Охота на Красную Волчицу

5.2

Дима

Дождался, пока Ника и Арина уйдут подальше, и принялся рыть землю, чтобы закопать кофту. Не в последний момент передумал. Просто не смог. Она пахла ей, это сводило с ума и не оставляло мне даже шанса. Сдался, побежал к дому со жгучим желанием спрятать эту вещь у себя в комнате. Мне плевать, что скажет Егор, плевать на его ненависть к красным. Для меня они настоящая семья, они причина, почему я жив, и брату придется с этим мириться.

Когда я ввалился в дом, Дем и Ден уже во всю примеряли мою одежду.

– Топик какой-то, — жаловался Денис, безуспешно натягивая мою старую футболку. Живот у него оставался голым.

– Она просто села, – хмыкнул я. – Полина последнее время повернулась на постоянной стирке.

– Или просто вы, волки, очень мелкие, – продолжал страдать наш барс-переросток.

– Зато нас много, братик, и в этом наша сила.

Демьян надел мои шорты и толстовку, а затем очень многозначительно посмотрел на красную кофту у меня в руках. Денис проследил за его взглядом и понимающе улыбнулся.

– Каково оно? – спросил он непривычно серьёзным голосом.

– Что?

– Ты поставил жизнь этой девушки выше интереса стаи. Это оно? То самое?

– Это всегда было то самое. Я годами ждал ее в Тумном.

Но я понимаю, что хочет узнать Ден. Не запечатление ли это, которым бредят все волки. Не знаю. А считается ли безусловная любовь и одержимость за неподвластную здравому смыслу магию? Возможно. У меня нет ответов. Только разрастающийся жар в груди.

– А ты не двинешься так же? – барс ткнул Дема, и тот отправил мне несчастный взгляд. Э нет, пусть со свой роднёй сам разгребает. Мы в ответе за тех, кого приручили.

– Коврик тебе постелю у двери. Я так понимаю, даже когда женюсь, то не отделаюсь от тебя, братик?

– Ищи себе девушку, которой нравятся коты.

– У девушек с котами обычно нет парней. А уж двух мужчин она точно терпеть рядом не станет, – отшутился Демьян.

– Я полезный в хозяйстве, – заискивал Ден. – И детей люблю.

– О, я тебе это припомню, Денис, когда два футболиста начнуть изводить меня плачем по ночам, – раздался запыхавшийся голос Полины, она довольно бодро спускалась со второго этажа, ее глаза блестели, а на щеках играл здоровый румянец.

Все было не зря. Кажется, она довольна нашим вечерним хулиганством. А довольная Альфа прикроет меня перед Егором, когда тот в очередной раз взъесться.

– Обращайся. Я всегда готов. Буду мурчать им колыбельные. Ты только чиркани записку в деканат, что я сижу с племянниками.

– Тебе лишь бы учебу прогуливать, ага, – ворчал Дем. – Хочешь окончательно выбесить старосту?

От разговоров нас отвлек шум гравия. Машина Егора подъехала к дому, и мы нервно переглянулись. Сегодня у нас целых два секрета. Прогулка Полины и красные волчицы, забежавшие на чужую территорию. У одной ещё и ружье при себе было.

Бросился наверх прятать кофту, а остальные поспешили на кухню изображать внезапных гостей. Поля суетилась, громыхала посудой и шумно разливала суп по тарелками. Я очень надеялся, что аромат мяса перебьет запах кофты. Быстро убрал её в шкаф, стараясь не думать о том, в какое бешенство пришёл бы Егор, если бы узнал, что сегодня в лесу ревнивая Ро хотела на части Полину порвать. Я должен был повести себя как Демьян и Денис, встать на защиту нашей Альфы. Но я в состоянии безудержной эйфории и страха бежал им наперерез. Она моя. Она ревнует. Она меня присвоила. Это пьянящее чувство затмило долг перед стаей, и даже многолетняя дружба померкла в один миг. Я бы дрался за Ро, сцепился бы с ними двумя и бился насмерть.

Я принадлежу ей. Ро так решила для себя, и я никогда не был счастливее.

Надел самую вонючую футболку. Поля купила ужасный химозный кондиционер для белья, которым перестирала в доме все начиная с занавесок, заканчивая тряпочками для пыли. Причуды беременных. Но по мне, лучше бы она дохлых белок развесила, чем вот это.

Надеюсь, фальшивый запах луговых трав отвлечет Егора, и он ничего не поймет.

Но едва я зашел на кухню, как в полной мере ощутил, что Демьян и Денис отвратительные актёры. Один вопрос, и они выложат все.

Егор с подозрением оглядывал наше ночное сборище и дрожащие руки своей жены.

– Милый, садись. Ты голодный, наверно, – лепетала она, расставляя тарелки.
Суп разлился по столу. Это фиаско.

– Почему у этих двоих такие морды виноватые? – спросил брат, глядя на Дема и Дена. – А от этого, – он кивнул на меня, – Смердит так, словно красная волчица прямо сейчас сидит у него на коленях.