Охота на бабочку

POV...Мария

С момента того поцелуя с Женей прошла уже неделя, и все это время мысли о нем не покидали меня. Он появлялся в школе всего пару раз, и каждый раз проходил мимо, будто я, - призрак, которого он не замечает.

“Может, для него этот поцелуй, нечего не значит?” - задаю себе вопрос, и сердце сжимается от разочарования.

Конечно, он крутой парень, разъезжающий на крутом байке, вряд ли уж запал на такую, как я. О чем я вообще думала, позволив ему себя поцеловать? Вероятно, надеялась, что он влюбится в меня как Ромео в Джульетту.

Но реальность такова, что в его мире я - просто случайная, встречная на пути к новым приключениям, а не главная героиня его романтического сюжета. Да, может, я и дерзкая, но даже я не могла рассчитывать на такой поворот событий. Теперь остается только гадать, что он думает, когда видит меня - если вообще замечает.

Когда папа вернулся с командировки, я не удержалась и начала его расспрашивать о новой спутнице. По его словам, она довольно милая. Он даже показал мне ее фотографию: русые волосы, карие глаза, аккуратный нос. Она действительно выглядит очень красивой.

Я не стала вымаливать свидание, но отцу дала понять без обиняков: с этой дамой он выгляди неплохо. У нее такой добрый взгляд, что сердце начинает биться быстрее. Но я прекрасно помню, что говорят - внешность обманчива. Ведь за милой улыбкой, может скрываться абсолютно все, правда?

– Девчонки, может, ну её, эту физру? – с надеждой в голосе предложила Оля.

– Пас, – буркнула я, не поднимая головы.

– Да я, пожалуй, тоже откажусь, – поддержала Катя.

– А я вот, пожалуй, за! – вдруг выдохнула Таня, подлетая к нам, словно подбитая птица. – Я сегодня так вымоталась, что просто без сил. Только бы рухнуть где-нибудь и не шевелиться.

Переодевшись к физкультуре, мы с Катей присели на скамейку, и меня словно клещами сжимало любопытство. Не давал покоя вопрос: почему ей, едва знакомой со мной, хватило пары недель, чтобы раскрыться, а подругам, с которыми бок о бок одиннадцать лет, она остается неприступной крепостью? Почему рядом с ними она всегда такая закрытая?

— Слушай, а почему со мной ты такая настоящая, без масок? С Танькой и Олькой совсем другая. Я думала, вы закадычные подруги, — выпалила я, сверля её взглядом.

Она усмехнулась, с какой-то горчинкой в голосе:

— Подруги? Да какие мы подруги, Маш, одноклассницы и только. Не знаю, что они там себе нафантазировали. Однажды была, но она воткнула нож в спину, заявив, что я токсичная и вообще ходячая проблема. После этого как-то отбило охоту доверять кому-либо. Боюсь, что снова откроюсь, а меня опять предадут.

В ее голосе звучала такая неприкрытая грусть, что я не выдержала

— Теперь есть.

— Что? — она вскинула брови, явно не понимая.

— Я буду твоей подругой… если ты не против, конечно.

Она улыбнулась, как-то светло и искренне:

— Я тебе сразу поверила. У тебя глаза добрые.

И мы расхохотались, словно сбросив с плеч тонну груза.

– Так, теперь твой выход.

– Выход куда? – вскинула я брови, не понимая, к чему клонит Катька.

– Что между тобой и Женей?

– Ничего, – отрезала я, стараясь не выдать себя.

– Маш, ну я же вижу, ты что-то скрываешь, – наседала она.

– Ладно, был поцелуй после вечеринки, когда он меня подвозил. И все, – выдохнула я, сдаваясь под ее напором.

– Он тебе нравится? – выпалила Катя, прожигая меня взглядом.

– Эмм… не знаю, наверное, нет, – пробормотала я, уйдя в себя. Вопрос завис в воздухе, потому что я и сама не могла дать на него четкий ответ.

– Окей, что-нибудь придумаем, – решительно заявила Катя и, схватив меня за руку, потащила в строй.

— Так, и что же ты задумала? — поинтересовалась я, скрестив руки на груди.

— Сейчас мы устроим Евгению проверку на прочность нервной системы, — с хищной ухмылкой промурлыкала Катя.

— Это каким образом? — я вопросительно вскинула бровь.

— Вон, видишь Миша сидит? Сейчас напишем ему, чтобы подошел к нам. А я испарюсь. И вот, пообщаешься с ним, поулыбаешься, бла-бла-бла… Не мне тебя учить, — с лукавой улыбкой пропела она.

— Кать, ну ты и дурында! Зачем? Нет, нет, не надо, — начала отбиваться я, предчувствуя неладное.

— А вот и надо! Доверься мне, ладно? — отрезала она, уже что-то увлеченно строча в телефоне.

Минут через десять к нам подвалил Миша – шкаф двухметровый, с плечами, как футбольные ворота. Видно, что спорт его боготворит.

– Заскучали, красотки? – рявкнул он, чуть ли не придавив нас своими ручищами.

– Действуем по плану! – выпалила Катька и слиняла в закат.

– Какой еще план? – Я вскинула бровь, чувствуя, как во мне закипает праведный гнев.

– Наша купидонша велела мне тут вокруг тебя хороводы водить. И, кстати, еще приказано улыбку на твое лицо натянуть. Ах да, и домой тебя провожать, – Миша выдавил подобие улыбки и плюхнулся рядом, принявшись травить какие-то дикие анекдоты, над которыми, кажется, смеялись только тараканы в его голове.

Каждый раз, когда я выдавливала из себя улыбку, мои глаза предательски искали Женю. Но он, словно ослепленный, даже не бросал взгляда в нашу с Мишей сторону. Боже, и чем я, собственно, занимаюсь? Пытаюсь разгадать, нравлюсь ли парню, с которым был один, черт возьми, поцелуй? Женя стоял в окружении Егора и Влада, увлеченный каким-то важным мужским разговором. Ну и пусть себе, решила я. Найду, о чем подумать, кроме его равнодушной физиономии.

-"Класс, делимся на команды для волейбола!" – громогласно объявил Алексей Сергеевич, учитель физкультуры.

Судьба или злой рок, но я и Миша оказались в одной упряжке против Жени. "Ну, держись!" – мысленно вздохнула я, предвкушая хаос. И точно: всю игру Женя словно завороженный метил мячом исключительно в Мишу. Зрелище было до абсурда комичным. Миша, не оставаясь в долгу, с невозмутимым видом отправлял мяч обратно Жене. Лица у обоих – словно решалась судьба мира, ни дать ни взять.