Охота на Красную Волчицу

4.3

В темноте шерсть волка казалась кроваво-красной, и я завороженно разглядывала его, не силах сделать и шагу. Ноги парализовало от ужаса. Мне конец? Вот так просто меня сейчас сожрут прямо в доме. Мы поэтому с мамой сбежали из Тумного? Из-за волков?

В звенящей тишине раздалось шуршание, и зверь на мгновение отвлекся на звук и бросился вглубь дома, и я же рванула к лестнице на второй этаж. Вдруг бабушка прячется там? Взлетела по деревянным ступенькам и очутилась в своей старой детской комнате. Закрыла хлипкую дверь и судорожно перевела дыхание, прислушиваясь к дому. Снова тишина. Мне кажется, я вечность простояла в темноте, боясь сделать лишнее движение и выдать себя. Но ничего не происходило. Медленно подошла к окну и увидела на улице смутный силуэт, но он слишком быстро скрылся среди деревьев. Не успела разглядеть.

Это волк? Его что-то напугало?

На цыпочках вернулась к двери и прислушалась. Ничего. Дрожащей ладонью взялась за ручку и собралась было ее крутануть, как с громким писком в доме включился свет. На мгновение я даже ослепла и до боли сильно зажмурилась.

– Ника, это ты наверху! – раздался приветливый голос бабушки с первого этажа. – Иди пить чай, милая. Когда ты успела вернуться? Не испугалась? У нас тут пробки выбило.

Какого черта? Только что в доме был огромный волк, какой еще чай?

– Ника, ну где ты там? Ты заходила в булочную?

Тупо уставилась на пакет, который до сих пор сжимала в руке.

Безумие какое-то.

Открыла дверь и одним глазком посмотрела на лестницу. Зверюги не было в поле зрения.

– Ба?

– Спускайся, Ника. Я пока фонарик нашла, пока в подвал слазила. Мрак.

Голос ее. Вот только в сказках волки умели мастерски подделывать голоса. Я точно рехнулась, если всерьез о таком думаю. Но я знаю, что видела. В доме был волк!

– Как ты поняла, что я была в булочной? – крикнула бабушке.

– По запаху милая.

– Ты отсюда чуешь выпечку? – я сглотнула. Боже, а дальше я буду спрашивать, почему у не такие глаза, да?

– Да, Ника. Садись уже за стол. Ты купила клетку?

Мне мгновенно полегчало. Об этом мы с Ариной говорили наедине, и никакой волк не мог нас подслушать.

– Нет, не нашла, – быстро соврала я, потому что я и не искала.

– Тогда я завтра куплю. Съезжу до районного центра. Еще что-то нужно?

Ступенька за ступенькой я спускалась на первый этаж. Внимательно рассматривая комнату сквозь перила. Бабушкиной одежды на полу не было. Да и волка тоже.

Арина выглядела обычно. Ни огромных ушей, глаз или клыков у нее не было.

– Ты в порядке, милая? – встревоженно спросила бабушка, когда я нервно начала чесать предплечье.

– Я видела кое-что, – призналась ей, понимая, что звучу как психичка. А ведь я все лето держалась без срывов.

– Думаю, это стресс из-за переезда. Потерпи. Освойся, – она суетливо разливала чай, затем забрала у меня пакет с покупками и положила булочки в микроволновку. – Погреем чуть-чуть. Да?

– Ты не спросишь меня, что я видела?

– Давай завтра, Ника? Ты устала. Как тебе город?

Она не смотрела мне в глаза и явно пыталась сменить тему.

– Тут был волк. Прямо посреди гостиной. Огромный. Красный. Волк. Где она?

Чашка дрогнула у Арины в руке, кипяток плеснул ей на кожу, но бабушка даже бровью не повела.

– Попей. Тебе нужно успокоиться, родная.

Почему все вокруг пытаются меня успокоить? Я не сумасшедшая! Или?

Послушно взяла чашку и уставилась на всплывшие чаинки. А если со мной что-то и правда не так? Шизофрения или типа того. Вдруг из-за этого мама бросила папу и забрала меня из Тумного, а теперь болезнь добралась и до меня. Выходит, мама решила и от меня избавиться. Сердце заколотилось в груди, и я всё-таки сделала глоток, чувствуя, как на языке расцветает целый букет пряных трав. И они действительно успокаивали, но равно до того момента, как я уловила странный отблеск во взгляде бабушки. Почудилось?

Отставила чашку и попыталась улыбнуться.

– Вкусно.

– Хорошо. Что мама рассказывала тебе о папе?

Ничего она не рассказывала. Эта тема стала для нее извечным табу, словно он был каким-то преступником.

– Видишь ли, Ника…

Порыв ветра распахнул настежь окно, бабушка поспешила его закрыть. Я уставилась на ее телефон, на котором горело уведомление о пропущенном звонке. Мой. Значит, хотя бы это было на самом деле. Я зашла в дом. Позвонила ей, но Арина не ответила, потому что была в подвале и включала автоматы. Так?

Пока бабушка воевала с окном, я еще раз оглядела пол. Клянусь, ковра тут не было.

Уронила ложку.

Арина на мгновение посмотрела на меня, а затем еще раз попыталась захлопнуть старую раму. Я же нырнула за ложкой и задрала ковер с одного края. Этого хватило, чтобы увидеть полосы от когтей.

– Ты чего не пьешь? – строго спросила бабушка, я дернулась и ударилась головой о стол.

– Горячо и жду булочки.

Мне все сложнее было изображать улыбку. Такое ощущение, что Арина пытается вырубить меня этим травяным чаем. От него меня действительно клонит в сон.

– Булочки, – она всплеснула руками. Совсем забыла включить микроволновку. Прости меня, Ника.

Едва бабушка скрылась на кухне, как я поднялась с места и уже хотела было броситься прочь и дома, как мой взгляд задержался на приоткрытом шкафу. Ноги сами повели меня к створке, словно вот-вот я получу ответы на все вопросы.

И я их получила. На полке стояла покореженная переноска моей мыши. Она вся была следах от зубов и когтей, а самого Георга в ней не оказалось.

– Я же говорила, Ника, привезти сюда мышь, было очень плохой идей, – раздалось у меня за спиной.