Ох! Тибидох!

Часть 16

– А скажи-ка мне, Димасик, найдётся ли у тебя добрый совет для Славочки? Что-то такое, что необходимо лично ей, и в чём ты не видишь собственной выгоды? – спросил, наконец, Джон, которому надоела азартная болтовня жадного мужика.

– А какая тут моя выгода? – пробормотал Димка. – Всё для Ста…ниславы.

– Ты лукавишь, Димасик, тачку и мобилу ты давно мечтаешь себе обновить, да и жить тебе негде, а с родителями надоело. А тут перспективы отличные нарисовались – получить с меня новую хату, а эту продать и купить себе тачку.

– Чего-чего? – встрепенулась я. – Ты совсем обалдел, Дим?

– Да я ничего такого не говорил, – взялся он оправдываться. Не объяснять же наглецу, что общаясь с Джоном, можно вообще ничего не говорить.

– Что ты хочешь для самой Славы, Димасик? – подгонял Джон.

– Э-э... нам бы с ней посоветоваться.

– Советуйся, – великодушно позволил волшебник.

– Нам бы наедине, – прошептал Димка и даже втянул шею в плечи, словно ожидая затрещину.

Мы с Джоном одновременно закатили глаза.

– Славик, – обратился ко мне Джон, едва сдерживая смех. – Твой бывший парень вошёл во вкус и теперь хочет убедиться, что он не бывший, чтобы склонить тебя к собственным желаниям.

– Но мы не расставались, – промямлил Димка.

– Это устаревшая инфа, – безжалостно отрезала я, сама себе удивляясь.

– А ещё, – загадочно молвил Джон и указал на бледного и вспотевшего Димку, – этот алчный жучара мечтает о вагоне зелёного бабла и даже подумывает выделить из них средства на увеличение твоей груди до пятого размера, как у его Жанны.

– Так я же под их тяжестью носом в землю завалюсь, – озвучиваю первое, что прилетело мне в голову. Информация о неизвестной Жанне прошла по касательной.

– Стасик, это неправда! – запротестовал мой бывший. И даже не сразу понял, что натворил.

Джон в два шага преодолел расстояние до Димки и, ухватив его за ворот нарядного пиджака, приподнял над столом.

– С ума сошёл? – вскрикнула я и попыталась освободить пленника из железной хватки малыша Джонни. До меня только сейчас дошло, что грозит Димасику. – Немедленно отпусти его! Он ведь по привычке так меня назвал.

– Детка, извини, но я никак не могу нарушить своё слово.

Мне страшно представить, что Димка улетит из окна, и я отчаянно цепляюсь за его ноги.

– Джонни, не надо, миленький, – взмолилась я.

Последнее желание сформировалось мгновенно и уже готово сорваться с губ…

– Не смей! – Джон свободной ладонью накрыл мои губы. Другой рукой он продолжает держать за шиворот вопящего Димку, который дрыгает ногами в двадцати сантиметрах от пола.

«Не квартира, а зал для левитации», – подумала я, вспомнив, как всего несколько часов назад передо мной в воздухе парил Джон. Только выглядело это гораздо эстетичнее.

– Клянусь, что твой бывший не пострадает, – шепнул мне Джон в самое ухо, обдав кожу горячим дыханием.

У меня мурашки взносились даже в тех местах, где им по определению быть не полагается.

– Но ведь он без верхней одежды, а там мороз, – беспомощно проговорила я почти шёпотом.

– Тогда неси сюда всё его барахло, – распорядился Джон.

Слово «всё» я восприняла буквально и реактивной ласточкой метнулась за Димкиным скарбом.

Ох, ну раз не пострадает, то улетал бы уже быстрее, чтобы не отвлекаться на его скулёж и трепыхания.

Большой Джонни на удивление ловко упаковал Димасика в куртку, перекидывая из одной руки в другую, потом скомандовал:

– Ботинки давай.

– Понимаешь, тут такое дело, – я смущённо потупилась, – в них Лексус написал, и почему-то в оба.

– Молодец, Лекс! – восхитился Джонни, а кот протяжно мяукнул.

На Димку стало страшно смотреть – теперь он беззвучно раскрывает рот, но оттуда не вылетает ни звука.

– А что это с ним? - разволновалась я.

– А это чтобы соседей не разбудить, – пояснил Джон, быстро натянул на Димку мокрые вонючие ботинки и шагнув к окну, сказал:

– Будет лёгкая турбулентность.

*****

– Ну, что ты загрустила, малышка? – мягко спросил Джон.

Мы уже почти час сидим молча. Джон, как мне казалось, всецело поглощён интернет-сайтами, а я погрузилась в размышления.

– Димасика жалеешь?

– Ты же сам знаешь, что нет, – фыркнула я. .

Физически Димка нисколько не пострадал – он приземлился мягко в сугроб, хотя и провалился по уши в снег. Улетал мой бывший не с пустыми руками – в обнимку с ортопедической подушечкой, а в карманах: «Алёнка», велюровая мышь и бутылка шампанского.

– О чём тогда задумалась? – не унимается Джонни.

– Зачем ты спрашиваешь, если и сам всё слышишь?