Охота на берегах Онтарио

Глава 2. Тайны спокойного городка

Утро следующего дня наступило внезапно. Еще, казалось, мгновение назад голова Макса соприкоснулась с подушкой, а сейчас через легкие занавески на окне спальни уже пробивалось яркое рассветное солнце. С точки зрения Макса, большого любителя поспать, место для кровати в номере отеля выбрали крайне неудачно. Большое окно спальни выходило аккурат на восток, и кровать стояла как раз напротив него — так, что солнце могло светить прямо ему в лицо изо всей своей утреней мо́чи. Лучи пробивались сквозь закрытые веки, и спать в таких условиях было решительно невозможно.

Макс попробовал было натянуть одеяло на лицо и пролежал так с минуту-другую. Но так лежать он тоже долго не смог — очень скоро ему стало слишком жарко.

Недовольно хмыкнув, он потянулся несколько раз, скинул с себя одеяло и рывком встал с кровати.

Постояв пару мгновений, Макс направился к окну. Он подошел к нему, раздвинул занавески в разные стороны, и ему открылся широкий панорамный вид на Нью-Йорк — город, который никогда не спит. Не спал он и этим утром: по дорогам тянулись вереницы машин, иногда собираясь в глухие пробки, по улицам десятками и сотнями сновали в разные стороны пешеходы, которые с высоты семнадцатого этажа казались маленькими разноцветными точками, где-то вдалеке над городом пролетел вертолет…

Вид за окном был интересным, и еще не до конца проснувшийся Макс простоял несколько минут, наблюдая за утренней жизнью большого города: разглядывая то интересный дизайн стоявшего в нескольких кварталах от отеля небоскреба, то усевшегося на подоконник голубя, то провожая взглядом несущуюся куда-то по встречной полосе полицейскую машину с мигалками. Но простоять целое утро, пялясь в окно, Максу не хотелось.

«Надо бы зарядку сделать, а то что-то я какой-то снулый с утра», — подумал он и открыл створку окна. В комнату сразу же залетел студеный осенний ветер, растрепав занавески и волосы Макса. Тот слегка поежился от холода и, отойдя на середину комнаты, принялся отжиматься.

Через несколько десятков приседаний, отжиманий и различных выпадов Макс решил, что он себя чувствует, в принципе, уже достаточно бодро. Закрыв окно, через которое из комнаты уже успело улетучиться все ночное тепло и жаркая нега, он направился в душ, дабы окончательно проснуться и освежиться перед новым днем.

Выйдя из душа и вытерев голову мягким банным полотенцем, он надел брюки, рубашку, и всунул ноги в туфли, после чего взял с тумбочки свои наручные часы, показывавшие восемь пятнадцать утра.

— Ого-о, вот это я рано встал, — протянул он, защелкивая браслет часов у себя на запястье. — Надо будет постараться доехать до Спринг-Харбор побыстрее и еще успеть обсудить с мэром мой начальный порядок действий.

«Не хотелось бы приехать туда поздним вечером и отрывать людей от ужина», — закончил Макс свою мысль уже про себя, энергично прокручивая рычажок завода часового механизма двумя пальцами.

На завтрак Макс решил спуститься в ресторан, предположив, что за то время, пока заказанную в номер еду будут готовить и доставлять, он уже успеет позавтракать там.

Выйдя из лифта на втором этаже, он сразу заметил висящую на противоположной стене позолоченную стрелочку с зеленой надписью, указывающей дорогу к ресторану. Искомое помещение оказалось сразу за углом в конце коридора. Оформлено оно было в общей стилистике отеля — зеленые обои с золотым рисунком, мебель из темного дерева, много позолоты и лепнины в качестве декора. Людей в ресторане было совсем немного, и к присевшему за свободный столик у окна Максу тут же подошел официант. Поприветствовав его, официант положил перед ним такое же меню, как и то, что Макс нашел вечером в номере — стильная деревянная обложка и прекрасная полиграфия: неброские, хорошо читаемые шрифты и очень красочные фотографии блюд, которые сразу же вызывали желание их попробовать.

Немного подумав и перелистнув пару-тройку страниц, Макс сделал свой выбор. Он позвонил в небольшой бронзовый колокольчик, стоявший на специальной подставке на столе, подзывая официанта, который уже успел отойти к вошедшей сразу за ним в зал пожилой паре.

Вскоре тот вернулся и спросил, готов ли Макс сделать заказ. Макс ответил на вопрос утвердительно и продиктовал официанту несколько позиций из меню.

Уже через пару минут перед ним стояла большая тарелка, в которой лежал сырный омлет с жареным беконом. Рядом с ней, на тарелке поменьше, были мягкие бельгийские вафли — одна из них была полита кленовым сиропом, другую украшал вишневый конфитюр с кусочками плодов. Довершал картину традиционного американского завтрака высокий стакан-хайбол, в который был налит несколько нехарактерный для него напиток — обыкновенное молоко.

Макс слегка удивился такому выбору посуды, но заказанная им двойная порция молока — двенадцать унций — очевидно, не влезала в обычный стакан, а для целого графина была явно недостаточна.

Еда, как и вчера, была выше всяких похвал. Особенно Максу пришлось по душе сочетание вафель с вишней — нежное тесто просто таяло во рту, а приятный, чуть кисловатый конфитюр прекрасно оттенял его сладкий вкус.

Стоил этот завтрак двадцать долларов, и выписавший чек официант сказал, что его можно будет оплатить на ресепшене в любое удобное время, в том числе и перед самым выселением.

После завтрака Макс спустился на первый этаж, в фойе. Он сообщил о том, что собирается уезжать, и попросил заказать такси, которое согласилось бы отвезти его в Спринг-Харбор, небольшой городок на берегу озера Онтарио. Расстояние до него было чуть больше трехсот миль, и Макс резонно предполагал, что с поиском машины могут возникнуть сложности — клиента на обратную дорогу таксисту найти было бы нелегко. Но сидевший за стойкой ресепшна невысокий коренастый мужчина с необычайно живыми голубыми глазами посоветовал Максу не беспокоиться, заверив его, что знает несколько таксомоторных компаний, которые без проблем берут подобные заказы.

Машину Макс попросил подать к десяти часам утра, и поэтому у него образовалось немного свободного времени. Вернувшись в номер, он довольно быстро собрал свои немногочисленные распакованные вещи и отправил их обратно в чемодан. Чтобы убить время, он решил немного посмотреть телевизор, висевший на стене в зале гостиничного номера.