Охмурить банкира

Глава 21

Дверь кабинета Серебрянского закрылась за мной с тихим щелчком, но этот звук казался оглушительным в моей опустошенной голове.

Я вышла, словно выжатый лимон, потерянная и поникшая, с ощущением, что весь мир обрушился на мои плечи. Каждый шаг отдавался тяжелым эхом в моей груди.

Стервозная секретарша сидела за своим столом, перебирала какие-то бумаги. Увидев меня, она подняла голову, на ее лице появилась широкая, но какая-то уж слишком уж довольная улыбка.

Когда я проходила мимо, она негромко, но отчетливо произнесла мне в спину: «До свидания, Мария! Хорошего дня!»

В её голосе прозвучала такая ехидная нотка, что я невольно ускорила шаг, чувствуя, как щеки заливает краска.

На улице меня ждал Руслана. Он, как всегда, был полон энергии, подпрыгивая на месте, словно нетерпеливый щенок.

– Ну что? – выпалил он, подбегая ко мне. – Уломала его?

Я лишь пожала плечами, не в силах выдавить из себя ни слова. Тяжесть на душе была настолько велика, что казалось, я не могу дышать.

– Машка, не томи! – протянул он, открывая дверь автомобиля.

Мы сели в его машину. Руслан завел мотор, мы тронулись с места.

– Я не знаю! – наконец выдавила я, глядя в окно на мелькающие деревья. – Мы договорились, что я должна выполнять его поручения. И тогда, может быть, он предоставит рассрочку отцу.

Руслан резко ударил по рулю.

– Бля, какие поручения! – выругался он, морщась. – Следовало сразу его соблазнить. Охмурить мужика. Вот говорил же тебе, оденься сексуально, будь секси-кошечкой!

Я молчала, не в силах ответить на его слова. Мысли путались, я чувствовала себя еще более беспомощной.

– И какое поручение? – спросил он, пытаясь сменить тон.

– Сопровождать некого Костика на мероприятие, – прошептала я, чувствуя, как снова краснею.

Руслан задумался. Он прокручивал что-то в голове, а потом вдруг рассмеялся, но смех этот был каким-то нервным.

– Этот Костик меня принял за эскортницу! – произнесла я, в моих словах была горькая ирония. – Он даже спросил, сколько стоят мои услуги.

В голове крутилась мысль: как же так получилось, что все свелось к таким унизительным условиям?

Серебрянский, этот холодный, расчетливый человек, казалось, наслаждался моей беспомощностью.

Он поставил меня в такое положение, где мне приходилось принимать такие унизительные предложения. Это его месть за сорванную свадьбу.

– Вот не слушала меня! – внезапно выпалил Руслан, его голос теперь был полон раздражения. – Могла бы стать любовницей Серебрянского, а не этого престарелого Костика.

Я вскинула голову, шокированная его словами.

– Ты о чём? Речь только о сопровождении на мероприятие. Ты же не думаешь, что я стану спать с Костиком. Ты в своём уме? – возмущённо посмотрела на брата. Его предположение было настолько диким, что я едва могла сдержать гнев.

– По итогу, с Серебрянским ты не сумела решить вопрос с погашением долга, – продолжил он, игнорируя мое возмущение. – Придётся Косаря обрабатывать, он богатый. Будешь ловкая и гибкая, он решит вопрос с Серебрянским.

Его слова прозвучали как приговор.

Ловкая? Обрабатывать?

Я почувствовала, как внутри меня что-то сломалось. Это было не просто унижение, это было полное обесценивание.

Я была не человеком, а инструментом, который нужно было использовать самым грязным образом, чтобы достичь цели. И самое страшное – я понимала, что, возможно, у меня нет другого выхода.

Серебрянский, этот монстр, загнал меня в угол, и теперь Руслан, мой собственный брат, предлагал мне стать той, кем я никогда не хотела быть, чтобы выбраться из этой ловушки. Слезы навернулись на глаза, но я сдержалась. Сейчас не время для слез. Сейчас время бороться. И, возможно, эта борьба будет намного грязнее, чем я могла себе представить.

– Ты не понимаешь, Руслан, – тихо сказала я, голос дрожал. – Это не игра. Это моя жизнь. И я не собираюсь продавать себя, ни Серебрянскому, ни Костику, ни кому-либо еще.

– А что ты собираешься делать? – его тон стал резче. – Сидеть и ждать, пока Алекс заберет все? Или пока Костик не решит, что ты ему должна за «услуги!»

Я сжала кулаки.

– Я найду другой выход. Я не такая, как ты думаешь.

– Другой выход? – он усмехнулся. – Ты думаешь, у тебя есть выбор? Серебрянский – это стена. А Косарь – это, возможно, ключ. Не будь наивной. В этом мире выживает тот, кто умеет приспосабливаться.

Его слова ранили, но и заставили задуматься. Действительно ли у меня нет другого пути? Мысль о том, что я могу оказаться в такой ситуации, где придется идти на компромиссы с собственной совестью, была невыносимой. Но и перспектива полного краха, потери всего, что мне дорого, тоже была пугающей.

– Я не буду использовать других людей, – повторила я, глядя ему прямо в глаза. – Даже если это единственный способ. Я не стану такой, как Серебрянский.

Руслан вздохнул, его плечи опустились.