Огос. Ночи бордовых лун. Часть первая.

29

Мелони выезжал на укатанную дорогу, ведущую от Ядовитых Топей к Треугольнику. В сопровождении четырех орфеев.

Весть о том, что Юджин нашлась, привез один из посланцев Сароста. Узнав, что благородный вир Борди находится не в своем имении, а на Бравике, молодой человек направился туда. Благополучно замеченный постовым орфеем, гонец избежал участи воинов Ската, и был доставлен на остров целым и невредимым. Пока он отдыхал от дальней дороги, Мелони и ребята, наскоро собравшись, отправились в путь.

По дороге в земли Рыцарей Треугольника, им несколько раз попадались взволнованные торговцы и пастухи, которые сбиваясь и жестикулируя, рассказывали о появившемся в округе Дикиньком Мужичке. Он, якобы, нападал на остановившиеся на ночлег у Тарских гор повозки, воровал еду и разные мелочи. Последний рассказ был о том, как Дикинький Мужичок, вооруженный топором, увел лошадь.

Мелони твердо решил про себя, что как только уладит проблему с Юджин, обязательно отправится в горы, посмотреть, что же это за чудо там объявилось.

А пока он искоса поглядывал на парней, которые беспокойно озирались в наступающих сумерках. Им, растревоженным рассказами встречных, за каждым кустом мерещился Дикинький Мужичок, с топором за поясом. Орфеи в страхах не признавались, но по лица было видно, что они готовы скакать хоть всю ночь, лишь бы не встретится с этим чудовищем…

Юджин ласково гладила кошку, пригревшуюся у нее на коленях. Лана Сарост уже ушла спать. Улеглись и немногочисленные помощники по хозяйству – преклонного возраста женщины, согласившиеся взять на себя работу по дому за умеренную плату. Мужчины, работавшие у Саростов, все были семейные и разошлись по домам.

Юджин смотрела на огонь и слушала, как потрескивают дрова в камине. Ночь была теплой, но ей захотелось хоть на мгновение вернуть те времена, когда они с мамой и папой были одной счастливой семьей…

Кошка насторожила уши и, спрыгнув с колен, побежала к двери. Вернулся Лисий. Весь в пыли, уставший. Рыцари Треугольника не даром ели свой хлеб. Они обеспечивали спокойную жизнь горожан, а это и досмотры на въезде в пределы Треугольника, и патрулирование по городу, во избежание беспорядков, и присутствие на судбищах, и укрепление каменных стен, ограждающих земли, постоянная готовность отразить любое нападение и многое-многое другое. Увидев Юджин, молодой человек вернулся за дверь и вошел снова, держа в руках шикарный букет.

- Это тебе, - улыбнулся он.

- Спасибо, - смутилась Юджин, - А по какому поводу?

- Не знаю, это не от меня. Там записка.

Девушка приняла букет и, поглядывая на Лисия, развернула листок. На нем от руки, но старательно, было нарисовано красное сердце и черно-белая мышка в бутылке. Юджин невольно расплылась в улыбке, а щеки зарделись румянцем.

- Это тот твой кавалер? – словно невзначай спросил Лисий, которого неожиданно для себя задела реакция Юджин на подарок.

- Нет, это не кавалер. Это один из тех людей, с которыми я приехала сюда, - отмахнулась девушка, не сводя глаз с кремово-белых душистых цветов.

- Странно… - продолжал допытываться Лисий, - а мне показалось, что между вами что-то есть…

- Они просто хорошие люди. – Отрезала Юджин.

За два дня, проведенных у Саростов, она уже успела освоиться в доме. Девушка отправилась на кухню, зажечь огонь под большим чаном с водой – для мытья и маленьким – для чая.

Лисий устало снимал сапоги, разминая затекшие ступни.

Юджин, помня, что лучшая защита – это нападение, вернулась к камину.

- Лана говорит, ты подумываешь о свадьбе?

Лисий обреченно вздохнул.

- Какая там свадьба?! Не знаю, как от нее отвязаться! Прилипла, как банный лист!

Юджин поморщилась от такого пренебрежительного отношения к любимой женщине. Неужели Мелони говорит о ней так же? Не-е-ет! Этого не может быть!

- Что, она тебе не нравится?

Лисий поднял на Юджин замученный взгляд. Серые глаза, покраснели от солнца и пыли.

- Знаешь… по началу все было как в сказке… все при ней, - Лисий показал, что именно полукруглым жестом, а тут, прошлый раз из-под овечьей шкурки такое волчище выглянуло!

Юджин деланно удивилась.

- Да ты что?

- Ну, гульнули с ребятами… за стеной, в сторону топей… ночь, жарко… костер развели, рубахи покидали. Сидим, пьем. В карауле свои, знаем, что пустят. А тут Ситник с подружками вываливается. А там… сама понимаешь. Пляски, сказки. А тут еще и моя прилупила. Стоит, кудахчет.

По всему было видно, что Лисий сердится не столько на свою девушку, сколько на себя, что попал в такой переплет. По своей же глупости. Эдакий невинный барашек, мол, это не я, это моя рука! А всем давно известно: для того, что бы выглядеть чище, надо облить грязью соседа, чем, собственно, молодой рыцарь сейчас и занимался. Само собой, Лисий не собирался отказываться от одной из красивейших девушек города, имеющей при всем прочем, солидное приданое, но оправдать себя как-то надо…

Рыцарь неопределенно махнул рукой.

- Это если сейчас она мне такие разбирательства устраивает, то, что дальше-то будет?

Юджин пожала плечами, думая, что на месте девушки, поступила бы так же.

- Ты знаешь, как она рычит? – Вскинулся Лисий, - Я так не рычу, как она рычит! Раньше только шипела, а теперь рычать взялась! Ты только никому, ладно?

Юджин пообещала не проболтаться.

Молодой рыцарь стянул пыльную рубаху и пошел снимать чан с огня. Юджин невольно засмотрелась, как напряглись и вздыбились мускулы на спине и руках. « А Мелони все равно лучше…» - подумала она и, пожелав спокойных снов, отправилась к себе.

- Спасибо за воду! – Лисий, провожая взглядом аккуратную фигуру девушки в материном платье, споткнулся о кошку и плеснул на себя кипятком. Кошка придавлено мяукнула.

- Черти! – Шепотом взвыл он вслед улепетывающему кому шерсти, - понаразводили вас тут! Поймаю – придушу!