь — продолжите работать. Если нет…

Он многозначительно посмотрел на меня.

Когда они говорили «переосмыслить подход к бизнесу», я ожидал чего угодно: курсов по сельскому хозяйству, командировку в поля, может, даже лекцию о том, как выращивать картошку. Но не этого.

— Вы шутите? — я засмеялся, но звук получился каким-то хриплым, как будто петух где-то закашлялся. — Я должен… копать грядки?! — я уставился на акционера. — Но это же… моя фирма.

— Вашего отца, — пискнул какой-то «кролик» сбоку от меня, которого я даже не помнил, как зовут.

— Мы совет директоров. Количество голосов по данному решению на нашей стороне. Это ультиматум, Артем Сергеевич! — проскрипела Тамара Семеновна. — Либо вы научитесь понимать, откуда берутся продукты, либо мы найдем того, кто понимает.

Да уж, подкинул папочка мне проблем, прежде чем отчалить на пенсию на свою дачу.

Я хотел возразить, что продукты берутся из маркетинговых стратегий, но…

Что ж… Если и я отправлюсь в семейное поместье, к родителям под бочок, проведу время с семьей, заодно они расскажут мне, как выращивать картошку (и что там еще было?), то не все так плохо.