Охота на Подражателя

9. Письмо, кофе и покойник

Я переступила порог Дома ветеранов с ощущением, будто мне по спине прошлись кирзовыми сапогами. Прибили к доске толстенными гвоздями.

Уличный воздух казался затхлым, как в морге, а не на улице с легким утренним туманом, стелющимся по мостовой. Даря мне только пессимизм. Или это я уже не могла выветрить из ноздрей этот бесконечно-сладковатый запах формалина и отполированной лжи, недомолвок вышестоящим.

Эмоции рвались на свободу. Я не спала ночь. Не ела. Не пила. Примчалась сюда за час до начала смены, буквально выломала им дверь взглядом. Ломилась так, будто собиралась там прописаться.

Испугала всех. И жителей, и персонал.
Администратор что-то буркнул насчёт «психической нестабильности», а ещё мне погрозил пальчиком заведующий третьим сектором, сказав:

- Я напишу жалобу начальству, вызову охрану и отправлю письмо в дисциплинарную комиссию вашего следственного отдела. Лично шефу.

Прекрасно. Жизнь удалась. Может, сразу устроиться в палату напротив, и мы бы с покойником обсуждали погоду в астрале?

- Ну, поздравляю, Агент Несдержанность, — протянул за спиной Элайдж, лениво растягивая слова. — Ты только нажила себе на одного недруга больше. Этот мужик точно напишет кляузу на тебя. Когда работаешь сверх нормы — велик шанс вляпаться сапогом в дерьмо.

Он парил рядом, как обиженный воздушный змей, а в голосе слышна разъедающая меня изнутри издёвка. Но одновременно это была его забота. Элайдж просто не мог общаться со мной по-другому. Да и я тогда не воспринимала его всерьёз. Перепалки — наше всё.

В его глазах мелькнуло то самое: беспокойство, которое он всегда пытался прятать под жирным слоем сарказма.

- Возможно, тот человек был ключом к подвижке в деле, — процедила я, вцепившись в холодные и влажные от тумана и прошедшего недавно мелкого дождя перила, будто хотела сломать их силой воли. Не магией. А как обычный человек.

Прохожие мелькали вокруг, бежали по своим делам. Обычные люди. Они не замечали ни меня, ни Элайджа. Для них — мы невидимки. Но каждый из этих спешащих по делам муравьишек может стать жертвой. Кожевник убивал не только магов, но и простых людей.

- И никто ничего не знает!

- Он умер три месяца назад, Кира. Три. И никто не удосужился сообщить. Ни кураторам, ни архиву. Магистрат должен вести учёт всех записей. И они хранятся не только в архиве при нашем отделении.

- Система скоро сгниёт… Голова рыбы дурно пахнет, — отрезала я. — В Магистрате всех всё устраивает. Пока не пахнет кровью, они живут, как будто город — это витрина, а не бомба с часами. Тик-так-тик…

- Эй, хватит. — Элайдж неожиданно стал серьёзен. — Если ты сожжёшь себя дотла, то кто будет расследовать это дерьмо?

Мы помолчали. Словно ветер тоже не решался поднимать шум в этих закоулках, похожих на лабиринт для колонии муравьёв.

- Но… — я нахмурилась. — Как он тогда связан с прошлыми убийствами? – меня не оставляли в покое раскрытые дела. Последнее — с его фотокарточкой.

- Или у него были наследники. Или ученики. Или враги. А может, он перед смертью женился или устроил магическую дуэль с нотариусом? — предположил мой друг.

- Спасибо, Элайдж. Твои версии хоть и фантастичны, но имеют право на существование.

Он хмыкнул, но, к моему удивлению, через секунду подкинул ещё мысль:

- Всё равно все данные о рождениях, смертях, смене имён и браках с привязкой к магическому статусу — всё стекается в одно и то же место.

- Мэрию при Магистрате, — выдохнула я.
Там же находилась Академия, из которой мы в своё время выпустились.

- Именно. Архивный отдел с особым контролем для «не совсем людей», — Элайдж сложил руки за спиной, как старый преподаватель. — Тебе туда. Только сперва — кофе. За мой счёт.

- А ты с каких это пор тратишь свои призрачные финансы на меня? — я удивилась, пряча улыбку.

- После того как ты устроила штурм дома престарелых с лицом офицера инквизиции? Ты заслужила бесплатный кофе. А ещё — психиатрическое наблюдение. Но с этого мы начнем на следующей неделе.