Охота на Подражателя

7. Аркан третьей ступени

От стен кабинета пахло палёной бумагой. Не буквально — витающее в воздухе напряжение было сродни этому запаху: сухому, горькому. Он — предвестник беды. Все это знали не понаслышке. Понимали — переступивший порог отделения куратор послан высшими чинами Магистрата. Три убийства за два дня! Такого за всю историю с Кожевником не было. Этот Подражатель явно переплюнул «учителя» — если, конечно, он ровняется на своего кумира, а не соревнуется с покойником. Что ещё хуже — для нас. Всех.

Меня убьёт не только беготня в припрыжку, но и гора рапортов на столе. Эти преступники никогда не заботились о служителях закона...

Я сидела в своём кресле, бледная, но уже в адеквате. Дышу сама, без помощи паров волшебного эфира — и то хорошо. Танцуй, душа! Волна холодного пота сошла, магический перегруз отступил, но отголоски забытья ещё пульсировали. Виски сдавливали невидимые тиски.

- Всё, хватит, — сказал Элайдж. Он стоял у стены, скрестив руки на груди. Его голос был ледяным, как стужа на горном перевале. — Допрос можно вести и без тона, которым вы обычно разговариваете с подчинёнными на каторге.

- Простите, но я не привык, чтобы со мной разговаривали те, чьё положение в иерархии не подтверждено физически, — отозвался высокий мужчина в тёмно-синем приталенном мундире. Его серебряный значок гласил о принадлежности к высшему Магистрату. Он и его подобные курировали сложные дела, которые не скрыть даже от глаз человечков.

Посланник из Центра. По делу Лорана. И по наши души. Прибыл спустя полчаса после моего грандиозного появления на работе. Я шаталась, как разбуженный из спячки медведь, чуть ли не бодаясь головой со стенами коридора нашего небольшого офиса на углу Первой и Третьей Линии.

Он смотрел на меня, как хирург на вскрытую грудную клетку пациента: с холодностью и интересом, ища изъян.

- Повторите. Он что-то передал? Что именно вы обнаружили у себя дома?

- Письмо, — сухо ответила я, потерев висок. И протянула пакет для улик, где лежало помятое послание. Буквы ещё светились. Магия уходить не спешила. Заклинатель силён. — Запечатано арканом третьей ступени. Но, похоже, лишь для виду. Этот человек, на мой сугубо личный взгляд, может владеть первым уровнем. Редкость, да? Первый уровень доступен не всем. Древним старикам самого Магистрата — да. Их ученикам особых талантов... или же передаётся по наследству сильнейшему поглотителю магии своего рода. — Я криво усмехнулась.

Куратор изогнул бровь.

- Не смотрите так. Я обычный детектив, без претензий на важность. В шишки не стремлюсь проползти. Даже через постель. И тут жопке тепло, — подмигнула я.

Элайдж же напрягся за моей спиной.

- Если Подражатель нашего покойного Кожевника хотел, чтобы я дала вам его скромное описание и некоторые важные, по его мнению, детали — без проблем. Скажу всё, что вспомню. Без утаек.

Тут я немного соврала. Не хочу раньше времени рассказывать, что я обнаружила в руке предыдущей жертвы. Иначе — проблемы посыпятся, аки снежный ком. Отстранят от дела. А может, даже призовут к ответственности за клевету на Магистрат.

Но амулет не давал покоя даже сейчас. Надо посмотреть в архиве, кому из высших принадлежит вещица. Маги разделяются по иерархической системе, и им в Академии выдаются эти самые амулеты. Далее, после окончания учёбы, Магистрат распределяет высших по способностям. Начиная магическими законотворцами и заканчивая нашими политическими деятелями. Знак отличия и особых заслуг.

Я особо не стремилась «в люди», так что сразу пошла в эту стезю. К слову, была ли такая вещица у Лорана Виса?

Куратор кивнул, делая заметки в толстом чёрном блокноте. Трата бумаги… Сразу бы писал отчёт и непосредственно направлял руководству. Ещё один бюрократ.

Элайдж, наблюдая за нами, недовольно фыркал.

- С таким же выражением тебе бы писать рапорт о смерти собственной матери, да?

Куратор даже не повёл бровью, сказав:

- Вы слишком эмоциональны для менталиста. Мертвы — так уж молчите.

- Если бы я не вытянул напарницу, вы бы тут не стояли, — резко бросил Элайдж. — Я не допущу, чтобы напарница погибла в трансе. А вы этим пользуетесь, стервятник!

Я подняла голову. Мир плыл, слова напарника были близки к правде. Элайдж — мой якорь. Даже мёртвый — рядом. Резкий, язвительный. Мой.

Куратор отложил планшет.

- Подражатель, — проговорил он, — если это действительно он, значит, вернулся не случайно. Слишком многое совпало: смерть Лорана Виса, пропажа артефактов печати, ваш астрал. Запутанная картина.

Про артефакт мой отчёт не был отправлен в Магистрат. Я его намеренно придержала. Он рылся в моём столе?!

- Он знал, где меня искать. Кто взял дело.

Кто-то его ведёт. Изнутри. Крыса. — Хотелось кричать. Но я прикусила губу.

Тишина убивала. Даже Элайдж не находил слов. Куратор встал.

- Я запрошу разрешение на открытие внутреннего расследования. И доступ к архивам Инцидента на улице Дэйлис. Если всё подтвердится... — он не договорил. Посмотрел на меня подозрительно. — Возможно — это ученик.

Бросив косточку, куратор вышел.

- Ненавижу этих заноз в заднице, — буркнул Элайдж. — Кураторы — нелюди. Сердца из кварца, а язык — сплошные протоколы.

Я усмехнулась.

- У тебя тоже язык не сахарок.

Он подплыл, опёрся о стол.

- Но я хотя бы не забываю, что ты — человек. А не инструмент. Тебе нужен отдых, Кира.

- Не могу. Если я сейчас уйду — всё рассыплется. Зафиксирую и умотаю домой.

Элайдж посмотрел на меня долго, внимательно. Затем молча кивнул и исчез за дверью.

***

Я обдурила Элайджа. Пошла в архив. Ножками.

Просматривая старые дела почившего серийника, я наткнулась на одну вещь. Ранее не замеченную. Пятилетней давности. Под конец «карьеры» Кожевника.

Кадр плохого качества, но силуэт — идентичен.

Тот же шаг. Та же шляпа.

И подпись: Наблюдатель. Ранг: неизвестен. Подлежит изоляции.

Интересно, что будет делать Кира с этой информацией, и куда пойдет дальше? А пока, я предлагаю вам познакомиться с ещё одной историей нашего моба “Мой невозможный напарник” под названием “Попаданка в деле, или тайна исчезнувшей графини” от автора Кармен Луны.