Охота на истинную. Поймай меня, дракон!

Глава 20

Едва успеваю бежать за драконом, он тащит меня по коридору, затем по лестнице. Камилла идет быстрым шагом сзади, стуком каблуков выбивая из меня остатки надежды на спасение.

Грегори останавливается перед высокими белыми дверьми и резким толчком ладони распахивает их. Заводит меня в просторную спальню с огромной кроватью с балдахином. Подводит к ней и швыряет на постель.

— Мы должны снова связаться с Этвудом и договориться о встрече, — приговаривает Камилла, закрывая двери. — Ты же понимаешь, что так нельзя оставлять…

— Знаю, мама, — перебивает ее раздраженно Грегори, стаскивая с себя камзол. Швыряет его на пол и смотрит на меня горящими глазами с вытянутыми зрачками. — Только не сейчас, оставь свои нравоучения до завтра. Не видишь, мы делом заняться хотим.

Камилла не унимается и вьется вокруг него. Я отползаю к изголовью кровати, комкая под собой шелковое постельное белье. Грегори резко подается вперед и хватает меня за щиколотку. Подтягивает к себе, закусив кончик языка в предвкушении.

Платье задирается почти до пояса. Из горла вырывается визг, но дракон зажимает мне ладонью рот.

— Не вздумай портить момент, кубничка.

— Грегори, — Камилла спохватывается и подбегает, опускает ладонь на плечо сына. — Целитель еще…

— Плевать я хотел на целителя! — рычит дракон, разглядывая меня с аппетитом и сбрасывает ее руку небрежным движением. — Я больше не могу терпеть, она слишком сладкая!

Мои попытки отползти грубо пресекаются. Стыдливо прикрыться подолом платья тоже не удается. Дракон выходит из себя и дергает ткань в сторону, платье рвется, благо, корсет не дает его полностью содрать с меня.

Дракон рычит сквозь стиснутые зубы и подтаскивает меня к краю кровати. Я сжимаю руку в кулак, другой хватаюсь за кулон, спрятанный под колье.

Магия течет по венам и концентрируется в запястье, наливается силой ладонь. Я на грани обморока или разрыва сердца, но если мне суждено умереть, то я заберу с собой этого мерзкого ублюдка.

Стискиваю зубы, под веками вспыхивает свет, пока дракон хаотично рвет ткань, разрывает рукава и… вдруг замирает.

Несколько секунд стоит неподвижно, а потом медленно выпрямляется.

— Какого… — выдает обескураженно и склоняет голову к плечу, что-то разглядывая на мне.

Камилла подходит сзади и глядит куда-то вниз. Миг, и ее глаза расширяются, брови ползут на морщинистый лоб.

— Скажи, что мне померещилось, мама, — шипит холодно дракон.

Змея качает головой и сглатывает.

— Увы, сынок. Не померещилось. Это метка истинности. И она не твоя, судя по всему.

— Разумеется, не моя! — взвывает Этерван, жилы у него на шее натягиваются, лицо багровеет.

Он сжимает кулаки и надвигается на меня, а я ловлю себя на том, что качаю без остановки головой. Грегори снова хватает меня за щиколотку, стаскивает туфли и швыряет куда-то на пол. Подтаскивает к себе.

— Клубничка, ты что натворила? Кому ты позволяла к себе прикасаться, дрянь?

Смотрю ошарашенно на него, ужас сдавливает горло и мешает дышать. На глаза наворачиваются слезы. В попытке скрыть их, отвожу взгляд в сторону и роняю его на свою руку.

В груди что-то болезненно сжимается.

На моем запястье темнеет метка, похожая на изысканную татуировку в виде дракона, расправившего крылья.

Меня пробирает дрожь. Что это? Откуда?

Грегори щелкает пальцами перед моим лицом, приводя в чувства и привлекая внимание.

— Эй, ты слышишь меня? — рычит он, заполняя собой весь обзор. — Отвечай!

— Я не… Не знаю, — голос срывается, зубы стучат, угрожая прикусить язык. — То… Только тот…

Грегори издевательски хмурится и наклоняется еще ближе.

— Тот? Тот, кто тебя вывел из дымовухи?

Я энергично киваю, и внезапно меня прошибает разрядом, похожим на удар молнии. Тело немеет, мышцы расслабляются. Паника отступает.

В памяти всплывает прикосновение моего спасителя, его успокаивающая энергетика. Я свободно вдыхаю и выдыхаю.

— Кто это, сын? — обеспокоенно спрашивает Камилла, переводя взгляд с меня на Грегори и обратно. Нетерпеливо топает ногой. — Кто же?

Эттерван скалится и с рыком запрокидывает голову.

— Райнер Этвуд! Как я сразу не догадался!

Камилла бледнеет и пятится от сына, хватаясь за сердце.

А я прокручиваю в памяти разговор в кабинете. Этвуд… Тот самый Этвуд? Правитель Южных земель?

Это он меня спас?

Это он мой…. истинный?